История одного Ангела

3 Действительно Ангел

После происшествия в парке Елисея всё же сдала анализы и прошла все осмотры, чтобы узнать причину этих приступов. Она сидела на работе в ожидании хоть какого-то движения, из-за отсутствия покупателей время, казалось, замерло. Неожиданный звонок телефона заставил вздрогнуть, на экране высветился неизвестный номер. Девушка ответила, и оказалось, что это главврач больницы, в которой она проходила осмотр. Он позвонил Елисеи по поводу результатов анализов.

― Елисея Константиновна, пришли Ваши результаты, и тут кое-что странное. Вы могли бы приехать к нам для повторной сдачи анализов? ― в трубке позвучал спокойный голос старика.

― Да, конечно. Но что там такое? ― слова врача обеспокоили девушку.

― Ничего страшного, уверен, какая-то ошибка. Не переживайте раньше времени.

― Хорошо, завтра утром заеду тогда.

― Будем ждать.

Елисея решила не поддаваться панике и просто дождаться повторных результатов. Она понимала, что накручивать себя это пустая трата времени и нервов. Но спустя еще три дня вновь поступил звонок врача, но на это раз он уже был встревоженным. Мужчина попросил девушку вновь приехать как можно скорее. И вот после такого Елисея начала беспокоиться и поняла, что что-то явно не так. Как только настал выходной, она ранним утром поехала в больницу.

― Присядьте, ― пожилой врач указала Елисее на диванчик в его кабинете, а сам достал бумаги из ящика стола. ― Дело в том, что результаты показали положительный тест на одно крайне редкое заболевание, потому, во избежание ошибки, я и просил вас сдать повторные анализы. Однако картина не изменилась. ― Мужчина посмотрел на Елисею с жалостью, понимая, что ему сейчас придётся сообщить пациентке. ― Аполомия ― заболевание, при котором тело начинает умирать без видимых на то причин. До сих пор нет точно информации, как и почему это происходит. Зарегистрировано около двадцати случаев за последние пять столетий.

― Это смертельно? ― девушка задала единственный вопрос, который больше всего волновал её, так как понимала, что врач оттягивает пластырь там, где его нужно резко содрать.

― К сожалению, ― мужчина сделал паузу, давая пару минут пациентке осознать услышанное. ― Лечения так и не было найдено за эти годы.

― Может, это ошибка? Вы же сами говорите, что это редкое заболевание. Есть ли шанс, что дело совсем в другом?

― Мы перепроверили всё и сравнили показания с другими случаями. Мне бы и самому хотелось, чтобы это оказалось ошибкой, но увы.

― И сколько я смогу прожить с этим?

― На такой стадии около года, точных прогнозов не могу дать, да и вряд ли кто-то сможет ― слишком редкое заболевание.

Елисея старалась сосредоточиться на словах врача, она понимала, что нужно выслушать всё, не впадать в панику и держать себя в руках.

― Как… как это будет?

― В основном, болезнь протекает крайне тяжело. Ваши приступы будут учащаться и с каждым разом длиться дольше.

― И после очередного я могу просто не открыть глаза? ― Елисея сказала это, смотря в одну точку, бесчувственным голосом.

― Может, Вам следует пообщаться с психологом. Такое известие тяжело принять, ― старик встал, чтобы подойти к девушке.

― Нет, спасибо! Мне следует побыть одной и постараться осознать всё. Если понадобится помощь специалиста, то я обязательно обращусь. Мне уже пора. Если это всё, то я пойду.

― Да-да, это всё. Берегите себя!

Елисея от последней фразы даже усмехнулась и вышла из кабинета. «Конечно, ничего другого он и не мог сказать. Но это звучит, как издевательство, после такого вердикта», ― она начала злиться, хотя, конечно же, врач не был ни в чём виноват. Но сейчас Елисея хоть и старалась не винить всех подряд и не злиться на весь мир, всё же её одолевала сильная боль от осознания происходящего. Девушка шла бездумно, просто передвигала ноги и даже не следила за тем, какой свет горит у светофора. Она двигалась будто целенаправленно, но при этом только подсознание знало, куда. Ветер холодно обдал щёки, когда Елисея вышла из транса своих мыслей и поняла, что сидит на крыше и рыдает.

Во времена учёбы в университете Елисея часто приходила на одно из самых высоких зданий. Это помогало ей сконцентрироваться и настроиться на работу над учебным проектом. Ей часто приходилось составлять планы районов и отдельных зданий с прилежащими территориями. А где же еще это делать, как не на крыше, откуда открывается вид на весь город.

Елисея вытерла глаза от слёз и подошла к краю крыши, она вспомнила, как отсюда смотрела на одни города и размышляла, о том, что будет лет через пятьдесят. Как она будет смотреть на этот же город и думать, что он изменился или же, наоборот, остался таким же. Но теперь она никогда не узнает, что будет с этим городом, не увидит, как меняется время. Она поняла, что не постареет, скорее всего, уже не выйдет замуж и не родит ребёнка, не успеет узнать, как повернётся судьба её родных и друзей. «Это может быть моя последняя осень… А что будет с родителями? Вот такая участь ― моя судьба? Это всё?» ― обжигающие слёзы вновь потекли по щекам, а холодный ветер срывал их с лица, оставляя на мокрых дорожках свои поцелуи. ― «Ну и ладно! Значит проживу этот год так, чтобы не жалеть ни о чём! Хотя я и сейчас, вроде, не жалею… Ну и хорошо! Да, хорошо! Значит всё правильно».

Арсению всё не давало покоя то, что он случайно встретился с Елисеей не один и даже не два раза. После встречи в парке он точно решил забыть девушку и продолжить своё бессмысленное существование. Однако через пару дней, проходя мимо магазинчика, где покупал книги, написанные по его историям, которыми он вдохновил нескольких писателей, Арсений встретил снова её. И теперь уже просто не мог считать их встречи лишь совпадением, он знал, когда заканчивается грань совпадения и начинается судьба. Пусть многое из истинного смысла жизни он и не помнил, но такое можно было выучить самому за столько тысячелетий. И теперь он готов был плыть по течению, которое уготовило ему будущее. Он решил поддаться в надежде, что получит знак о том, как ему покинуть этот мир, или же найдёт смысл быть здесь.