История Хендрика Зеленса

66 Хендрик

В тюремной камере было темно. Свет, недавно попадавший в помещение через узкое окошко, исчез, сообщая тем самым, что дело идет к ночи.

Заключенные сидели в тишине, размышляя об одном и том же, но по-разному. Новость, принесенная беловолосым штурманом, была достаточно серьезной и могла носить судьбоносный характер, как для всего народа в целом, так и для каждого из заключенных по отдельности.

Никто не знал, кто стоит во главе готовящегося восстания и этот факт позволял обрисовывать самые разнообразные варианты развития событий…

Кристиан из тройки сокамерников был в самом грустном состоянии, что обуславливалось не столько неизвестностью восставших, сколько хорошим знанием уровня шпионов короля. Молодой человек знал, что Милтон не оставит восставших, чья поимка была лишь вопросом времени, безнаказанными. Но, наказав провинившихся, король может отыграться и на тех, кто однажды показался ему опасным — на заключенных.

Зерианда не могла знать мыслей сокамерников, но их опасения, явно читающиеся на озабоченных лицах, были ей близки и понятны. Старуха сидела за обвинение, тяжесть которого не сможет оправдать ни одна революция. Люди всегда боялись то, что им не понятно, а, следовательно, новый король, каким бы добродушным он не был, не станет рисковать судьбой своего народа, отпуская обвиненную в колдовстве старуху.

— Разве восстание не приносит вам счастье? — прервал наконец молчание Хендрик, задумчивость которого основывалась на слабых познаниях особенностей жизни на суши.

— Счастье? — удивился Кристиан — Восстание — это война! Внутренний конфликт, уносящий тысячи жизней. Во время восстания никто не разбирается, кого бьет — брат убивает брата, отец — сына, жена — мужа… Никакие кровные или прочие связи не важны! Только цвет и форма одежды отличает своих от чужих.

— Но… — Хендрик явно не понимал подобный негатив собеседника — Но в своих книгах вы пишите, что благодаря восстаниям народ меняет власть на ту, которая их устраивает и процветание наступает на терроризируемых предшественниками землях…

— В книгах? — усмехнулся Кристиан — В книгах истории пишут лишь то, что нужно знать населению для почитания своих правителей! Ты ведь знаешь, что каждый правитель творит историю дважды?

— Я не понимаю тебя… — честно признался Зеленс.

— Первый раз он пишет историю мечом, испачканным кровью врага, а второй — пером летописца, убирающего ненужные моменты и украшающего то, что останется историей народа. — пояснила слова Кристиана Зерианда — В прочем это касается не только политиков… Каждый из нас, проживая жизнь, пересказывает ее иначе.

— Но какой в этом смысл? — Хендрик знал, что у морского народа утрачена значительная часть истории его существования, но то, что люди делают это осознанно, он принять не мог!

— Ты все знаешь про тех, кто возглавлял Кроун? — поинтересовался Кристиан.

— У моего народа множество веков не было правителя. Все решала община!

— У твоего народа? — удивленно спросила Зерианда, которая до сих пор не знала историю своего сокамерника.

— Да, он один из капитанов морского народа! — пояснил Кристиан и, снова повернувшись к тому продолжил — Неужели каждый из вас действовал по собственному желанию? Хотя, нет! Скажи лучше, почему вас тогда так долго не могли уничтожить?

— Сиус был на нашей стороне!

— Сиус? — Зерианда вопросительно посмотрела на Кристиана.

— Это их морской бог…

— А-а-а-а…

— Однако в конце концов он бросил вас! — не успокаивался Кристиан.

— У ваших людей было очень мощное оружие. — признал перевес силы Хендрик — Мы проиграли вам технологиями, а не умением!

— Что ж… Охотно в это верю!

— Если бы адмиралом стал не Монтук, а мой отец…

— Адмиралом? — зацепился за это слово Кристиан — Но ты говорил, что у вас нет правителя…

— Не было долгое время. Но мы все же выбрали его…

— И чем же твой отец лучше этого… Как его там? Морука!

— Монтука. — поправил его Хендрик.

— Точно, его!

— Мой отец по праву крови должен был стать адмиралом!

— По праву крови? — удивился Лун — Твой предок был правителем Кроун?

— Именно! — охотно подтвердил догадку сокамерника Хендрик — Именно Зеленс повел народ Кроун в море, когда боги отняли у нас землю!

— Землю? Вы жили на земле? Вот это новость! Зерианда, ты слышала? Мы сидим в камере с потомком адмирала морского народа, некогда жившего на суше!

— Слышала, слышала… — отмахнулась старуха.

Хендрик с трудом различал силуэты собеседников, которых практически полностью поглотила ночная тьма, с охотой проникнувшая в помещение тюремной камеры. Однако он чувствовал, как пронзительный взгляд заинтересовавшейся им старухи изучал его, прощупывая от кончиков пальцев ног до макушки, с которой длинными сосульками свисали грязные волосы, заканчивающиеся практически вровень с отросшей бородой. Зерианда смотрела на него так, что даже тьма, полностью скрывшая из видимости ее глаза, не могла помешать почувствовать это.