История одного лета

Глава 11 "Танцуй, пока молодой"

Раз, два, три, фо! Кач наверх! Уходи в таз!

– Уже целый час выкаблучиваются, – Людмила по пояс высовывается из окна и протяжно зевает. – Преображенская, марш по комнатам! До подъёма еще двадцать минут. Меня начальство со свету сживет!

Виталина нехотя отпускает руку Пряникова и подходит ближе. Прямо под окна вожатской.

– Олеся Анатооольевна, – зовёт протяжно. – Ну, скажите ей. Не время батониться, у нас конкурс сегодня.

– Я тебе сейчас побатонюсь и заодно полимонадюсь, – рассерженно верещит Люся и грохочет оконной рамой.

– Может, лучше "поколбасимся немножко"*? Верните мой 2007-ой, – придуривается Пряников.

Преображенская умоляюще складывает ладони, хлопает своими длиннющими ресницами и делает жалостливый взгляд, как у кота из "Шрека".

– Под мою ответственность, – обреченно закатываю глаза, суетливо размешивая нержавеющей сталью ржавый растворимый кофе. Бренчание ложки о кружку отдается в ушах раздражающим звоном и скрежетом. Морщусь и откладываю недопитое снадобье до лучших времён.

– Лучше бы вместе время провели, – бурчит Людмила и надувает губы. – Я с тобой в городе больше общалась, чем в этом балагане на выезде.

– Давай вечером посидим? – предлагаю с энтузиазмом. – Я за пирожными сбегаю в соседний посёлок.

Быстрым шагом следую к беседке, где наша парочка изволила репетировать. И какой черт меня дернул одобрить этот дуэт на общелагерный конкурс танцев?! Печёнкина ведь предлагала старый добрый народный танец и костюмы уже придумала. А всё современные тенденции и реалии, будь они неладны…

– Лёша хочет снимать наше выступление в прямом эфире. Его подписчики даже голосовалку сделали. 90% за то, что мы победим, – восторженно щебечет Виталина.

– Ах, вот зачем тебе эти танцульки, – молниеносно догадываюсь и с подозрением обращаюсь к Пряникову. – Девчонке мозги не пудри!

– Это паппинг! Фанкуем, – парень делает пальцами жест "коза" и припеваюче на меня глазеет.

После нашего недоброго знакомства с его родственником я боюсь каждого слова, брошенного невзначай. Алексей прощупывает мои слабые стороны, и, вероятно, когда-нибудь нанесет ответный удар, чтобы отомстить. Жить в бесконечном стрессе – история не впечатляющая. Но я пока справляюсь и даже стараюсь сгладить все острые углы. У меня ведь для всего найдётся приспособление, если помните…

– Мы с ним теперь встречаемся. Правда, Лёш?! Так что, пудрить надо носик, а не мозги, – с наслаждением произносит Преображенская.

Пряников согласно кивает и выписывает ломаное движение ногой и рукой, сотрясаясь всем телом. Ох, уж мне эти контемпорари и твёрк…

– Вы в танцах, – смотрю на затейливые движения и вспоминаю свой главный танец. А лучше бы мне его забыть…

В день нашей свадьбы идёт сильный дождь. Лето объявили аномально холодным. Как в том анекдоте. В этот уикенд обещают плюс тридцать: плюс пятнадцать в субботу и плюс пятнадцать в воскресенье…

Обнимаю себя за плечи, прогоняя с кожи следы дождя. Шквалистый ветер роняет деревья и выселяет прохожих с улицы. В душе тоже неразбериха – сколько ответственности быть супругой.

Сергей сияет, будто начищенный самовар, благодушно заигрывая с гостями. А я, хоть и улыбаюсь, чувствую себя, как натянутая струна, которая вот-вот лопнет. Это у меня, вероятно, от волнения.

– Поправь причёску, сейчас объявят первый танец, – сосредоточенно шепчет мне в волосы.

Улыбаюсь натужно, заглядывая с бездонной надеждой в глаза своего суженого.

– Поцелуешь? – молю о поддержке.

– Еще нацелуемся, – отшучивается Сергей.

Раз-два-три, раз-два-три… Плавный вальс и движения-волны. Мы выходим ко всем под овации и восторги. Муж кружит меня, как буря кружит листья за окном. Его руки сильные и надёжные, но их касания леденят кожу. Оступаюсь, сбиваясь с ритма. Сергей смотрит с укором и молчит. Сладкая боль.

В памяти, ни с того, ни с сего, всплывает другая песня. Совершенно сейчас неуместная.

Закрываю глаза, подпевая самой себе.

"Ассоль+Грей – хлоп-хлоп…"

– Рад вас видеть, – многозначительно шепчет Андрей, когда мы сталкиваемся в дверях актового зала.

Конкурс прошёл успешно. Вита и Пряников купаются в лучах софитов и славы. Может, я всё-таки ошибалась на счёт нашего новенького?!

Праздничная дискотека светится разноцветными лампочками и смехом детей. Стараюсь соответствовать настроению.

– Это взаимно, – смотрю на мужчину с ухмылкой.

– Тогда, быть может, я покажу вам свежие декорации за сценой, – коварно добавляет он.

Испуганно мотаю головой, все ещё смущённо озираясь по сторонам. Звучит медленная композиция. Объявляют белый танец.

Моё дежурство по залу строго регламентировано. Хожу взад и вперёд, чтобы держать всех в поле зрения. Директор тоже принимает серьёзный вид, контролируя обстановку.

– Андрей Михайлович, потанцуем? – смело заявляют Печёнкина и Юля.