История Хендрика Зеленса

51 Кана

Давшая команду на отдых, Кана предпочла остаться на верхней палубе. Одной из причин этого решения была необходимость контроля обстановки. Но с этой задачей мог бы справиться любой другой член ее команды. И все же основной причиной ее отказа от отдыха было желание побыть в одиночестве.

С момента гибели Хендрика Кана ни разу не была одна. Она взяла на себя управление кораблем, руководила его ремонтом, участвовала в совете капитанов… Не было ни минуты на раздумья.

Но сейчас, когда бегство закончилось, капитану «Грозы» представилась возможность осознать произошедшее, принять утрату, поплакать…

Тихий ветер, слегка развивающий волосы Каны сушил слезы, скатывающиеся по нежной коже щек. Но все же капли грусти, преодолевшие испытание дыханием моря, умудрялись, сорвавшись с гордо поднятого подбородка, падать вниз, в бьющиеся о борт волны, забравшие любовь молодого капитана.

Вечерело. Солнце скрывалось за блестящую линию горизонта, растягивая свое отражение на тысячи морских миль. Одинокая женщина, стоящая в его лучах, выглядела красиво и печально, и только тот, кто понимал ее горе, мог разглядеть в этой картине самую великую в мире боль — боль потери.

— Как это произошло?

Неожиданный вопрос застал Кану врасплох. Женский голос, необычайно чужой, но до боли знакомый, заставил все ее тело покрыться мурашками.

— Что именно? — спросила Кана и, только повернувшись к спросившей, поняла, что ее гостьей была Азина.

— Как погиб Хендрик? — спросила она.

Голос Азины был очень похож на голос брата, отличаясь лишь тембром. Именно это заставило Кану дрожать от прилива эмоций.

— Его убили! — бросила Кана, словно именно Азина была повинна в произошедшем.

— Я не верила, что его больше нет, пока ты не явилась на собрание… — Азина осмотрелась, словно желая убедиться, что их никто не подслушивает — Убили? Но кто?

— Спроси об этом своего мужа!

— Но... При чем тут Хигг? — растерялась та.

— Хендрика убил его дружок!

— Сего? Чарт? — Азина перебирала варианты — Нет, они не могли! Хигг не стал бы…

— Да, ты права! Сего и Чарт слишком трусливы для этого!

— Но кто же тогда? — растерянно спросила Азина.

— Он был в сговоре с Фитрехом Кинсом! — на этот раз в словах Каны прослеживалось явное отвращение.

— С Фитрехом? — удивилась гостья — Хигг никогда не общался с Фитрехом. Он презирал его!

— Когда Хендрик рассказал мне о том, что в смерти Столока виновен Фитрех, который сговорился с Хиггом, я не поверила. С чего бы им сотрудничать? Фитрех был другом Монтука и смерть выигравшего в голосовании Столока была бы выгодна только им двоим. Я не понимала, при чем здесь Хигг… Однако теперь, когда Фитрех убил Хендрика все встало на свои места!

— Убийство отца? — Азина пошатнулась — Но отец упал за борт из-за слабости…

— Так все и думают. Но Хендрик узнал правду! И эта правда стала причиной его смерти…

— Но откуда…

— Не важно! — предвидя вопрос ответила Кана.

— Не важно. — согласилась Азина — Расскажи, почему ты считаешь, что в убийстве Хендрика замешан Хигг?

— Убийство Хендрика не входило в планы Хигга, я уверена в этом. Но Фитрех увидел в нем угрозу. Не знаю почему, но старик желал, чтобы во главе нашего флота стоях твой муж.

— Почему тогда он поддерживал Монтука?

— Как ты думаешь, старики слушались бы Хигга?

— Думаю, что нет…

— У Кроун не было предводителя и первым адмиралом должен был стать тот, за кем пошли бы все. Было только два варианта — Монтук и Столок. Но Столок не устраивал Фитреха и от него пришлось избавиться…

— Так же, как и от Хендрика. — закончила фразу Азина.

— Так же, как и от Хендрика. — подтвердила Кана — Когда Хендрик узнал о том, что в смерти Столока виновны Фитрех и Хигг, он решил разрушить их планы и стать новым адмиралом. Но Фитрех, ради твоего мужа, был готов на все. В том числе и на смерть.

— На смерть? — удивилась Азина. Она не обратила внимание на отсутствие старика.

— Он прыгнул за борт, утянув за собой Хендрика…

Кана заплакала. Азина подошла к ней и обняла. Слезы, все время разговора стремящиеся вырваться наружу, хлынули из ее глаз.

Солнце уже практически скрылось за горизонтом, и обнявшиеся женщины выделялись на фоне вечернего неба, как два темных силуэта. Кана и Азина практически не общались раньше, но горе объединило их. Общее горе, общее неведение…