История о "Чёрных пауках" ( Ремейк )

8 "Тринити это будущее?"

XXXXI

21 августа 22:30

Хеймердингер отдал свою тарелку супа Люциферу.
— Поешь, тебе досталось больше всех на прошлой игре.
Люцифер слегка улыбнулся.
— Ты не перестаешь меня удивлять, Хеймердингер, ты альтруист. У тебя слишком доброе сердце.
Хеймердингер посмотрел на Люцифера.
— А ты идеалист, Люцифер.
Люцифер охотно поедал суп, но на секунду остановился.
— Почему это?
— Потому что ты считаешь меня равным себе. Только лишь одного меня считаешь таковым. Логана и Валентина ты не считаешь ровней. Все потому что я добрый и справедливый, такой же как и ты. А все остальные для тебя злодеи. Но поверь, люди бывают разные. Тебе нужно научиться смотреть вглубь Люцифер. Есть люди которые могут вести себя вызывающе и немного аморально, но при этом быть нравственными и достойными, людьми которые сражаются за добро и готовы все сделать, чтобы добро победило.
Люцифер взглянул на Хеймердингера, продолжая медленно жевать суп. Его взгляд был задумчивым, словно он пытался осмыслить слова, которые только что услышал.

— Я не так уж часто доверяю людям, Хеймердингер, — ответил он, кладя ложку на край тарелки и немного отстраняясь. — Для меня важно, чтобы человек действовал согласно своим убеждениям. Ты, например, сражаешься за добро, и я это вижу. Но в отличие от тебя, я не могу позволить себе верить каждому, кто называет себя добрым.

Хеймердингер наклонил голову, всматриваясь в лицо Люцифера.

— Я не прошу тебя верить всем подряд, Люцифер. Но ты ограничиваешь себя, делая из людей либо героев, либо злодеев. Ты говоришь, что ищешь справедливость, но иногда для этого нужно признать, что правда бывает гораздо сложнее, чем просто черное или белое. Ты не можешь судить всех, просто потому что они делают выбор, который не совпадает с твоими убеждениями.

Люцифер усмехнулся, но в его глазах все же было что-то тревожное.

— Ты слишком много говоришь о "сложных выборах". Мы оба знаем, как легко обмануть себя, оправдывая свои поступки. Я не могу просто игнорировать тех, кто делает зло, и строить иллюзии о том, что они могут быть "хорошими" людьми.

— Я понимаю, что ты пережил, Люцифер, — сказал Хеймердингер, его голос становился мягче. — И я не прошу тебя прощать всех. Но посмотри на мир так, как он есть, а не как ты хочешь, чтобы он был. Люди могут ошибаться, но это не делает их злодеями. Признание этого — это не слабость, а сила. Когда ты открываешь глаза на сложность человеческой природы, ты начинаешь понимать, что истина гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд.

Люцифер задумался, покачав головой.

— Может быть, ты прав. Может, я и сам слишком жесток. Но иногда кажется, что идеалы — это единственное, что удерживает меня на плаву. Может быть, мне нужно учиться смотреть иначе, как ты говоришь.

Хеймердингер тихо вздохнул, его глаза становились немного более туманными, словно он уже много раз размышлял о таких же вещах.

— Идеалы — это хорошо, но они не должны быть причиной, по которой ты теряешь связь с реальностью. Ты можешь стремиться к высокому, но не забывай, что люди, которых ты встречаешь, тоже могут стремиться к добру. Возможно, делая это по своему. Но спеши их записывать в злодеи.

Люцифер молчал, его взгляд уходил в окно, а в его мыслях будто начали складываться новые, непривычные идеи.

XXXXII

21 Августа 22:35.

Отряд пауков проник на базу Тринити. Они как настоящие следопыты смогли в краткий срок обнаружить где находится Омокагэ. Тогда они решили ударить в самое сердце Тринити. Без предводителя это корпорация ничто.

Нешемир подошёл к двери. За этими дверью был кабинет Омокагэ и он был сейчас там. Нешемир промолвил:

— Будьте тут. За дверью. Он не знает сколько нас. Пусть он не будет этого знать до самого конца. Когда я начну с ним сражении, вы придете на подмогу. Нужно будет всеми силами убрать максимально быстро. Затем уходим по крышам. Уйдем быстро. Второпях. Я думаю, у нас будет не больше 5 минут. Таков план, всем все ясно?

Он посмотрел на Рамси, Лиру, Куроро и Анархиста. Все кивнули. Тогда Нешемир вошёл в кабинет, закрывая за собой двери.Внутри — просторный зал с огромными окнами. В центре, спиной к нему, стоит Омокагэ, глядя на огромный цех, в котором находится вся корпорация Тринити.

— А ты не боишься стоять спиной, зная, что я пришёл за твоей головой? — Усмехаясь спросил Нешемир.

Омокагэ (спокойно):

— Если бы я боялся, разве я бы был здесь, зная, что вы сюда направляетесь?

(Омокагэ поворачивается, встречаясь с хищным взглядом Нешемира. В руках капитана "Пауков" уже сверкает тёмная магия.)

Нешемир (перекатывает в пальцах сгусток тени):

— Мне заплатили за твою смерть. А значит, она случится.

Омокагэ:

— Разве?

(Он делает шаг вперёд, и вдруг атмосфера в комнате меняется. Магия Нешемира колеблется. Омокагэ не демонстрирует угрозу, но его взгляд — холодный и уверенный.)

Омокагэ:

— Ты убиваешь за деньги, но задумывался ли ты, кому служишь?

Нешемир (прищуривается):

— Мне всё равно. Кто платит — тот и прав.

Омокагэ (насмешливо):

— Правда? Значит, Совет прав, даже когда выбросил Валентайна, хотя он поступил правильно? Или когда отправил за решётку сотни невиновных?

(Нешемир моргает, но быстро восстанавливает равновесие. Он не любит, когда с ним играют в слова.)

— Откуда ты знаешь про Валентайна?

—Смею предположить,что тебя нанял Старейшина Каллисто, а раз так, то скорее всего он обращался за помощью и к Валентайну, как к старому приятелю,позабыв,что они больше не приятели. В этом конечно, Каллисто, не исправим, его лицемерная натура все ещё живёт в нём. Возможно,вы пересекались с Валентайном , я не был в этом уверен, пока ты меня не спросил откуда я его знаю. Теперь я в этом уверен, вы пересекались. Скажи честно, что Валентайн сказал вам о Старейшине Каллисто?

— Назвал его эгоистом.