История русалки. Пока идет дождь

14

Внутри все оборвалось. Я словно летела с высокой скалы прямиком в ледяную бездну. Неужели он знает? Все же он не просто так стал инквизитором – значит, обладает мощной силой. А я, маленькая мышка, решила бегать прямо перед носом хитрого и сильного кота.

Он отстранился, и я посмотрела на него. Лицо скрывала темнота, но я видела даже в ночи, как недобро горят его глаза.

- Что ты… вы… хотите этим сказать?

Пересохшие губы меня не слушались. Опять я ляпнула совсем не то, и, пытаясь исправить оговорку, поспешно добавила:

- Господин.

Сквозь мрак я увидела, как ухмылка изогнула его губы.

- Ты даже сейчас себя выдала.

- Не понимаю, о чем вы, - я не собиралась так просто сдаваться. Если он меня раскусил и решил упокоить, то пусть сначала докажет, что я нежить, а не обычный человек. А я посмотрю, как он это сделает, когда у меня нет ни жабр, ни хвоста, ни чешуи!

- Как ты оказалась на той улице, где я нанял тебя? Что там делала?

- Искала работу. Это допрос?

- Пока нет, - в его голосе проскользнули угрожающие нотки. – Но я имею право провести его.

- Не думаю, что расскажу что-нибудь интересное вам, господин, - я старалась придать голосу как можно больше спокойствия и покорности. Вышло плохо – на слове «господин» он опять дрогнул в сторону ехидства. Инквизитору это не понравилось.

- Где твой дом? Откуда ты приехала?

- Я местная. Родилась в бедной семье, а когда потеряла родителей, то пошла искать работу.

Инквизитор приехал из столицы, а значит мало знаком с местными жителями. Откуда ему знать, отсюда я или нет?

- Врешь, - мужчина резко прервал мой ответ.

- Я не вру…

- Врешь, и довольно неумело. Ты думаешь, я не вижу, кто ты?

Инквизитор схватил меня за подбородок и притянул к себе. Он был так близко, что я ощущала его дыхание на своих губах, щеках, видела, как сверкают его глаза. Запах новой волной окутал меня. Кедр и кожа. Опьяняющий дурман.

- Кто я? – еле слышно прошептали губы.

- Ты явно не служанка. Ты не прачка и не кухарка. Не фермерская дочь и не дочь ремесленника. Ты вообще не из бедняков. Неужели ты думала, что никто не раскроет твой обман?

Я сглотнула. Сейчас он скажет, что я русалка. Мертвая девица, которую утопили в холодном озере.

- Так кто же? – я высвободилась и сделала шаг назад. Его рука, сжимавшая ранее мой подбородок, медленно опустилась.

- Не знаю, лучше ты мне это скажи, - его голос вдруг стал усталым. – Ты плохо убираешь дом и еще хуже стираешь. Готовить у тебя тоже не особо получается. Твоя речь слишком грамотная для крестьянки, а за столом ты восседаешь как принцесса. Так ответь мне, кто ты? И зачем благородная наряжается в служанку?

Что? Я думала, что узнал мой «потусторонний» секрет, а он оказывается принял меня за богатую дамочку. Я чуть не хохотнула вслух – вот так ситуация. Еще минуту назад я боялась, что рассыплюсь в прах прямо на этом полу. Но, кажется, пронесло.

- Я не из благородных, - попыталась оправдаться. – Моя матушка работала в доме аристократов, и я там выросла. У хозяев не было детей, все рождались мертвыми, - история плелась сама собой. – И себе в утешение, они взялись за мое воспитание. Вот и все.

- Снова врешь.

- Это чистая правда, - мне и самой было стыдно за то, сколько я тут насочиняла. Но как быть иначе?

- Тогда скажи мне, как их зовут? Я навещу этих господ завтра же и попрошу у них рекомендацию на тебя, - инквизитор сложил руки на груди. – Думаю, они не откажут названной дочери.

- Не нужно.., - голова сама собой виновато опустилась.

- Отчего же?

- Я действительно наврала.

- Я и не сомневался, - его голос стал ледяным, и невольно поежилась. Где тот бархатный тембр, который залезал под самую кожу, заставляя все внутри переворачиваться? – И как ты предлагаешь мне сейчас держать тебя под своей крышей? Я не слышал от тебя ничего кроме лжи. Я не знаю кто-ты, откуда пришла и с какой целью. И это когда моя жизнь, как жизнь королевского инквизитора, находится в постоянной опасности.

- Вы вольны меня выгнать, но…

- Да, волен. Но сегодня ты вошла в кухню без разрешения. Я стою перед тобой без плаща и маски, а значит ты видела больше, чем положено. Знаешь, что это значит? - он сделал шаг вперед. Я машинально шагнула назад и уперлась бедрами в стол. Отступать больше некуда.

- Нет, не знаю.

- Я должен тебя убить.

Инквизитор навис надо мной словно скала. Он упер ладони в стол, склонился надо мной. Я чувствовала жар его кожи, слышала, как стучит сердце. Я должна была испугаться его слов, может, начать рыдать и умолять. Но, к своему удивлению, я осознала, что совсем не боюсь его.

- Убивай, - прошептала я совсем близко от его губ.

Он замер на мгновенье, и я услышала, как его сердце застучало быстрее. Мужчина убрал руки со стола и выпрямился. Я чувствовала его взгляд на себе.

- Бездна полыхающая забери тебя! – я вздрогнула от его неожиданной вспышки ярости. Инквизитор схватил одной рукой стул и отшвырнул. Тот полетел через всю кухню и ударился о стену.

Я застыла. Вот теперь страшно.

- Ты вообще понимаешь, что наделала? – его голос дрожал от еле сдерживаемого гнева. – Никто из тех, кто знает меня как инквизитора, не имеет права видеть меня без маски! Это древний закон! И по этому закону, я должен убить каждого, кто его нарушит во избежание раскрытия своей личности и государственной тайны!

- Я ничего не видела!

- Глупая девчонка! Я позволил тебе жить здесь, и вот что вышло! Думаешь, мне очень хочется убивать тебя?

- Не уверена, но…

- Лучше молчи. Принесли же тебя демоны на мою голову. А я даже не знаю, кто ты вообще.

Инквизитор запустил руку в волосы, провел по голове, опустился к затылку и сжал его. Он думал, и от этих мыслей зависело то, поживу ли я на земле еще чуть-чуть или навсегда упокоюсь.

- Я виновата, я знаю, - молчание стало невыносимым. Пусть лучше сразу решит мою судьбу. – Я врала, и это недостойно. Может я и благородная леди, но вы нашли меня замерзающую, грязную, в обносках возле таверны, где я искала работу обслуги. Если бы я могла вести себя как благородная, жить как они или, хотя бы, рассказать вам о своем происхождении, думаете, я бы не сделала этого? Мое положение отчаянное, и это толкнуло меня на службу к вам. Разве встретились бы мы так, если бы не мою долю не выпало горе и испытания? Тогда как можете вы меня осуждать?