История Хендрика Зеленса

79 Зерианда

Два корабля, совсем недавно еще стоявшие в бухте Лиоса, шли без остановки двое суток. Но их целеустремленность была основана лишь на желании уйти как можно дальше от ставшего чужим берега.

Большинство членов команды родились в Карсии и, покидая Лиос, покидали свою родину. Однако команда «Пираньи» была набрана из преследователей наживы, а они, как правило, не обременены брачными узами и с легкостью расстаются с местами проживания.

Но, несмотря на это, на кораблях все же царило состояние душевных переживаний. Конечно же моряки не подавали видимости, стремясь показать свою строгость и мужественность, но отсутствие шуток, криков и веселых розыгрышей выдавало их внутреннее состояние. Все разговоры свелись до минимума и представляли собой лишь необходимый набор команд.

Возможно именно расставание с родиной так повлияло на людей, но Леонис склонялся к тому, что всему причиной была неопределенность. Никто не знал, какой взять курс и к чему идти…

— Осторожнее! Вы несете очень важные вещи! — кричал штурман на несущих коробки моряков.

Решившие, что безопасность обеспечена, капитаны решили на время приостановить бегство и обсудить дальнейшие действия. Леонис решил использовать это время в своих целях и теперь командовал транспортировкой своих вещей с «Пираньи» на фрегат, который их новый капитан назвал «Штормом».

— Ставьте на пол. Я сам все разложу! — не успокаивался он.

Каюта, выделенная штурману на «Шторме», была больше той, в которой он располагался раньше, что не могло не радовать. Под недовольные взгляды носивших коробки моряков он осторожно расставлял горшки с цветами, выделив особое место своей любимой герани, словно в знак благодарности распустившей первый бутон своего фиолетового цветка.

— Ты не занят?

— Занят! — Леонис сперва не узнал голос друга, но, тут же поправился — Заходи.

— Я не один… — вслед за Кристианом вошла Зерианда, все время плавания находившаяся в каюте.

Штурман вытаращил глаза, попытался что-то сказать, но не смог.

— Не бойся, она не кусается! — пошутил Кристиан.

— Я… — очередная попытка провалилась.

— Умно… — Зерианда не стала дожидаться, когда хозяин каюты придет в себя и принялась изучать полки с цветами — Очень умно!

— А я говорил ему, что глупо держать цветы на корабле. Но он слишком их любит, чтобы принять это. — Кристиан решил, что сказанное женщиной было издевкой.

— Не могу с тобой спорить, но в данный случай скорее исключение из сказанной тобой истины. — не отрывая взгляда от растений сказала она.

— Какой случай? — спросил Кристиан, но шум, образовавшийся при падении Леониса на колени, не дал получить ответ.

— Я не мог и представить, что когда-нибудь смогу увидеть тебя! — заявил он.

— Что это значит? — удивился Кристиан.

— Она моя мать! Наша мать!

— Не преувеличивай! — улыбнувшись попросила Зерианда — Я скорее гожусь тебе в бабушки, нежели в матери.

— Это не меняет сути! — не успокаивался Леонис.

— Да что же тут происходит? Она же ведьма…

— Я не ведьма!

— Она не ведьма!

Леонис и Зерианда заявили это одновременно и на столько уверенно, что Кристиан невольно сделал шаг назад.

— Тогда кто она? Кто ты?

— Когда-то давно на Земле, среди прочих, жили я, мои братья и сестры. — решила все объяснить Зерианда — Но наша сила всегда зависела от энергии других существ и потому нам пришлось поменять свой облик. Мы — это все, что вас окружает: леса, горы, небо, море… Я же выбрала образ человека. Мне всегда нравились люди, чьи сердца полны любви, чьи души полны жизни…

— Но в сердцах людей есть злоба и ненависть! — перебил ее Кристиан.

— Злоба и ненависть возникают лишь тогда, когда любовь встречается с непониманием. Счастливый человек, человек, который знает, что его любят, никогда не будет злым. И лишь несчастные, чья любовь обращена к материальным благам, творят зло.

— И все же ты выбрала образ человека?

— Я предпочла энергию жизни и, став похожей на людей, я обрела способность, о которой и не мечтала. Я смогла родить детей, чьих потомков вы называете ведьмами и магами.

— Значит ты…

— Да, Кристиан, я — маг! — подтвердил догадку друга Леонис — А Зерианда… Зерианда моя мать, мой бог…

— Меня действительно называли матерью. — продолжила Зерианда — После меня почитали, как богиню. Но я всегда оставалась тем, кого людям не дано познать. Именно это заставило меня скрыться от людей, без жизненной энергии став старухой, которую ты и встретил в тюрьме.

— Но, если для обретения свободы тебе нужна была энергия, почему ты не воспользовалась моей? — спросил Кристиан, невольно окинув ее фигуру взглядом.

— Я знала, что ты хотел меня! — засмеялась она, но, увидев, что собеседник скорчил гримасу отвращения, явно вызванную воспоминанием ее прошлого образа, добавила — Я слишком долго голодала и для восстановления сил мне был необходим не обычный человек…