История одного грешника

Глава 18. Соня

Глава 18. Соня

Россия, Москва. 2017 год

Я оказываюсь более крепкой, чем думала. Поплескав водой себе в лицо, я силой унимаю дрожь и иду в класс. Если я до сих пор не забилась в угол от страха перед Невидимкой, то смогу справиться со своим страхом перед Верой.

Набрав в грудь побольше воздуха, я захожу в класс и украдкой оглядываюсь вокруг. Марк с Верой куда-то пропали, Илья говорит с мальчишками, меня же практически никто не замечает. Я знаю, что девчонки будут еще долгое время шептаться за спиной, хихикать и строить невероятные предположения, но так было и раньше. Поэтому можно не обращать внимания и продолжать жить в привычном ритме замкнутости и отчуждения.

Сегодня я чувствую себя выжатым лимоном, поэтому отменяю свои планы встретиться с Ромкой и пойти за кактусом. Хочется лечь, зарыться лицом в подушку и абстрагироваться от всего окружающего мира.

Когда я приезжаю домой, то так и делаю. Кажется, я даже на некоторое время отключаюсь. Из забвения меня вырывает стук в дверь спальни.

— Да, — сонно говорю я.

Дверь открывается, в спальню заходит бабушка с трубкой телефона в руке.

— Тебе Вика звонит, — говорит она и передает трубку мне.

— Алло, — вздыхаю я, — привет.

— Ты спишь что ли? — слышу я веселый голос Вики.

— Да, устала сегодня.

— Знаешь что? Еще каких-то полгода назад мы часами болтали с тобой по телефону, я хочу восстановить эту традицию. Я все свободное время провожу с Ильей и совершенно не знаю, что происходит в жизни у тебя. Давай, делись со мной всем, что новенького у тебя накопилось.

Я сажусь в постели и нервно сбрасываю одеяло.

— Да рассказывать практически нечего. Если хочешь, приходи сейчас ко мне, я сделаю чай.

— Я буду через пять минут, — быстро говорит Вика и отключается.

Я заправляю постель, торопливо иду на кухню и ставлю чайник на плиту.

Через несколько минут слышится стук в дверь, после чего Вика заглядывает внутрь и широко мне улыбается.

— Я купила пирожных, — говорит она и поднимает пакет, в котором виднеется нечто, обсыпанное кокосовой стружкой.

Вика разувается и входит в кухню, я в это время заливаю чашки с чайными пакетиками кипятком. Мы берем чашки, пакет с пирожными и идем в мою спальню, где располагаемся на кровати.

— Сначала рассказывай ты, — хитро улыбаюсь я.

— И что же тебе рассказать? — Вика делает вид, будто не понимает, о чем я веду речь.

— Ты знаешь о чем. Об Илье, конечно же. Я вообще удивляюсь, как тебе удалось до сих пор не рассказать мне никаких пикантных подробностей, ведь ты же любишь делиться такими вещами.

Пухлые щеки Вики розовеют, она отводит взгляд, и в этот момент я понимаю, что у них гораздо более серьезные отношения, чем то, что было у нее до этого.

— Ты что, на самом деле влюбилась? — невольно охаю я.

— Это что, так странно? — сверкает глазами Вика. — Со мной тоже может такое произойти.

Я улыбаюсь и ничего не отвечаю, внутренне искренне радуясь тому, как у нее все складывается.

— Проехали, — вздыхает Вика. — Просто с Ильей… все слишком сложно и многогранно, чтобы рассказывать об этом кому-то. Понимаешь? Я боюсь, что если поделюсь с тобой этим секретом, то ничего не получится. Ты же знаешь, как сильно я хотела настоящих отношений, и как долго я не могла их найти. По понятным причинам.

Вика осматривается себя, подразумевая свою полноту, и я впервые за долгие годы вижу, что ее комплексы остались при ней. Я надеялась, что она и думать забыла об этом, но оказалось, что нет.

— Только не говори, что я красивая и так, — печально улыбается она. — Поверь, я смотрю на Илью и не могу понять, почему он со мной? Он красивый, хорошо учится, тусуется с крутыми ребятами, и тут я.

— Тебе нужно срочно повышать самооценку, — смеюсь я. — Поверь, в моих глазах Илья не такой крутой, и, думаю, многие со мной согласятся, так что можешь не переживать.

— Меня немного тревожит то, что мы с ним видимся только вдвоем и тайно. Он не знакомит меня со своими друзьями, никому обо мне не рассказывает. Думаешь, он меня стесняется?

Я задумываюсь. Я действительно никогда не слышала, чтобы Илья рассказывал что-то о Вике или как-то давал понять, что у него есть девушка, но для этого должна быть другая причина, я уверена.

— Нет, я так не думаю. Хочешь, я как-нибудь спрошу его об этом в школе? Вообще-то Илья всегда немногословен, может из-за этого он и о тебе не распространяется.

— Поверь мне, со мной Илья очень даже многословен. Он рассказал мне о себе много всего, и оказывается, мы его совершенно не знаем.

Я пожимаю плечами.

— Значит, я спрошу у него, — решительно говорю я.