История Вель

Глава 6

Поздно вечером я стояла в углу большого зала и наблюдала за танцами. Наша помощь уже была не нужна, и нас отпустили. Анежка зевнула, махнула рукой и пошла спать, не попрощавшись. Я осталась одна, не готовая уходить, словно заколдованная этой странной атмосферой, полупраздничной, полусказочной.

Мать Бенжамина, Тереза, величественная, как королева, танцевала с кем-то в золотых пуговицах. Ее смех был слышен даже сквозь музыку. А потом я увидела его — Бенжамина. Он танцевал с молодой девушкой в розовом платье, лёгком, как лепесток. Он смеялся, легко кружил её, и она смеялась в ответ. Он замечал её. Не так, как заметил меня в коридоре. Тогда — мельком. А сейчас он был весь в ней.

Любомира я не видела. Наверное, он тоже нашёл кого-то — фестивали не терпят одиночек. Я не знала больше никого из гостей. Оставалась лишь я, затерянная служанка в углу, в темном платье, наблюдающая за их праздником. За их лёгкостью. За их свободой.

И в этот момент я остро поняла: сколько же всего я упустила, играя эту роль. Я теперь знала, за что платят на фестивалях. Роль служанки позволяла погрузиться в иллюзию, но только до определённого момента — потом начинается работа. Грубая ткань, тяжёлые ведра, скрип щётки по каменному полу. Но в мечтах... я представляла, что стою в центре зала, в красивом, но не вычурном платье, что мои волосы убраны в мягкую прическу, а на шее легкое ожерелье. Я танцую — с Бенжамином? Или пусть с Любомиром, с кем угодно — главное, чтобы кружил меня под эту музыку, в этом волшебстве. И никакой реальности — ни лекций, ни виз, ни магистратуры — просто я, танец и свет.

А потом что-то оборвалось внутри. Мне вдруг расхотелось быть здесь. Всё показалось фальшивым — флюиды, улыбки, шелка, магия. Пресыщенный романтизм. Меня словно выкинуло из сна.

Я прошла в сторону чёрного входа. Меня никто не остановил. Один мужчина на выходе кивнул:

— Вернуться можно только утром.

— Я и не собиралась раньше, — тихо ответила я.

Я шла по тёмной, неосвещённой дороге в сторону города. Когда мы ехали сюда с Мариной, мне казалось, освещение было. Но сейчас, после бала, дорога стала иной — как будто фестиваль впитал в себя и улицы. Я вдыхала прохладу ночи и вдруг, неожиданно, остро ощутила горечь одиночества. Мне впервые по-настоящему захотелось перестать быть одной. Найти своего человека. Или хотя бы друзей.

А ведь я даже не переоделась… Но какая теперь разница?

В городе жизнь не замирала. Люди всё ещё бродили по улицам — кто работал, кто веселился, кто искал, как и я. Все были в средневековых костюмах, и я впервые поняла, насколько всё это захватило город. Я чувствовала себя чужой. Невидимой, забредшей в сказку.

Наконец я добралась до отеля. Или, как мне казалось, до отеля. Здание было тем же — та же вывеска, та же дверь, даже знакомый фонарь. Но внутри всё было не так.

— Я оплатила комнату на неделю, — устало сказала я женщине у стойки.

— Вас нет в списках постояльцев. Вы, наверное, ошиблись. Уходите.

— Да как же так?.. — я огляделась, вышла, зашла снова, даже проверила номер улицы. Всё совпадало. Но не было ощущения, что я дома. Только путаница, усталость, и одно желание — лечь и заснуть.

Женщина вздохнула, глядя на меня чуть менее сурово.

— Негде ночевать? Давай размещу в коморке. Бесплатно. А утром поможешь с посудой.

Я кивнула, не в силах даже благодарить. Меня провели в крошечную комнатку с узкой койкой и старым покрывалом. Я легла, не раздеваясь, закрыла глаза. Всё казалось другим. Словно ночь стерла координаты, и я уже не знала, где я. Кто я. Но верила, что утро расставит всё по местам.