История Хендрика Зеленса

47 Гимбер Хиго

Шторм закончился для флота Гимбера с противоречивым результатом. С одной стороны, все, уцелевшие во время битвы корабли, смогли перенести испытания, посланные на них природой. С другой — противник смог ускользнуть от них.

Команда «Пираньи» праздновала победу. Но капитан, в отличии от них был задумчив и хмур. Еще никогда прежде Везунчик не был таким расстроенным. «Неужели победа над смертью не повод для радости?» — думали те, кто встречал его потерянный взгляд.

Безусловно, Гимбер радовался победе над противником и удачному окончанию тяжелейшей в его жизни ночи, но короля Милтона эти достижения новоявленного капитана явно не воодушевили бы. Везунчик не хотел продолжить свою жизнь в сырой и вонючей камере и надеялся лишь на одно — на судьбу.

— Хочу заметить, что ты ведешь себя вполне достойно! — подойдя к капитану сказал Леонис.

— В смысле?

— Ты мог запереться в каюте или прыгнуть за борт. Однако, осознавая всю пагубность ситуации, ты продолжаешь верить…

— Ты когда-нибудь пробовал гулять по болоту? — немного подумав спросил Гимбер.

— Нет! Это ведь опасно!

— Опасно… — спокойным голосом подтвердил капитан — Но, стоит ли верить в опасность, когда каждый твой шаг, независимо от того, сделал ты его обдуманно или случайно, попадает на кочку? Стоит ли бросаться в море, когда ты единственный, кого оно выбросило на берег? Стоит ли бояться льва, в пасть которому ты сунул голову?

— Ты все это пережил? — удивился Леонис.

— Со львом мне еще только предстоит встретиться! — засмеялся капитан.

— Неужели ты на столько уверен в своем везении?

— Я не верю в везение! — бросил тот — Везение придумано для дураков, считающих, что они родились, чтобы жить! Я верю в судьбу, в предназначение. У каждого из нас есть цель, задача, назначенная судьбой и вставленная в книгу нашей жизни на самой интересной странице. Одним суждено исполнить свое предназначение и жить дальше, бесполезно топча землю. Для других сама жизнь, полная испытаний и достижений, является задачей — прожить, не сломившись. Но есть и те, которые всю свою жизнь идут к своему предназначению — великому, единственному, последнему…

— И ты именно такой?

— Я не сделал ничего великого, а, значит, что к первым меня отнести никак нельзя. — принялся рассуждать Гимбер — В моей жизни множество испытаний, но ни одно из них я не преодолевал и, лишь волей судьбы я остался жив. Остается лишь третий вариант!

— И ты уверенно стоишь на палубе, не выполнив приказ короля, надеясь на то, что судьба вновь выручит тебя? — Леонис не знал, смеяться над собеседником, или жалеть его.

— Человек за бортом! — послышался чей-то крик.

Гимбер повернулся в сторону кричавшего и с явным удовольствием заметил, что обнаруженный гость привлекает очень много внимание — к правому борту сбежалась чуть ли не половина команды.

— Проверим? — усмехнувшись предложил он.

Леонис не ответил. Уверенными шагами он отправился в сторону толпы, ставшей настолько плотной, что протиснуться сквозь нее было практически невозможно.

— Расступись! — кричал шедший рядом Гимбер — Капитан идет! Расступись!

Как понять, что команда корабля уважает своего капитана? Легко! Беспрекословное и своевременное выполнение приказа — самое главное доказательство.

— Дорогу капитану! — кричал Гимбер, но столпившиеся люди не слушали его и лес тел оставался непроходимым.

Леонис расталкивал своих товарищей, с трудом протискиваясь в образовавшиеся щели. Словно прилипший к штурману Гимбер, хвостом следовал за ним.

— Тяни! — раздавались крики спереди — И-и-и раз! И-и-и раз! Не прекращаем! И-и-и раз!

Голос командовавшего спасательной операцией был уже совсем близок, но и толпа становилась все более плотной.

— Еще чуть-чуть… Тяни! Давай! Еще! И-и-и…

Громкий удар о палубу, вызвавший волну в отступившей назад толпе, свидетельствовал о том, что неизвестный был спасен.

Леонис с трудом удержался на ногах, но все же смог воспротивиться общему движению и протиснулся между отступающих людей. Некоторые из них упали, освободив пространство для маневра и, совершив несколько длинных прыжков через пытающиеся подняться тела, штурман оказался в первом ряду.

— Кто там? — раздался голос сзади и, протиснувшаяся между рукой и туловищем Леониса голова оказалась впереди всех.

Прямо перед лицом Гимбера оказалось лицо незнакомца двухметрового роста, одетого в мокрый черный костюм, облепивший необычайно мускулистое тело.

— Отнесите его в свободную каюту! — приказал капитан — И заприте его! Мы возвращаемся домой…