История одного лета

Глава 4 "Кружки"

- Надеюсь, Вы помните об экскурсии по кружкам? - назойливо жужжит Эммануиловна, пока я глотаю, не прожёвывая, свой бутерброд с сыром.

Проклятье! А я так мечтала уделить себе время после завтрака. Чашечка кофе и увлажняющая маска для лица уже забыли, как я выгляжу! Да, я без них, если честно, никак и не выгляжу вовсе...

Придумываю на ходу рекламу кружковой деятельности для современных подростков. Если, конечно, их вообще возможно заинтересовать лепкой из глины, резьбой по дереву и хоровым пением. Ведь совершенно очевидно, что всё вышеперечисленное куда "интереснее" мемов, ПОВ, блуперсов и прочей информационной чепухи.

Дальше должен стоять смайлик "я бьюсь головой о стену". Жаль, кроме древней "аськи", я его больше нигде не встречала. Тем не менее, за столько лет ничего выразительнее так и не придумали. Будь моя воля, эта мородочка стала бы эмблемой всей моей жизни!

- Становится как-то крипово. Сегодня у нас нет концертов? - настороженно спрашивает Щеняев, когда я плюхаюсь между ним и Шолоховым на скамейку. Остальные прохлаждающиеся тоже опасливо прижали "хвосты".

- Нет-нет, - беспечно откликаюсь я. - Одна маленькая экскурсия и вы свободны.

Под громкое цоканье любуюсь, как театрально закатываются глаза у воспитанников.

- Фу! Кружки - это НЕ актуалочка, - продолжает драматизировать Виталина и поворачивается спиной, чтобы уйти.

Нервничаю. Опять вспоминаю об увольнении. Чувствую, что снова близка к катастрофе. Как вдруг из толпы раздаётся несмелый голос Юли Филатовой:

- А рисование в списке есть?

- А как же! - мгновенно оживляюсь.

- Тогда я в деле. Кстати, если позволите, я бы расписала гуашью стеклянную стену в холле. А на кружке я сделаю наброски к рисунку, - увлеченно продолжает девочка.

- Пушка! И граффити можно забацать? - недоверчиво интересуется Котов.

- Давай попробуем, - вновь не упускаю возможность.

- Я пойду, если там не будет никаких натюрмортов. Ненавижу это слово. С французского оно означает "мёртвая природа", - философствует Бобкин, пока мы ступаем по разноцветным камушкам, украшающим тропинки.

Киваю и думаю лишь о том, как бы теперь удержать это быстрорастворимое любопытство.

Едва дойдя до летнего домика с яркими витражами, меня подзывает руководитель кружка.

- Как хорошо, что Вы пришли вместе с ребятами. Вы меня не подмените? - виновато улыбается женщина. - Меня срочно вызвали в главный корпус, а там полный аншлаг, - рукою указывает на людную мастерскую.

Совершенно не умею отказывать. Надо проработать этот момент со своим психологом. Если, конечно, я доживу до следующей нашей встречи...

- Мне сказали, что сегодня по плану свободная тема. Короче, полёт для фантазии, - бормочу еле слышно, врываясь в обитель юных Да Винчи.

Лавирую между мольбертами и столами, пытаясь вникнуть в суть каждого рисунка. Голова начинает кружиться.

- Ну, как у вас тут дела? - доносится из предбанника. В следующий миг директор лагеря демонстрирует всем свою белозубую улыбку в действии. Увидев меня, он слегка смущается, но не подает виду.

- Олеся Анатольевна, а Вы, я погляжу, прямо кладезь талантов? - отшучивается, пряча своё удивление.

- Стараюсь не отставать от администрации, - язвлю в ответ.

А как ты хотел, Андрюшенька?!

- Ну, если у вас всё в порядке... - идёт на попятную Нестеров.

Но моя мстительность входит в раж.

- Андрей Михайлович, подождите-ка! - ловлю его быстро за локоть, - А как же мастер класс, который Вы обещали ребятам?!

Вот это импровизация!

Художники все в восторге - круглые глазки хлопают в ожидании сказочной феерии. Они же не знают, что из чудес - у нас только наглая сказочница вожатая...

Давайте-ка, Андрей Михайлович, поднатужьтесь!

Нестеров недовольно щурится и незаметно делает мне пальцами знак в стиле "тебе конец". Хахаха, быстрее конец придёт тебе, дорогуша! Кто первый встал, того и тапки, так сказать!

Беру в руки кисть и, как ни в чем не бывало, собираюсь помочь младшим отрядам с их шедеврами.

- А что, если мы нарисуем общелагерное дерево, где каждый изобразит свой автопортрет, - внезапно выдает мой начальник.

А идея-то - бомба! Как и мужчина ее придумавший... Что за фамильярность, Олеся Анатольевна! Хватит вам в жизни одного босса с его сантехником...

Заметно волнуюсь и руки не слушаются, когда окунаю беличий ворс в стакан с акварельной жижей. Ствол нашего древа уже готов. Остались лишь ветви и листья. Зеленая краска рябит мазками в глазах, когда подношу свою руку слишком близко к руке Нестерова. Теплообмен происходит с мурашками. Пальцы дрожат и разбрызгивают аквамариновые капли. Две яркие кляксы дразнят своей небрежностью идеальную белизну футболки Андрея.

- Ой, я случайно, - пытаюсь, вытереть безобразие и ненароком брызгаю снова.

В глазах директора пляшут чертята. Эта месть вышла незапланированно потрясной.