История одного лета, или каникулы Золотой троицы

Глава 3. В тесноте, да не в обиде

Пятью минутами ранее…

— Мама сказала, что я позор семьи, что четвёртоклассница рисует лучше, чем я! — сказала Настя. — Я думала, что радую родителей, а оказалось… единственное, что я умею делать…

— Хэй, ну ты чего? Ты очень красиво рисуешь! У меня тоже бывают работы, которые не получаются, но природу, например, ты рисуешь намного лучше меня, — Ева погладила по спине свою подругу. Ей было жалко её, никто не заслуживает слышать такие слова от своих родителей.

— А вдруг она права?

— Ты что, своей подруге не веришь?!

— Верю, просто…

— Просто что? Знаешь, Анастасия, ты себя сейчас ведёшь как тряпка. Соберись! Будешь дальше так думать, так мысли явью станут. Не забивай голову этими словами. Просто возьми на заметку и в следующий раз скажи: «В этот раз всё получится!».

— Думаешь, сработает? Думаешь, они не найдут к чему-то ещё прикопаться?

— Может, она просто была зла…

— Ну так а люди в гневе говорят правду! Не знала об этом?

Тут Ева не нашла, что ответить. Она думала, что можно ещё сказать, как поддержать подругу, но все попытки оказались тщетными; на ум ничего не приходило. Но теперь Настя решила узнать о состоянии подруги.

— А с тобой что случилось? Поссорилась с Кирой? Сотникова отрицательно покачала головой и едва слышно произнесла:

— Бабушка. Сказала, что меня нельзя ни о чём попросить.

Теперь уже Попова утешительно гладила спину подруги. А ведь они, получается, услышали практически одно и то же от своих родителей. Вот это совпадение!

Прошла минута, и Ева рассмеялась своим звонким смехом. Настя же вопросительно уставилась на подругу.

— Мы скрывали друг от друга то, что на самом деле пережили одно и то же!

— Ты мои мысли, что ли, читаешь? — теперь ей стала понятна реакция подруги, и они вместе смеялись над этим.

— Только не говори Кире, ладно? — попросила Настя.

— Не буду, — и они снова рассмеялись.

Тут скрипнула половица, и обе девушки посмотрели на того, а вернее на ту, кто побеспокоил покой половицы…

***

Не прошло и пяти минут, как Кира стояла под струями холодной воды. То ли это из-за того, что было жарко, то ли потому, что ей нужно было успокоиться — было непонятно. Одно Кира знала точно: подруги от неё что-то скрывают. А если скрывают, значит, не доверяют. Это было обиднее всего! У неё и так не было никого, кроме их двоих и Кати, а тут получается, что? Им наплевать на неё?

Воспоминания за весь восьмой класс нахлынули волной. Вот она идёт по коридору, а через несколько минут одноклассники начинают буллить её. И так весь год! Каждый день издевательства от тех, с кем вы вместе учитесь не первый год! Единственные люди, которые не поддерживают их — это Ева, Настя и Катя. Они всегда говорили, что не стоит обращать на них внимания…

Кире было тяжело со всем этим, ей надоели душевные муки, поэтому она ударила по стенке моечной комнаты, ещё удар и ещё, пока правая рука не начала болеть. Костяшки были разбиты, на стене остались следы крови. Васнецова давно думала о физической боли, чтобы заглушить психологическую, но никогда не прибегала к этому. Сегодня был первый раз. Видимо, чаша была наполнена до краёв. Самое интересное — это то, что содранные костяшки мало чем помогли. Девушке просто захотелось завыть, как воет волк на луну, но её услышат, а если услышат, то будут спрашивать, что не так. И этим наверняка займутся Ева и Настя — одним словом, предательницы, которых не хотелось нагружать своими проблемами.

Через полчаса Кира вышла из душа, оделась и заглянула в рюкзак. С собой она прихватила планшет и гитару. Чудесно! Можно будет позаниматься. Давно она не изучала новые песни.

— Кир, — в летнюю кухню заглянула тётя Вика. — Пошли ужинать.

Ладно, гитара подождёт, а вот желудок стоит накормить. Кто знает, может, станет легче?

***

Прошло ещё пару часиков. Кира после ужина отправилась дальше сидеть в летней кухне, а Ева и Настя вернулись на третий этаж и занялись рисованием.

Как эти двое не хотели наладить общение с подругой, та говорила, что всё абсолютно нормально, что им не о чем волноваться. Но на самом деле это было не так. Они заметили, что у Васнецовы содраны костяшки, но она просто отмахнулась. «Сорняки копала, а там гравий, вот и стерлись,» — как она прокомментировала это. Больше они не стали её трогать и оставили в покое. За это Кира была им очень благодарна. Всё же бывают моменты, когда лучше остаться одному.

Старшая из Золотого трио, если оно, конечно, ещё существует, сидела в летней кухне и разучивала новую песню, которую так давно хотела сыграть.

Делай вопреки, делай от руки
Мир переверни, небо опрокинь
В каждом наброске, в каждом черновике
Учитель продолжается в своём ученике
Всю мою жизнь я иду ко дну
Всю мою жизнь я искал любовь, чтобы любить одну
Они сказали, нас поздно спасать и поздно лечить
Плевать, ведь наши дети будут лучше, чем мы

Кира и сама не поняла, почему именно эта песня. В её плейлисте ещё столько разных песен на гитаре, а она выбрала именно эту. Дела шли неплохо, даже отлично! Осталось только выучить слова песни, и всё будет просто супер!

Васнецова отложила гитару и взяла телефон. В эту же самую минуту ей пришли уведомление.

Как оказалось, писал ей брат. Такое ощущение, он прям чувствует, когда его сестра берёт в руки телефон.

Кирилл: привет

Кирилл: а скинешь форточки?

Кира непонимающе уставилась на последнее сообщение. Она не могла сообразить, что имел в виду брат, но тот прислал ещё сообщения.

Кирилл: да какие форточки?!

Кирилл: Т9, ты с ума сошёл?

Кира: АХАХАХАХАХХАААХХП

Кирилл: я говорю фоточки скинешь?

Кира: Я же тебе их скидывала?