История, похожая на сказку

Глава 23. Подарок для Деда Мороза

- Ух, хорошо! – Серый Волк с гиканьем нырнул в ближайший сугроб, вздымая тучу огоньками вспыхнувших на солнце снежинок. Отряхнулся, распушился и глянул на архимага с Леей: не укоряют ли за такое ребячество? Да вроде нет, наоборот, рады бы последовать примеру, да мешает что-то… Солидность, что ли? Хотя… Первой не выдержала Лея, потянулась скатать снежок, да не вышло: не лепится в такую погоду. Но остановиться магичка уже не могла, озорство просто рванулось наружу, так что она не поленилась подпрыгнуть и качнуть пушистую заснеженную ветку сосны. На архимага посыпался снег. Ну, погоди, рыжая! Через пару секунд полянка огласилась визгом и счастливым смехом: аккуратная подсечка уложила хохочущую Лею в сугроб, в котором было так уютно, что она даже не сразу вскочила, а ещё подрыгала руками и ногами, «делая ангела»… Потом уже магичка попыталась уронить архимага, но он стоял на ногах твёрдо, так что свалить его в результате удалось только при помощи Серого Волка (а точнее, когда сам Стас решил, что ему тоже хочется поваляться в снегу, а вот он и повод…) Потом ещё поиграли в догонялки, раскраснелись, насмеялись и с трудом угомонились, вспомнив, зачем, собственно, сюда пожаловали.

- А дед-то наш того... Слинял? – отдышавшись и отсмеявшись, спросила Лея.

- Пихто сделал своё дело… - классично начал архимаг, но сам же и сбился с торжественно-напыщенного тона. – Короче, ушёл восвояси. Спасибо ему, дальше сами справимся.

- А колбаска вкусненькая была! – с мечтательным видом облизнулся прагматичный Серый Волк. – Надо было припасти…

- Вот бы и припасал, чего ж ты всё умял-то в одно лицо? – поинтересовалась вредная Лея.

Волк закручинился.

- Ну, может, его опять вызвать можно будет, когда оголодаем, - предположил он с надеждой. – Ты колокольчик-то не потеряй!

- Не потеряю, - хмыкнул Стас, оглядывая своих отряхивающихся после приступа снеговаляния спутников. – Ну, что? К Деду Морозу пойдём или тут останемся?

- А я бы осталась, - вздохнула Лея, оглядывая окрестности, действительно напоминавшие декорацию к волшебной новогодней сказке. – Только идти надо. Дело не ждёт…

И пошли они по тропинке, предположительно ведущей к дому Деда Мороза. По крайней мере, именно это подсказывала Стасу интуиция, да и Серый Волк, ткнувшись в снег носом, утвердительно махнул хвостом. Типа, верной дорогой идём, товарищи!

Красота вокруг была необычайная, словно каждую берёзку и ёлочку наряжали-украшали вручную. Снег был белым-белым, искристым, а небо над лесом – лазоревым, ярким. Просто открытка глянцевая… А ещё казалось, будто в воздухе пахнет мандаринами… Но это они, наверное, уже придумали. Было вкусно идти вот так и дышать, дышать, чувствуя, как выходит из лёгких, из души всё тёмное, наносное, копившееся потихоньку годами. Лёгкий морозец игриво пощипывал за щёки и нос, но холодно не было: выручали одёжки, Дедом Пихто подаренные.

Идти пришлось недолго. Ёлки будто сами собой раздвинулись – и взглядам путешественников предстала резиденция Деда Мороза.

Никакого тебе ледяного дворца – обычная хата, добротная, правда. Дымок из трубы идёт: стало быть, и внутри тепло. Крылечко вон резное, поленница виднеется, сарайчик. Всё по уму, как хорошему хозяину положено… Только тихо что-то.

На стук долго никто не открывал, потом дверь скрипнула, и в щель просунулся морковный нос. А чего удивляться? Где Дед Мороз, там и снеговики, и бабы снежные. Какие ещё слуги должны быть у зимнего волшебника?

- И хто тама? – хрипло поинтересовался Снеговик, недоверчиво разглядывая пришельцев чёрными угольками глаз.

- По делу мы! К Деду Морозу! – значительно произнёс архимаг. Но бдительную охрану почему-то не проняло…

- Не принимают оне. Сказано – до Нового года не беспокоить и никого не пущать! – Снеговик попытался захлопнуть дверь, но бдительный архимаг заклинил её одним взглядом. Снеговик пыхтел и тужился. Дверь не поддавалась. Убедившись, что в одиночку с назойливыми посетителями ему не совладать, Снеговик решил вызвать подмогу и жалобно заголосил:

- Маланья! Выдь на минутку!

Послышался грузный топот, затем Снеговик исчез, будто чья-то решительная и могутная рука рывком втянула его внутрь, дверь распахнулась настежь, и взорам опешившей троицы предстала Маланья.

… Музыкой архимаг занимался серьёзно, а вот стихами, по собственному уверению – шалил. Однажды из-под его бойкого пера вышли такие строки:

Она блондинкою была,
Вся в папильотках голова.
Не папильотки, а снежки.
Да, не подам я ей руки!
Ещё - ведро на голове,
Ведь дело было в январе...
И взор - два чёрных уголька -
Пленяет враз, наверняка.
Она холодною была -
Из снега баба. Все дела...

Сейчас перед ним стояла ожившая героиня этого стихотворения. Про папильотки, кстати, он угадал.. А вот снегу на эту Бабу (именно так, с большой буквы!) пошло, должно быть, немерено… Тесня архимага с крыльца необъятным бюстом, Маланья бубнила:

- Ходют тут всякие… Ни сна, ни отдыха… Всё просют, просют… Дед Мороз, дай то, Дед Мороз, это подари! Совести у людёв нетути… А кто про самого Мороза вспомнил хоть раз? Кто ему подарочек припас? А?