История одной любви

6.

Ольга:
После моего ухода от подруги меня будто начали преследовать неприятности. В моей маленькой однушке кто-то успел побывать в мое отсутствие. Ничего не пропало, но присутствие чужого человека ощущалось необычайно остро. Я обошла всю квартиру, но так никого и не нашла. Желание уехать обратно было очень большим, но вот к встрече с братом я была не готова.
Вечером я ложилась спать с некоторой опаской, и не зря. После пробуждения меня ждал сюрприз, при чем совсем не из приятных. Мой "кредитор" пришел ко мне домой с просьбой вернуть долг. Денег у меня не было, и я сильно пожалела, что не осталась в обществе Кирилла. Уж лучше его бесконечные подколы, чем... Впрочем, ладно. Мужчина дал мне немного времени, чтобы собраться, только предусмотрел все мелочи и не оставил мне даже мысли о побеге. Затем через весь город привез меня в центр, при этом держал так, чтобы я не сбежала. Как будто у меня выбор был! И тем не менее было страшно. Очень. Я понятия не имела, куда и зачем он меня везёт. Зажмурилась так сильно, как только могла, чтобы не заплакать. Мамочки, во что я вляпалась?
Мы вышли из машины и мужчина повел меня в парк, по-прежнему крепко прижимая к себе. Я посмотрела вперёд и увидела мужчину, сильно похожего на Максима, в обществе какой-то девушки. Да нет же, это и был Максим! Странно, что он тут делает? Неужели он заодно с моим "кредитором"?
Когда мы приблизились, мой похититель заговорил. Я, конечно же, понимала, что разводить чайные или кофейные церемонии тут не будут, от чего внутри все холодело от страха, но зачем им убивать? Ведь именно это они собираются сделать, если я правильно поняла их разговор?
Девушка, которая стояла рядом с Максом все это время, достала пистолет и направила его в нашу сторону. Это конец! Людей нет вокруг, никто не поможет. Рука с пистолетом медленно направилась в сторону Максима, а затем, буквально через доли секунды - на меня. От охвативших меня паники и ужаса я даже не могла пошевелиться, не то, что говорить. Ещё доля секунды и... Я не поняла, что и в какой последовательности произошло: Максим сделал едва уловимое движение вперёд, девушка, держащая пистолет, выстрелила, а мой похититель толкнул меня на землю, и в ту же секунду бок пронзила резкая боль. Я упала рядом с Максимом, но почти сразу открыла глаза: рядом уже никого не было, а Максим лежал без сознания, на его рубашке расплывалось красное пятно. От этого вида закружилась голова. Бок безумно жёг, но я, не обращая на это внимания, полезла в карманы пиджака мужчины в поисках телефона. Найдя его, позвонила в скорую и обессиленно упала рядом. Голова кружилась от вида крови. Ничего не могла поделать с этим, такая особенность у меня с детства.
Когда приехала скорая и что было потом, я уже не помнила. Очнулась в больнице и расспросила обо всем медсестру. Она сказала, что мне повезло: в левом боку у меня было ножевое ранение, но то ли у похитителя дрогнула рука, то ли орудие было недостаточно острым, но теперь мне ничего не грозило.
В больнице мне очень не хотелось находиться, но кто меня спрашивал? А ещё меня куда меньше интересовало мое ранение, чем состояние Максима. Всё-таки он закрыл меня от пуль собой. Зачем только, спрашивается? Я буквально молилась всем существующим богам, чтобы с ним все было хорошо. Медсестра ничего толком сказать не могла, поэтому пришлось искать другие источники информации. Наконец, врач сжалился и ответил на мои вопросы, правда, только после того, как я представилась невестой Максима. Потом мне стало стыдно за эту маленькую ложь, но пришлось пересилить это чувство. У Максима было три ранения, но врач не давал никаких прогнозов. То есть совсем. Просто переводил тему.
С горем пополам, но я выпросила у той самой бедной медсестры, представившейся Юлей, телефон, позвонила Вике. Она обещала приехать в течение часа, и, хотя посетителей не пускали, я буквально упросила Юлю помочь. Подруга приехала, как и обещала, через час и сразу же потребовала объяснений. Я рассказала всё что знала и помнила. Сказать, что подруга была в шоке - значит не сказать ничего. Она, как и я, конечно же хотела пойти к Максиму, но так как он лежал в реанимации, к нему никого не пустили. Даже сестру с "невестой".
Если честно, мне хотелось плакать. От злости, от бессилия... А ещё мне дико хотелось узнать, что Максим делал в том парке и кто та девушка, которая в него стреляла. Ответить на эти вопросы мне мог только Макс, но он находился без сознания.
На следующий день Вика приехала снова, но не одна, а с Кириллом и ещё каким-то мужчиной. Неужели Кирилл расщедрился  на охрану?
- Оля, это Никита, друг Кирилла. Расскажи ему всё, что рассказала мне, - попросила Вика, когда я спросила, кто этот молодой человек. Мы были одни в палате, так просила подруга, хотя мне было всё равно.
- Зачем?
- Кирилл сказал, что может быть так мы сможем хоть немного разобраться в том, что произошло.
- Ах, Кирилл сказал... - протянула я. - Ну тогда конечно.
Нет, всё-таки я понимала, что это, наверное, разумное решение. Но не съязвить не могла.
- Оля, прекрати! Просто расскажи всё Никите. Это трудно?
И нет бы мне промолчать, но...
- Да! Трудно! Конечно, Кирилл сказал -  это закон. А что он ещё говорил?
- Ты невыносима! Почему ты так его ненавидишь? Он же твой брат! - устало спросила подруга.
Я невесело усмехнулась.
- Да ты что? И это мне говоришь ты? Ты, которая поссорилась с родным братом из-за мужика! Которая выскочила замуж назло брату и всей семье!
- Не назло,  а потому что люблю. И хочу напомнить тебе, что с Максимом всё-таки помирились!
Я всхлипнула. Да, Вика была права, а во мне просто играли обида и гордость. Да, мы с братом всё-таки ругаемся, и довольно часто, но почему нельзя этого как-то избежать? Если бы не вспыльчивый характер Кирилла и упрямый мой, никакой ссоры не было бы, наверное. Я даже не заметила, как слезы покатились по моим щекам. В этот момент сильные мужские руки обняли меня и прижали к груди. Я удивлённо подняла голову и молча посмотрела на Кирилла. Я даже не слышала, как он вошёл, и как Вика вышла, тоже. Я плакала на плече брата, а он гладил мои волосы и согревал затылок своим дыханием.
- Оля, я не хочу сейчас читать тебе нотации, но все же скажу. Теперь ты понимаешь, чего добилась своей самостоятельностью?
Да, понимала. И черт возьми, он был прав, тысячу раз прав, во всем. И подруга оказалась в миллион раз мудрее, чем глупая и наивная я.
- И ещё, с каких это пор у тебя появился жених? - насмешливо прозвучало над ухом.
- С недавних! - огрызнулась я, отчаянно желая стукнуть брата чем-нибудь тяжёлым.
- Позже жду подробностей. А сейчас поговори с Никитой, пожалуйста.
Я застонала. Ну зачем? Только задать этот вопрос вслух я не успела - кто-то трусливо сбежал с поля боя. А Никита вошёл и принялся за допрос. Пришлось в который раз все повторить. Рассказала я и о том, что сначала работала в кафе, принадлежащем тому мужчине, который меня якобы похитил. Ему показалось что я выполняю слишком мало, а получаю много. Стал гонять в три смены, знал, что мне деньги нужны, хотя вроде как права на это не имел, мне восемнадцати ещё не было. Потом приставать начал, но я чудом его отшила. До сих пор не понимаю, как мне это удалось? Потом мне, правда, пришлось занять у него немного денег, я их почти сразу и отдала, но он оказался хитрее и изворотливее: придумал какой-то немыслимые план, в результате которого я оказалась должна ему в три раза больше. Приходил ко мне часто, напоминал, что долг висит, а я ни отдавать, ни отрабатывать не тороплюсь. И вот пришёл он ко мне последний раз, а итог - вот он. Я в больнице, Максим тоже. Не знаю правда, как он с ними связан, но очень хочу это выяснить.
Никита слушал меня внимательно, только как-то странно на меня смотрел. Ну да, знаю, что не первая красавица города, в таком-то виде: волосы растрёпанные, глаза наверняка красные от слёз, лицо опухшее...
Мужчина ушел, но я не обратила на него внимания. Мои мысли были уже далеко отсюда. Я снова и снова думала о Максиме. Нельзя так часто нём думать, нельзя!.. Но перед глазами настойчиво появлялся его образ, отогнать который я была не в силах.
Наутро я была полна решимости уговаривать главврача разрешить мне побыть рядом с Максимом. Но долго просить не пришлось:  врач устало вздохнул и пропустил меня. Но как  только за моей спиной закрылась дверь, меня охватила паника. Что делать дальше? Я нерешительно подошла к парню, но ком в горле и поступившие к глазам слёзы несказанно мешали.
- Привет, - тихо прошептала я, осторожно опускаясь на краешек кровати. Но что говорить дальше, я не знала. Мозг лихорадочно пытался подобрать слова, хотя это, наверное, была излишним - Максим без создания, так что вряд ли услышит меня. Но почему-то мне так хотелось поговорить о чём-то...
- Знаешь, я чувствую себя виноватой, ведь по сути ты здесь из-за меня. Я очень хочу знать что ты делал в том парке. И зачем поставился под пули? Максим, поскорее приходи в себя, слышишь? Вика очень переживает. Да и я тоже... Знаешь, чтобы пройти к тебе, я представилась твоей невестой. Но ты только не злись, хорошо? Знаешь, наверное Кирилл прав, и я действительно во всём виновата сама. Если бы не моя самостоятельность и стремление к свободе, ничего этого не было бы, наверное. Я бы не ушла из дома, не пошла работать, не влезла бы в долги... И с тобой не встретилась бы тоже... Если бы я могла знать, что ты сейчас чувствуешь и слышишь ли меня вообще...
Я провела возле Максима около десяти дней. За это время он так и не пришел в себя. Врач просто пожимал плечами. Вика появлялась все реже - наверное семейные дела не отпускали ее на волю. Я успела подружить с медсестрой Юлей, у нас оказалось много общего. Один раз, когда Юля в очередной раз пришла с бессмысленной проверкой в палату, я проговорилась ей, что на самом деле не являюсь невестой Максима. Она удивилась:
- Тогда что ты здесь делаешь? Зачем сидишь возле него все время?
Я рассказала ей историю нашего странного знакомства. Несмотря на то, что до этого происшествия мы с ним виделись всего несколько раз, меня почему-то тянуло к нему.
- Ты влюбилась, Оля. Вот и ответ на все твои "почему".
- Вика мне говорит то же самое, но...
- Но..? Ты ведь боишься признаться в этом даже самой себе, я права?
Я вздохнула.
- Я не знаю. Наверное права. Мне нужно, чтобы Максим поскорее пришел в себя. Может тогда я смогу разобраться в себе, да и в целом...
В этот момент рука Максима, которую я машинально держала во время разговора, едва заметно дёрнулась и напряглась, пальцы судорожно сжали мои.
- Юля!
- Да вижу, не кричи так. Врача позови лучше.
Я поднялась с места, но Максим держал меня мертвой хваткой.
- Юля, я не могу, - жалобно пропищала я. Девушка только закатила глаза и вышла из палаты.
Я лишь молча смотрела на лежащего возле меня мужчину, который наблюдал за мной широко раскрытыми глазами.
- Максим, - тихо позвала я. - Макс, ты меня слышишь?
Ну а что? Я понятия не имела, как нужно вести себя в подобной ситуации. 
Максим едва заметно кивнул. Комната снова погрузилась в тишину. Я сама не заметила, как начала плакать. Да что ж со мной такое? Глубоко вдохнула, раз, другой... Не помогло, слезы просились с новой силой.
- Не плачь, - хрипло сказал Максим, от чего плакать захотелось ещё сильнее. Сама не понимала, почему так реагирую, а хотя... Кого я обманываю? Права Юля, себе можно и не врать.
Дверь открылась, в палату вошёл врач, Юля следом. Меня вежливо попросили выйти.
Уже в коридоре я позвонила Вике. Знала, что она сразу же приедет, хотя мне почему-то не очень этого хотелось.