История одной измены

Глава 7

Денис

- Дела? Ночью? Что – то серьезное?

Глазки Сияны округляются еще сильнее. И на самом их дне мелькает…страх? Тревога?

А у меня внутри разливается какое-то странное и приятное чувство.

- А что? Беспокоишься обо мне? – усмехаюсь, заводя мотор и выруливая в сторону общаги Девочки. Оказывается, это так здорово, когда о тебе переживают.

Сияна краснеет и отводит взгляд в сторону. Опускает голову и, закусив нижнюю губу, теребит ремешок сумочки.

- Просто боюсь до одури ночных звонков, - бормочет едва слышно, когда я уже и не надеюсь услышать ответ.

Сильнее стискиваю руль и зубы.

Ее неожиданные слова, пропитанные чем-то личным, всколыхнули воспоминания, покрытые пеплом и похороненные глубоко во мне. И я ненавижу себя за эту слабость.

Настолько глубоко ухожу в свои мысли, что сильнее вдавливаю педаль газа. Солнышко испуганно ахает, хватается за ручку и вжимается в сидение.

- Денис…, - выдыхает. И этот нежный голос приводит в чувство.

- Ты где так научилась танцевать? – перевожу разговор в безопасное русло.

- Раньше ходила на занятия в «Лил-Левиту», - просто сообщает с легкой улыбкой.

Присвистываю. Отрываюсь от дороги и окидываю ее взглядом с головы до ног.

Удивила. Сильно. Хотя бы потому, что это одна из самых пафосных и дорогих школ танцев.

- У меня зал находится неподалеку от этой студии танцев, - тяну, сворачивая направо и внимательно следя за дорогой. Умалчиваю, что одна танцовщица из этой студии ночами демонстрировала мне свои пируэты и «фуэте». - Я знаю, сколько примерно стоят там занятия…

Сияна снова краснеет, как будто я уличил ее в чем-то, порочащем ее доброе имя.

- Мне на день рождения девочки деньгами подарили. У меня была половина – отложила заработанное на летних каникулах.

- Понятно. А сейчас ходишь?

- Нет, - качает головой и грустно вздыхает. – Дорого. Зарплата официантки не позволяет.

Еще и эта работа официанткой, которая ей совершенно не подходит. Ни по внешности, ни по статусу.

Девочка – загадка, не иначе.

Подъезжаю к ее общаге, паркуюсь прямо возле входа на тротуаре, чтобы не замерзла, пока добежит.

- Спасибо, что подвезли, - бормочет, порхая ресничками. Снова это благоговейное «вы», что приводит в боевую готовность все, что ниже пояса.

- Тебя в общагу-то пустят? – оглядываю серое здание.

- Да, - тихо шелестит, скромно улыбаясь. – Я договорилась…

Не выдерживаю и притягиваю девочку к себе. Крепко целую, слизывая напоследок ванильный вкус.

- Что за бальзам для губ ты используешь? – не выдерживаю.

- Бальзам? – ее глазки расширяются от удивления. Солнышко хихикает, прикрыв рот ладонью. – Никакой…

Невероятная девочка…

Но все равно все-таки что-то меня смущает в ней. Царапает. Что-то не вяжется с образом простой и бедной студентки…

- Понял. Беги. Иначе до утра не отпущу.

Девочка охает и выскакивает из машины. Убеждаюсь, что ее пропускает консьерж, и только тогда трогаюсь с места и еду к Оле.

Осторожно открываю дверь своими ключами и переступаю порог. Квартира встречает меня тишиной и тонкой полоской света, льющегося из гостиной. Сбрасываю обувь и двигаюсь туда.

При виде меня Оля поднимается с дивана и одергивает шелковый халат. Злость во мне начинает потихоньку закипать.

- Где Марсель?

- Спит, - пожимает плечом Оля, направляясь ко мне.

- А нахрена тогда меня дернула?! – цежу, сжимая ладони в кулаки. Господи, ниспошли мне терпения. Потому что мои ресурсы на пределе.

- Не истери, - ощеривается, растягивая губы в похабной улыбке. - Ребенок уснул, пока ты ехал. Почему так долго? Все никак с очередной проститутки не мог слезть?

Она меня на прочность испытывает, ей-Богу. Но я не стальной и не святой. У всего есть свой предел.

- Не твое дело, Оля! – рявкаю так, что она дергается, как от удара и сжимается в комок. Пофиг. – Как же ты меня достала! Запомни, я не твоя игрушка. Я не мальчик на побегушках и не марионетка. Не нужно манипулировать ребенком. Потому что в один прекрасный момент мне это надоест…Но будет слишком поздно.

Очевидно, что выражение моего лица говорит само за себя. Оля бледнеет, тяжело сглатывает.

Но быстро берет в себя в руки и, покачивая бедрами приближается ко мне. Вскидывает руки, но я вовремя их перехватываю. Она выворачивается и все равно касается груди, быстро ведет и сжимает плечи, пытаясь массировать. Скидываю с себя ее когтистые ладони, выворачиваюсь и иду на кухню попить воды. Говорить с ней бесполезно. Тупая и непробиваемая. Посланная мне за мои грехи.

На кухне глаз царапает стол, накрытый на двоих. Салат, горячее, закуски, горят свечи в канделябре, открыта бутылка вина.