История Вель

Глава 11

Я убежала, оставив притихшую подругу. Нашла Бенжамина в его комнате — в покоях, как тут говорят. Да чтоб они все упокоились, в этом своём средневековье. Мучают женщин как могут. Да, она виновата. Да, согласилась. Я тоже сначала думала — нечего ей было с ним спать. Но с другой стороны… Презервативов тут нет. Анежка просто хотела лучшей жизни. Могу ли я её осуждать?

Могу. Но с другой стороны — кто бы взял меня, окажись я на её месте? Без приданого, с сестрой на руках. Наверное, её главная ошибка была в том, что она поверила. Шестнадцатилетняя девчонка. Кто из нас тогда не мечтал о принце?

Я стояла перед ним, смотрела прямо, не присаживаясь. Хотела говорить на равных. Без просящих глаз. Он смотрел в ответ — ждал объяснений. Я выдохнула.

— Привет. Я хочу, чтобы вы помогли моей подруге.
— Хм. Интересно просишь. Что случилось?
— Она — горничная. Анежка. Беременна от вашего друга, Любомира.
— Ну и поговори с ним. Я-то тут при чём? Я, между прочим, стараюсь с вами не общаться, чтобы самому не попасть в такую ситуацию.
— Он уехал. И не собирается ни жениться, ни помогать деньгами.
— И она правда думала, что он женится? На горничной? Да он бы и на равной не женился, если бы родители не заставили. Говорил он о тебе. Дерзкая, мол. Тоже с ним спала?
— Нет. Я не сплю ни с кем — чтобы не оказаться в такой ситуации.
— И что ты хочешь от меня? Я не заставлю его жениться. Это абсурд.
— Деньги. Хоть на первое время. Ей не на что жить.
— Пусть найдёт мужа среди слуг. Есть у нас и благородные. Она вроде не дурна.
— У неё никого нет. Её воспитывала тётка, сейчас на руках младшая сестра. Кто позаботится о таких? Вы — господин. Вы нанимаете. Вы можете. Ей всего шестнадцать.
— У многих в шестнадцать уже дети. Взрослая.
— Не взрослая. Это детская беременность. Как у других в тринадцать.
— Давишь на жалость. Взросло так давишь.

Он вышел из комнаты, крикнул кому-то за дверью, чтобы принесли чай и печенье.

— Ты меня занимаешь, — сказал, — а я даже не завтракал. Хотел спуститься, но, похоже, ты не отстанешь. Ладно. Я выслушаю тебя. Один раз. Садись.

Слуги принесли поднос. Никто не смотрел — но всё видели. Слуги всегда всё видят, даже когда будто бы не глядят.

Я взяла чашку, печенье. Но сейчас хотелось кофе, как воздух.

— Сколько тебе лет? И как тебя зовут?
— Эвелина. Двадцать два. Иногда зовут Вель. Здесь, в замке.
— Что ж, Эвелина… Итак, твоё предложение. И, пожалуйста, твой козырь. Что ты сделаешь, если я откажусь?
— Скажу, что ребёнок от вас.
— Бояться мне этого? Даже если от меня — отослать и забыть. Никто не осудит.
— Кроме матери.
— Ух. Тихо ходишь, а понимаешь много. Все вы слуги такие. Только ты ещё и наглая.
— Я не прошу. Я договариваюсь.
— Если я дам ей денег, решат, что ребёнок мой. Мне это зачем? Ты собираешься сказать мне про доброту? Последний аргумент?

Да. Это и был последний. Я и правда пришла с пустыми руками. Не хочу унижаться. Не хочу рыдать, как другая горничная. Но и уйти не могу.

Он смотрит.

— У тебя закончились нормальные аргументы. Ты молчишь, потому что больше нечего сказать. Но ты меня заинтересовала, Вель. Речь. Повадки. Библиотека. Появление из ниоткуда. Ты не такая. Мы подкладывали книги — и замечали, что они исчезают. Ты читаешь. Ты стараешься быть как местные, но ты не местная. Даже сейчас — мы говорим как мужчина говорил бы с мужчиной. Прямолинейно. Ни одна девушка так бы не говорила.
— Моё имя настоящее. Всё остальное… я никому деталей не рассказывала. Но и не лгала.
— Ладно. Я помогу. Только посмотрим… стоит ли твоя история цены за домик. Удиви меня, Вель.

Я пила чай и думала.
Думала, как рассказывать человеку из эпохи замков и холеры, что я из другой реальности. Из будущего, где женщины летают в космос, а комнатные собачки имеют больше прав, чем слуги. Я открою ему правду. Или хоть ту её часть, которую он сможет переварить.

— Давай встретимся недалеко от столовой. В девять.
— И оденься… — я посмотрела на него. — Что у тебя вообще есть из нормального?

Он вскинул бровь. Я открыла шкаф. Перебрала пару вещей.
Рубашка — пусть будет нараспашку. Брюки — свободные, не по фигуре. Он смотрел на меня с выражением: ты точно горничная?

— Оденься просто.
— И не наедайся на ночь, — добавила я. — Пойдём на прогулку и поедим в кафе.

Я вышла быстро. Почти сбежала. Была ли я уверена, что смогу его провести через проход? Нет.
Но если не выйдет — покажу телефон. Покажу Google. Календарь. Фото небоскрёбов. Один из фильмов. Впрочем… может, и не придётся.