История Вечной Любви. Символы Свободы

Глава 19

Проводив Дариану взглядом, Кера устало опустила каменные веки. Она чувствовала, что пройдет мгновение или два, и Октавия будет здесь. Так и случилось, спустя миг Надзирательница Проклятий уже возвышалась над угасающей Нициферой.

— Глупо было бегать от меня, сестра. Ты лучше других знаешь, что на правах старшей Круга Девяти я способна определять местоположение любой из Кер.

— Ты лишь вторая, Октавия. Не старшая, — дерзко бросила та.

— Агата предала Круг Девяти, предала свою семью, а, значит, сложила с себя полномочия.

— Ты сделала это за нее. Собственными руками, заручившись поддержкой Властителя, ты заточила родную сестру в вечную темницу, забыла о ее существовании и заставила других Кер забыть. Ты – единственная, кто предал свою семью, Октавия. Твоими стараниями Агата вынуждена терзаться одиночеством и горькими воспоминаниями тысячелетия напролет. Но ты не знаешь, сколько горя приносит даже короткий миг такого существования, тогда как вечность пребывания наедине с истошной скорбью является испытанием куда страшнее самых изощренных мук, на которые способен сам Властитель, — Ницифера продолжала укорять сестру, теряя последние силы. Ей нужно было отвести внимание от Дарианы, ей нужно было дать Д’Амаре время для побега.

—  У вас обеих была возможность выбора лучших вариантов, но вы отчего-то неизменно следовали худшими. Сию же минуту мы отправляемся в Цирилатар! — так хорошо известным Ницифере тоном, что не терпит возражений, сказала Октавия.

— Оставь меня, я все равно умираю. Ритуальный клинок Баланса работает безотказно, поглощая отпущенную мне вечную жизнь за считанные минуты. Оставь меня, Октавия, я буду счастлива умереть здесь, в лучах теплого солнца среди своих прекрасных воспоминаний. Я не желаю больше видеть мрак Цирилатара, ощущать кожей его сырость, вдыхать легкими его безвкусие.

— Ни за что! Этот проклятый мир не увидит смерти ни одной из дочерей Морриали! И я об этом позабочусь.

Октавия вновь применила магию жезла. Призрачные ленты вцепились в умирающую Нициферу. Кера уже готова была провалиться в туманы забвения, как услышала вопрос о Дариане:

— Куда подевалась эта смазливая девчонка, о которой так печется Черный Король?

— А какое тебе дело до битв волшебников и их судеб? — прошептала та.

— И правда. Никакого мне нет до этого дела. Мы свое выполнили и сдержали уговор с Властителем, — фыркнула Старшая Кера. — Пора отправляться домой, а девчонку чернокнижник пускай разыскивает сам.

— Она уже очень далеко, он не сможет найти Д’Амару. Гримму ни за что не пленить Вечную Любовь Игана Аттема.

На этих словах мир в изумрудных глазах Нициферы померк на мгновение. С большим трудом она смогла поднять веки, когда они с сестрой вновь оказались на равнинах Города Просвещенных. Каким-то необъяснимым для чародейки чудом Игану удалось преодолеть забвение Морриали, насланное Октавией. Он медленно расправил плечи и поднял едва живой взгляд на Нициферу. Та чуть заметно кивнула Лорду Аттему и устало улыбнулась, что означало лишь одно: ему не о чем беспокоиться, она исполнила свою клятву. Иган одними губами прошептал:

— Спасибо…

Этой немой сцены ни Гримм, ни его соратники не могли наблюдать, в этот момент все их мысли были заняты лишь одной проблемой. Дариане удалось сбежать благодаря проворству этой дерзкой Керы. И теперь Черный Король должен как можно скорее отправиться на ее поиски.

Гримм и его прадед принялись расспрашивать Октавию о том месте, где она нашла сестру, и на пленников сейчас никто не обращал внимания, в конце концов, все они уже без пяти минут мертвецы. Пользуясь моментом, Осмар Лейнгель в несколько шагов покрыл разделяющее их с Нициферой расстояние. Генерал бережно приподнял ослабевшую Керу и тихо-тихо произнес:

— Ницифера…

Ее холодные пальцы коснулись губ генерала, призывая к молчанию, и безропотно скользнули по его щетинистой щеке.

— Не печалься обо мне, Осмар. Я уйду счастливой, ведь спасла единственно святое, что есть у меня – Вечную Любовь. Теперь, когда Д’Амара в безопасности, я оставлю этот мир со спокойным сердцем, навсегда сохранив в душе то чувство, которому она меня научила…

— А что станет со мной, когда ты уйдешь, Ницифера? — шептал он в ответ и гладил ее шелковые волосы.

— С тобой? — хрипло спросила она.

— Уходя, ты разбиваешь мое сердце на тысячи осколков, потому что даже за чертой жизни я не смогу отыскать тебя, ведь наши души даже после смерти останутся в разных мирах навек.

И так стало тепло внутри от этих слов, как много, оказывается, они значили для нее и сколь желанными были.

— Даже если и так, Осмар, то моя любовь к тебе переживет и вечное существование этих миров. Неустанно благодаря Творца за этот дар, я обязательно отыщу дорогу к тебе, будь уверен. Однако сейчас мы должны бросить все наши силы, чтобы спасти Вечную Любовь от Властителя. Наши души остаются чисты и свободы, пока Д’Амара принадлежит этому миру. Только она способна вернуть Хранителя из Мрачной Бездны и восстановить хрупкие грани Баланса.

Он обнял ее крепче, внимательно слушая все наставления Керы.

— Я сделаю все возможное и невозможное ради своей королевы и ради нашей встречи с тобой, — пообещал Осмар, целуя темные волосы Нициферы. — Теперь я знаю, почему мог видеть тебя. Ты предназначена мне судьбой, ты дарована мне Творцом…