История золотого пера

Глава 8. Лес.

Голая равнина, пологая холмистость плавно переходила в старые горы, которые стояли одна за другой и их покрывал обильный лес. Летели весь день, пару раз в дороге перекусили и успели хорошенько выспаться. Настала ночь. Погода совсем ухудшилась, и уже было не до сна. - Ох, не нравится мне это всё. Погода совсем плоха, с трудом идём, держитесь крепче! – кричал пилот своим пассажирам, сидевшим в низу на борту самолёта, затем тихим совершенно спокойным голосом сказал для себя самого: - Ничего, прорвёмся. Длинные крылья самолёта дребезжали от встречного ветра. Самолёт двигался очень тяжело, и казалось, что его несёт всё время куда-то в сторону. Начался дождь, большие капли били по корпусу и по сидящим на борту пассажирам. Вдалеке уже сверкали ослепительные молнии, и вовсю гремел жуткий гром. Пилот с трудом мог управлять самолётом. Крылья трещали, и словно в одно мгновение надломилось правое крыло, что повлекло остановку пропеллера, он заклинил. Пилот заглушил двигатель и стал планировать вниз. Он изо всех сил старался оттянуть самолёт ближе к реке, минуя деревья. - Не удержать… держитесь, сейчас будем падать! Трудно разобрать теперь, что он кричит, но и так всё было понятно, что сейчас самолёт упадёт. - Держитесь, - он крикнул перед самым падением в реку. Пилот дотянул самолёт как можно ближе к берегу. И как только самолёт коснулся воды, то тут же стал тонуть. Прохладная вода, быстрое течение, ветер, дождь, волны, все в воде и к тому же было темно. Женька машинально схватил сумку, совершенно ничего не видя. - Плывите к берегу! - кричал пилот еле слышно и непонятно откуда-то из темноты, в бурлящей воде. Лишь на мгновение образовался свет от яркой молнии, словно плетью она бьёт по земле, треща, покрывая всё небо, кривя яркими полосами, этого хватило, чтоб разглядеть, как река уносит за собой всех, кто был в ней. Никак не хочется тонуть, никак не хочется умирать и вот уже, незаметно для всех, глубина стала мельчать. Ноги касались дна с галькой, и тут же в груди образовался лучик надежды. Земля. И теперь только ветки затопленных деревьев могли помочь. Стоило огромного труда ухватиться за них. Усердно хватаясь за ветку опрокинутого дерева, Жене послышался голос пилота, который видимо уже выбрался на берег, затем он услышал и её голос. - Вон он, - завидев Женю, сипло кричала Эль-Лина. - Где, не вижу? - У дерева, там. Пилот бежал по узкому берегу, за ним следом Эль-Лина. - Хорошо все целы, - заходя по колено в воду, поговаривал пилот. Подав руку, он помог выбраться Жене из воды. – Нам не удалось за это дерево ухватиться, а ты вон какой цепкий, смог, дотянулся же. - Спасибо, - дрожащим от холодной воды голосом проговорил Женя. - Эль-Лина, - проговорил он, увидев её. - Женя, - увидев его и обняв, сказала Эль-Лина, - Ты в порядке? - Да. - Быстрее под дерево, там переждём этот ливень! - громко кричал пилот, притом всём шуме, который создавался этой непогодой, голос его терялся. Снова плеть молнии ударила куда-то в лес. Удар был настолько пронзительным, что казалось, будто затряслась земля, звучал гром. От такого мощного удара все испугались. - Наверное, поблизости ударило, - сказал пилот. Абсолютно мокрые они стояли под высоким деревом, углубившись в его листву и прижавшись к стволу. Дождь заметно стихал, листва дерева задерживала уже мелкие капли. - Сейчас лето мы быстро обсохнем, - подбодрил пилот. Небо по-прежнему было затянуто тучами, но уже прояснялось своей голубизной, а дождь продолжался, лишь слегка морося. Алиса, стоя в сторонке, спокойно чистила свой белый мех, который взялся в мокрые слипшиеся завиточки. Пилот, Женя и Эль-Лина молча стояли под деревом калоцедрусом, вечно зелёным деревом. В высоту оно достигало порядка тридцати метров и было достаточно широким. Кора его была красновато-коричневая и отделялась продольными пластинами, побеги плоские, двухрядно разветвлённые. В целом же оно было пирамидальным хвойным деревом. Прислонившись спиной к этому дереву они и переждали непогоду. - Женя, хорошо, что ты смог сумку спасти, - сказал пилот. - Даже не знаю, как это получилось, - ответил Женя. - Классный лук у тебя Эль-Лина, - сказал Женя, немного повернувшись к Эль-Лине, которая стояла рядом с ним по правую сторону от него. - Угу, - задумчиво прогудела девушка, взглянув на лук, который держала в руках. И тут же спросила его, Женю, - Вот зачем ты сюда пришёл? - взглянула она на него своими фиолетовыми глазами, - Ты сумасшедший, тебе не дорога жизнь? Женя не ответил ничего, лишь смотрел на неё и на то, как она резко отвернула голову от него. - И угораздило же меня с вами влипнуть, - недовольно добавила белая кошка Алиска. - Вот зачем ты его привела, вот зачем? – отчаянно восклицала Эль-Лина. - Ну, кто ж знал, что оно так получится?! – вылупив глаза, серьёзно ответила белая кошка Алиса. - Не притворяйся, как будто ты ничего не знала. - Не знала, честное слово не знала. - Да-а-а, самолёт мой уже не вернуть, но мы всё рано доберёмся до Аполорина, - с огорчением, но с надеждой, сказал Дмитрий Иванович, не отводя взгляда с того самого места, где теперь покоится его машина. Ранний рассвет разогнал тучи. Дождь, который начинался так яростно и сильно в итоге постепенно угасал. Лес словно очнулся, наполняясь звонкими голосами, живущих в нём птиц. - Дождь перестал, уже не идёт, - выйдя из под дерева и выставив руку, уверенно сказал Женя. - Значит надо идти, - ответил пилот. – Теперь идти нам долго предстоит, на моей бы звёздочке уже были бы там к обеду. Вокруг стало светлее. Женя взял одну из приготовленных пилотом палок, Эль-Лина закинула за спину лук и они мокрые и липкие поплелись за пилотом с трудом поднимаясь в гору. - Алиса, ты с нами?! А то мы уже уходим! – крикнул Женя ещё сидевшей под деревом белой кошке. - Ну ладно, пойду с вами, уговорил, - обернувшись в сторону к Женьке, брякнула кошка Алиса. - Аккуратнее, трава скользкая, - и как только пилот сказал эти слова, и совсем немного повернувшись к идущему сзади Жене, пилот тут же скользил вниз. Женя, опершись об дерево, придержал его. – Ну вот, только сказал… Повсюду росла хвоя, встречались низкорослые папоротники и поваленные старые деревья. Вершина скатная, высокая. Будучи непривычным к такому пейзажу, Жене казалось, будто бы сам лес поднялся до самого неба. У самого подножья горы густо росли деревья, а с приближением к вершине лес заметно редел. Даже встречались проплешины больших полян, где росла только низкорослая трава и где из земли торчали огромные валуны. Добравшись до такой поляны, солнце уже грело и светило в полной своей мере. - Мы, кажется, были вон там, - воскликнул Женя, указывая пальцем правой руки на место, где потонул самолёт. Небольшой туман завис на высоте ниже их самих, он словно дымкой плёлся над рекой. - Его уже не достать, – поморщившись, сказал пилот, глядя на то место, где потонул самолёт. - Дмитрий Иванович, мы что-нибудь придумаем, - подбодрив, сказала Эль-Лина, поглядев сначала на пилота, а затем на рядом стоящего Женю. - Нет, Эль-Лина, он там уже навсегда, - ответил пилот. - Долго ещё нам идти, - спросила белая кошка. - Доберёмся до вершины… Да, думаю к обеду будем как раз там, ну, а потом разберёмся куда идти дальше. - Так мы ещё не знаем куда идём!? – восклицала Алиса. - Не волнуйся, не заплутаем, Алиса, - ответил пилот. – Надеюсь, нам попадутся плодовые деревья и ягоды. - Может встретится груша, – сказала Эль-Лина. - Да, лешовки тут должно быть много, – добавил пилот. - Лешовки? – задумчиво спросил Женя. - Это такие маленькие красненькие яблочки, - поглядев на Женю объяснила Эль-Лина на пальцах. - Я, ваши лешовки есть не собираюсь, - буркнула уже почти обсохшая кошка Алиса. – Женя, что там у тебя в сумке лежит? - Когда доберёмся до перевала, пообедаем, - уверенно сказал пилот. Крупные деревья поднимались высоко к небу. Они росли на склоне и затеняли солнце. Даже были видны их оголённые корни, которые цепко, словно когтистой лапой держались за землю. Дерево росло ровно, а вот склон с каждым разом становился всё круче и круче, и по-прежнему не встречались плодовые деревья, видимо с хвоей они не дружат, а значит и не растут. У вершины и на ней самой встретились великорослые дубы, молодые и преклонного возраста. - О-о-о, это же дубрава, - радостно воскликнул пилот. – Большая удача найти её в лесу, и уж тем более в хвойном. - Женя, смотри, - крикнула Эль-Лина. - Ого! Это что такое? - Старый дуб, ему очень много лет! – ответила радостно и громко Эль-Лина. Великое дерево, подобно страшиле, оно с огромными и кривыми и очень толстыми ветками ложилось на землю, а другими, которые были выше и меньше произрастали, извиваясь в разные стороны, и смотрелось всё это поразительно и зрелищно, и по-настоящему здорово. И даже по самой коре дерева росла листва. - Найти его в лесу и уж тем более прикоснуться к такому дереву- это большая удача, - сказала Эль-Лина. - Побежали, - крикнула она стоящему Жене. И он побежал за ней к стволу дерева. Эль-Лина тут же обняла огромный морщинистый дуб. - Загадай желание, - поглядев на Женю, сказала она. - Загадал, - ответил Женя. - Я тоже, - ответила Эль-Лина. - Ура! Я нашёл яблоки! – прокричал откуда-то пилот. - Кажется, твоё желание уже сбылось! –засмеявшись, сказала Эль-Лина. - Точно, – улыбаясь, ответил Женя. -Чувствуешь, какое оно прохладное, - на мгновение прикрыв глаза, сказала Эль-Лина. - Да, очень приятно, –сказал Женя, также обнимая дуб. - Их тут так много, нам везёт, – где-то в стороне кричал пилот, срывая яблоки. - Идём, - тихонько шепнула Эль-Лина. - Идём, -открыв глаза, повторил в ответ Женя. Подняв лук с земли, который лежал у дуба, они вдвоём отправились к пилоту. - Глядите сколько тут яблок, - завернув край рубахи, пилот складывал в неё яблоки. - И правда очень много, как будто сад лешего, - сорвав яблоко и тут же укусив его, сказала Эль-Лина. - Кого? Лешего!? – удивлённо спросил Женя. - Да, похоже на то, - улыбнувшись, сказал пилот. - Женя знаешь, говорят, что все вкусные деревья в лесу для себя посадил леший, - ответила Эль-Лина. - Интересно, я этого не знал, - ответил Женя. - Этот сад он точно для себя высадил!- добавил пилот. - Думал их не бывает, а в лесу и в горах я вообще в первый раз, - сказал Женя. - Я тоже не видела лешего. Хм, и как тебе тут?– спросила Эль-Лина. - Для меня тут всё в новинку, всё необыкновенно и… - Женя, не досказал, к ним шел пилот. - А вообще говорят, - сказал пилот, кушая красные яблочки и неся их в рубахе. Подходя к ним, к Эль-Лине и Жене, которые стояли вдвоём, нагнув ветку с яблоками, - Леший это всего лишь дух леса, его придумали, как будто он лесной хранитель, страж так сказать. - Ум-м, они кислые, - сказал, кривясь, Женя, напополам раскусив маленькое красное яблочко размером с большую вишню. - Ешьте, ешьте, нам ещё долго идти до города, - сказал пилот. Деревья стояли в своей истиной красоте, плодов было так много, что они даже скрыли за собой листву на самом дереве. - А я люблю такие яблочки, - сказала Эль-Лина. - Интересный у тебя вкус, - с удивлением произнёс Женя. -Да-а-а, такой! – с гордостью и улыбаясь, сказала, Эль-Лина и тут же сорвав маленькое красное яблочко, закинув его к себе в рот и ни капельки не поморщившись, раскусила его, демонстрируя это Жене. Женя глядел на Эль-Лину, которая отпустив ветку, прошла мимо него и при этом улыбалась. Она присела на мягкую зелёную траву у небольшого дуба, который стоял у самого края вершины. Под ветвями дерева ей открылся прекрасный вид, необыкновенный вид, бескрайней дикой природы. Там внизу проходила река, а выше вдали в лучах солнца слегка поблёскивало озеро, а дальше за рекой снова начинались высокие холмы с крутыми склонами. Тут, на этой вершине, взирая на всё это пространство, не нашлось и намёка на присутствие города. - Дмитрий Иванович, смотрите, там озеро! –показала Эль-Лина. - Где? - спросил пилот. - Там, на вершине, - уточнила Эль-Лина. - Точно, точно это же озеро Белый Кааль, я когда летал в город, то всегда ориентировался по нему. - Белый Кааль?! – произнёс вслух рядом стоящий Женя. - Да, там живут белые рыбы, их называют Белые Каали. - Хотелось бы побывать там, - сказала Эль-Лина. - И рыбки попробовать, - вальяжно добавила Алиса, точа об ствол дуба свои и без того острые коготки. - Посмотрим, конечно, нам же всё равно идти только через него, - ответил пилот. - Может и рыбки тебе наловим, Алиска, - сказала Эль-Лина. - Хочу рыбку, - радостно проговорила Алиса. - О, это что земляника тут? - посмотрев под ноги, сказал пилот. - Эль-Лина, гляди! – Женя окликнул девушку, которая сидела у дерева и задумчиво вглядывалась в даль на озеро. Она, словно очнулась, повернувшись к нему, спросила: - Что, Женя? Женя набрал полные руки земляники и тут же понёс её Эль-Лине: -Вот, - сказал он пересыпая ягоды в ладони девушке. – Там её очень много. - Спасибо, - приняв ягоды, сказала Эль-Лина. - Эта земляничка такая вкусная. Жень, она тебе точно понравится, ты точно такую не ел,- громко восхищался пилот. – Она очень сладкая. - Ага, очень, - испробовав, отвечал Женя. - В дорогу не получится взять, наедайтесь сейчас, кто знает, может её дальше не будет. Женя одну за другой собирал и тут же ел. Эль-Лина, присев рядом, так же с удовольствием роясь в траве, отыскивала землянику, которая росла повсюду. Отдохнув с полчаса, пообедав яблоками, земляникой и хлебом, пилот скомандовал идти дальше. Эль-Лина попрощалась с великой дубравой, легонько прикоснувшись ладонью к краешку растрескавшийся коры огромной ветки. - Спускайтесь аккуратно, склон тут крутой, - объявил пилот. Большие и малые глыбы торчали из-под земли крутого склона. Деревьев тут почти и не было. Снова начался дождь. Этот дождь был подобен медленно летящим по воздуху распылённым каплям. Моросило лёгким дождём, но при воздействии солнца он поблёскивал разными красками, и казалось будто бы здесь начинается радуга, возможно оно так и было. Земля, трава и камни на склоне мокли, было скользко. И та случайность, которая бывает буквально со всеми, произошла и с ним, с пилотом. Он толи споткнулся, толи неудачно оступился, соскользнул вниз по мокрой траве, упал на колени, но тут же поднялся упершись о большую торчащую каменную глыбу из земли, пилот Дмитрий Иванович и без того хромал. Женя мгновенно спустился следом к пилоту, помог ему присесть на небольшой камень. Дмитрий Иванович потянулся рукой к ноге, потрогал колено. - Вроде всё нормально, - попробовав приподняться, ответил пилот, - кажется, всего лишь колено набил, - тут же сказав, почувствовал резкую боль при движении и выпрямляя ногу. - Как вы? – поинтересовалась Эль-Лина, спустившись к ним. - Ничего страшного, будет только шишка. Идёмте, – уверенно сказал пилот, приподнимаясь и упираясь о свою палку. - Может, вам нужна помощь?– спросил Женя. - Не-е-е, не надо. Я сам могу. Похрамывая и терпя небольшую боль, пилот вполне справлялся. Он теперь чаще упирался об палку, но шёл по-прежнему впереди. Склон этот переставал быть таким крутым, а дождь и вовсе прекратился, как вдруг Женя заметил… - Дмитрий Иванович, глядите… - сказал Женя. - Что? – спросил пилот. - Там какой-то дом, видите? - Где? - Вон там, – указав, на стоявший среди деревьев вдалеке вяловатый забор и еле видневшийся за деревьями старый обвешавший дом, сказала Эль-Лина. - Откуда он тут, в этих местах люди вроде бы и не жили никогда, и не припоминаю даже этого? – удивлённо отвечал пилот. - А может это дом лешего? – громко сказал Женя. - Ну, если это его дом, то не стоит так кричать, вспомни, ты ел его яблоки?! - смеясь, сказала белая кошка Алиса. - Не бери в голову, это лишь сказки, - сказала Эль-Лина, обращаясь к Жене. -Ну да, и драконы были оттуда же, - ответила Алиса. - Пойдёмте, надо проверить, есть ли кто-нибудь там, лишним узнать не будет, - сказал хромая, опираясь о палку пилот. - Забор тут простой, длинные ветки просто связанные между собой лыком, но звери сюда не зайдут, интересно кто здесь жил, а может и до сих пор живёт? - осматривая забор, сказал пилот. - Может с города кто перебрался? - проговорила Эль-Лина. - Вон калитка, наверное… - показал Женя на что-то вроде открытой дверцы из плотно связанных веток. - Хоть через забор не придётся лезть, - шутя, сказал пилот. - Ох, мне эти лётчики с их лазаньем и посадками в реку, - ворчала Алиса. Эль-Лина прошла первой, за ней тяжело похрамывая, пилот, он огляделся и сказал: - мне кажется, тут никто не живёт. - А мне кажется, наоборот, - заряжая стрелу, проговорила Эль-Лина. Тяжёлым грузным голосом чуть ли не мыча, пролаял огромный пёс. - Осторожно! – сказал пилот, придерживая Женю идущего мимо явно не замечающий собаку. Эль-Лина натянула тетиву, чтобы выпустить стрелу в огромного пса. - Кто вы и зачем пришли сюда! – вдруг со стороны дома послышался голос. - Мы идём в город. Заблудились. Подскажите дорогу?! – крикнув, ответил пилот. Молчали. Ждали ответа. Пёс сел неподалёку от Эль-Лины. Эль-Лина стояла с заряженным луком, направленным на него. - Не стреляй, - махая рукой, громко, но со спокойным тоном голоса крикнул выходивший из-за угла дома бородатый мужик в старых чёрных поношенных штанах и такой же серой рубахе, опоясанной широким кожаным ремнём. - Разве вы не видите, что он совсем стар и к тому же почти слеп. Вулкан, вулкан, иди ко мне, – поговаривал неизвестный человек. Эль-Лина, ослабив натяжение тетивы, не убрала стрелу, она лишь только наклонила лук к земле. Этот человек вроде и не стар, да и глаза его молоды, вот только борода, которая весьма пышна и к тому же очень кучерява, явно старила его. Он подошёл вплотную к своему псу и прижав его огромную голову к себе, тихонько приговорил: - Всё хорошо Вулкаша, хороший мальчик, - глядя лишь только на него и поглаживая по щеке. Затем он внимательно посмотрел на всех присутствующих, те в это время молчали, он тут же их спросил: - Так куда же свой путь держите? - В город Аполорин, – ответил пилот. - Три дня туда идти. А сейчас к озеру поднимайтесь, когда его обойдёте то, ниже в горах будет ущелье, и дальше через лес к полям ячменным, - ответил человек с густой бородой. Затем он внимательно посмотрел на Эль-Лину, в её фиолетовые глаза, – Так, а кто же вы? – прищурившись, спросил он, явно обращаясь именно к ней. - Имя моё Эль-Лина, я из рода Солнца. Наш самолёт этой ночью попал в бурю, за этой горой. А держим мы свой путь от Великого леса в город Аполорин. - Стало быть, вы та самая принцесса? - с каким-то пренебрежением отозвался незнакомец с чёрной бородой. – Принцесса Эль-Лина, а вы знаете, что может вас ожидать в этом мерзком городе?! Эль-Лина намеревалась ответить ему, но он не дал этого сделать, перебив её. – Мне всё равно, я покажу вам дорогу туда. - А как вас по имени? – спросил пилот человека с чёрной густой бородой, который развернувшись, направился в сторону дома. - Моё имя Гум, я сейчас приду, подождите, - лишь на малость, развернувшись, вежливо ответил бородатый человек. - Что там может ожидать тебя? – спросил Женя Эль-Лину в отсутствии Гума. - Знакомое имя, я кажется, знаю кто он, - призадумавшись проговорил пилот. Молча Эль-Лина взглянула на Женю, затем медленно отвела взгляд в сторону. - Всё будет в порядке, – сказал уверенно пилот, который внимательно разглядывал скоро возвращающегося к ним человека, у которого за спиной висела уже небольшая сумка из лыка, а в руках он нёс удочки из камыша. - К озеру пойдем, рыбы наловим там, - сказал Гум. - Замечательно, мне эта идея очень нравится! – восхищённо сказала Алиса. - Ты умеешь говорить? – спросил Гум, Алису. - Умею, - с удовольствием ответила белая кошка Алиса. - Вот так чудо, - улыбаясь, сказал Гум. - Да-а, я такая, одна на свете! – протяжно ответила Алиска. - Хм, здорово, – улыбаясь, сказал Гум. - Гум, - обратился к нему пилот. – А вы тут давно живёте? - Лет пять. Пойдёмте, - ответив Гум, позвав всех за собой. - Я тоже в лесу живу, только севернее отсюда, знаете, там, где начинается предгорье. - В стороне исчезнувшего города? - спросил Гум. - Да примерно там, – ответил, кривясь, пилот. - Я видел вас, вы, бывало, пролетали тут, - сказал Гум. - Да, пролетал… дом, кстати, ваш не видел. - А вы кто, молодой человек? – вдруг Гум обратился к Жене. - Евгений, я из России, приятно познакомиться, - ответил тут же Женя, и протянул руку по привычке Гуму. Гум, переложив свои удочки из правой руки в левую, тут же пожал протянутую Женину руку. - Ага, а с какой целью вы сюда прибыли, Евгений? - Он со мной, - тут же за Женю ответила Эль-Лина, словно защищая его. - Ничего против не имею, принцесса, я лишь интересуюсь. В этих местах я уже давно не встречал людей. Живу с молитвой и в единении с природой. - Почему вы покинули город? – спросила Эль-Лина. - Сбежал от всего… - помолчав и слегка подумав, ответил Гум. - Мне тоже не нравится жить в городе и особенно сейчас, чего там только не происходит, - сказал пилот. - За пять лет не стало лучше? – спросил Гум. - Не-е-ет, вы что, стало ещё хуже. Мир раскололся. Идёт война. Люди убивают друг друга, прям на улицах. А бывшие полюс-города теперь обзавелись своей речью. Теперь не всегда можно понять, о чём они лопочут. Хорошо то, что пока не забыли наш родной. - Он же ещё действует как основной? - Да, только так теперь, хотя и не везде, лёгкий диалект уже языком называют и требуют только на нём говорить и детей учат. - Как всё просто оказалось, - ели слышно проговорил Гум. - Просто ужасно, - добавил пилот, не особо вслушиваясь, что говорит Гум. Шли через лес легко и не торопясь хоть и в гору. Гум рассказал, как-то два года назад он встретил в этих местах большую медведицу с маленькими медвежатами, - Она меня не тронула, хотя я, было дело, уже подумал, что она меня точно порвёт, а они лишь прошли мимо и всё. А после видел Горзит. - Ох, не люблю я этих Горзит, - сказала Эль-Лина. - О-о-о, Женя, смотри вон белка. - Где, - отозвался Женя. – А-а-а, точно! - Она такая забавная, гляди, на нас смотрит, - весело улыбалась Эль-Лина. – Гляди. - Ага, а вон ещё одна, - показал Женя. - Их здесь много, тут беличье царство, - сказал Гум. Белочки, сидевшие на ветках, заметив путников, с интересом всматривались в них. Путники, совсем немного понаблюдав за рыжими зверушками, снова двинулись в гору. Подойдя к озеру, Гум заметил, что озеро в своих размерах стало куда больше и теперь занимает прилегающую часть лесного массива, это считается нормой, так как в это время озеро всегда выходило из своих берегов за счёт дождей, которые обильно его питали. В этом месяце осадков было куда больше, чем в прежние годы, но вода, которая была лишняя, всегда уходила, стекая вниз через ручей к реке. И озеро Белый Кааль принимало свой прежний и настоящий чистый вид, но сейчас оно мутное и совсем не приятное. - В этом месте мы и порыбачим, - сказал Гум, разворачивая камышовые удочки, одну из которых передал дяде Мише. - Она тут быстро ловится, так что скоро пообедаем, - сказал Гум. - На что ловить будем? – спросил дядя Миша. - Ни на что, - ответил Гум. – Тут рыба наивная, и к крючку непривыкшая. Рыбачу только я. Вот смотрите. Лишь только закинув удочку и досчитав до пяти, Гум тут же резко дёрнул, потянул к себе, и вытащил чисто белую рыбину чуть больше ладони. - Видите, - Гум всем продемонстрировал рыбу и затем кинул её на берег в траву к Алисе. – Угощайся, Алиса, - белая кошка, её тут же схватила зубами и с довольным видом понесла куда-то в лес. - Пойдём, Жень, насобираем веток для костра, - предложила Эль-Лина. - Это хорошая идея, - проговорил пилот, забрасывая удочку. Отойдя от рыбаков на приличное расстояние, Женя и Эль-Лина услыхали довольное восклицание пилота о мгновенном улове. Кричал он радостно, - Алиса, хочешь рыбу? - Хочу, - тут же отвечала белая кошка. Пилот ей кинул уже новую белую рыбину Кааль. -А ты, правда, принцесса? – спросил Женя Эль-Лину. - Правда, - спокойно ответила Эль-Лина, наклоняясь к земле и подбирая небольшую сухую ветку. Женя, словно замер, молча разглядывая её, он будто пытался что-то увидеть в ней и понять, в её движениях и во всём её образе в целом. - Это ничего не значит, и тем более наш мир уже обречён, - взглянув на Женю, сказала Эль-Лина. - А вдруг не случится. Не могу представить, что это может произойти,- проговорил Женя. - Я тоже, - сказала с огорчением Эль-Лина, ища ветки, - Жень собирай ветки. - Да, конечно, там, наверное, уже и рыбы наловили, - Женя тут же принялся собирать ветки с земли, которых к тому же было очень много. - Всё может быть, - сказала Эль-Лина. Набрав охапку веток, они понесли к берегу к пилоту и Гуму. К этому времени Гум, уже развёл небольшой костёр. - Вовремя, - проговорил радостно Дмитрий Иванович, который заметив Женю и Эль-Лину, выходивших из леса и заодно вытягивая новую рыбу. - Бросайте сюда, - сказал Гум, указав на место подле себя. – Надо поискать ещё крупных веток для углей. - Да я там видел поваленное дерево, сейчас притащу его, оно сухое, - сказал Женя и отправился обратно в чащу леса. - Точно сам справишься? - спросил Гум вдогонку. - Да, оно небольшое, - обернувшись, ответил Женя. - Я там вроде не видела никакого дерева, - проговорила Эль-Лина. - Не, оно там дальше лежало, - ответил Женя, указывая рукой куда-то в лес зайдя за куст, но никто не видел его руки. Прошло не меньше десяти минут, костёр хорошо разгорелся, Гум, почистил и распотрошил рыбу. - Что-то Жени не видать, - проговорил Гум. - Неужели он там заблудился? - поглядев в сторону леса, проговорила Эль-Лина. - Надо было пойти с ним, - сказал пилот, и направился в лес. Как только пилот подошёл к кустам, то увидел, что в них пробирается Женька, таща бревно. - Проходи, проходи, Жень, – пилот раздвинул сильно раскинувшиеся кусты в стороны. - О, это бревно в самый раз, - с удовольствием сказа Гум. – Положим его самой серединой на костёр. - Скоро будем жарить рыбу. - Я думала, ты заблудился, - сказала Эль-Лина. - Да, пришлось уйти дальше, то поваленное дерево, которое я видел тогда, оказалось слишком большим и тяжёлым. Пришлось искать другое поменьше. И я там знаете, кого встретил? - Кого? – спросила Эль-Лина. - Белого оленя. Никогда такого ещё не видел. - О-о о, это такая редкость, надо было с тобой пойти, - сказала Эль-Лина. - Красавец такой, как снежок, Эль, он посмотрел на меня и ушёл, - добавил Женя. - Классно! - произнесла Эль-Лина. - Я тоже как-то раз видел такого, правда давно это было. Я тогда летел на моей звёздочке- сказал пилот. - А мне даже не попадался за всё это время, пока я тут. Тебе, Жень, очень повезло его встретить, - сказал Гум. –Ладно, теперь я пойду, нарежу камыша для рыбы, и пожарим её. Как только ушёл Гум, Эль-Лина спросила: - Дмитрий Иванович, так вы знаете Гума? - Да, когда-то его знал, - ответил Дмитрий Иванович. - Ему можно доверять? - Думаю можно. Даже не мог и подумать, что он может жить сам в одиночестве, ведь раньше он жил совершенно иначе. - Стоит ли ему рассказывать о конце света? – спросила Эль-Лина присутствующих. - Не стоит, он сюда ушёл от прежней жизни, и теперь ему всё равно, - спокойно ответил пилот. - От какой жизни? – спросила Эль-Лина. Ответа не прозвучало, к месту подошёл радостный Гум, - Сейчас я вас накормлю самой вкусной и редкой рыбой, - проговорил Гум, уже подходя к костру. - Мы вчера утром ели форель, - сказал Женя. - А-а-а, речная форелька, хорошая, хорошая. А вот эта рыба калька, - показывая на рыбу, - Живёт только тут в этом озере и больше нигде. А ты, Эль-Лина, такую рыбку ела? – спросил Женя. - Нет, - ответила Эль-Лина. - Сейчас попробуете чудесную рыбку, - сказал просто Гум.- Я это место очень люблю, а по молодости часто тут бывал. Хорошо было обдумывать и создавать. - А чем вы занимались? – спросил Женя. - Наукой, Жень. - Дмитрий Иванович, кстати, тоже наукой занимается, - рассказал Женя. - Да не то, что занимаюсь, так немного мастерю, и то по части моей звёздочки, - скромно проговорил пилот. Гум взглянул беглым взглядом на Дмитрия Ивановича, слегка прикусил нижнюю губу и мало заметно, несколько раз, кивнул головой, затем отвёл взгляд и принялся нанизывать на длинную веточку рыбу, и дополнительно разведя маленькими палочками рёбра рыбы, чтоб рыба лучше прожарилась, и воткнул возле костра. - Жар сильный… быстро приготовится, будет румяная корочка. Объеденье, даже будет хрустеть, - уточнял Гум. Расположившись у костра, присев на мягкую траву, все вместе ждали приготовление рыбы. - Кажется, эта уже готова, - спустя пять минут сказал Гум. – И эта тоже, - добавил он. – Берите, Женя, Принцесса, Дмитрий Иванович. И все принялись кушать рыбу, взял и Гум, после того как поставив жариться новые. - Ну как вам? – спросил Гум. - Вкусная, - ответил пилот, повторяя, - правда, вкусная. - А я вообще очень есть хочу, только жаль соли нет, - сказал Женя. - Соли у меня давно уже нет, без неё живу, и нормально, и даже не хочется, - сказал Гум. - Знал бы, что вы тут живёте, так я бы вам завёз, - сказал пилот. - Да не стоит, - ответил скромно Гум. - Да вы что, мне не сложно, я даже тут летал мимо. Чего-нибудь да привёз бы, - настаивал на своём пилот. - Вот и эта, кажется уже готова, - сказал Женя, осматривая рыбу. - Да ты прав, Жень, бери её, - сказал Гум, а затем ответил Дмитрию Ивановичу: - Хотя, хлеба давно не ел, порой снится даже. - Ой, а что ж это мы, у нас же хлеб есть, как мы могли забыть - сказала Эль-Лина. - Точно, и я забыл, - проговорил Женя. - Не стоит принцесса, он вам нужнее, а до города путь не близок, - скромно проговорил Гум. Эль-Лина, взяв сумку, вынула из неё свёрток, затем развернула его, достала одну пышку и, разделив, вручила каждому: - Угощайтесь, кто знает, может этот обед у нас последний. Хотя за всё это время никто не думал о конце света, словно забыли о нём. Но это не значит, что дяде Мише никто не поверил, просто все жили в этой действительности, которая складывается именно сейчас и с ней приходится бороться, а она отнюдь не простая. - Спасибо, - принял Гум хлеб. - Эль, бери рыбу, - Женя передал уже готовую рыбку на палочке. - Спасибо, Жень, - поблагодарила Эль-Лина. Вдоволь наевшись, они уже были готовы идти дальше, а Алиса к тому же за это время успела даже выспаться, удобно расположившись на мягкой зелёной травушке. Обойдя озеро, они стали спускаться вниз, ища то самое ущелье, которое вело через горы. - Вон оно, видите? – прокричал Гум, идя впереди. - Где? А вон оно, - ответил пилот, идущий за ним. - Да, как пройдёте его, нужно идти только прямо, там будет множество указателей заброшенной культуры, они вам будут попадаться, но до самого города идти ещё долго, - поведал всем Гум. Не дойдя до ущелья, Гум оглядел всех присутствующих и затем обратился лично к пилоту, протягивая ему руку. - Прости за былое, я тогда был не прав, Дима, ты настоящий редкий талант самородок который… - Простил давно, - не дав договорить, пожал руку Гуму. - Слышите!? – громко отозвалась белая кошка Алиса. - Нет, а что!? – сказал пилот. - Прислушайтесь! – протяжно проговорила Алиса. Шелестящий шум наполнил тихую округу, затем хруст веток, и только после все увидели, как вдалеке там выше к озеру движется земля, выкорчёвывая и сминая деревья, будто это спички. - Это оползень, быстрее к ущелью! – скомандовал Гум, указывая на узкий слегка извилистый проход на другую сторону гор, - Торопитесь, торопитесь. Все побежали через овраги, через бугры, мимо деревьев, изо всех сил стараясь добраться до тропы и спастись. Там сверху оползень с разрушительной силой мчится, круша всё на своём пути, он даже камни, эти огромные валуны подминал под себя. Гум подхватил под плечо Дмитрия Ивановича, который хромал, они вдвоём отставали, Женя и Эль-Лина оглядывались на Дмитрия Ивановича и Гума и на то, что неистово гнало их прочь. Добежав до ущелья и в бежав в него, они остановились отдышаться и осмотреться. Гум крикнул: - Это не оно, сейчас нас всех накроет! И тут его что-то сильно ударило в спину, при всём этом шуме и треске деревьев его развернуло, он упал, никто не понял в чем дело, но выстрел слышали все. Пилот что-то увидел и прокричал: - Бегите, не стойте! – и, толкнул Женьку по направлению к Эль-Лине. В стороне стояли два человека, один из которых перезаряжал винтовку крупного калибра, а другой уже целился в них, они были полностью перемотаны в тёмные ткани с красными отметинами, и даже их лиц видно не было. От стрелков галопом мчались две средних размеров рыжие собаки. Прозвучал второй выстрел, он повалил пилота. Стрелок быстро перезарядил винтовку, и они бегом двинулись в след за убегающими. Пилот, корчившись на земле, был тяжело ранен, но он успел ухватить за заднюю лапу пробегавшую собаку. Она тут же набросилась на Дмитрия Ивановича и изо всех сил начала трепать его, скалясь и рыча. Пилот кричал от ужасной боли. К ним добежал один из стрелков и, не раздумывая, тут же выстрелил в пилота, мгновенно убив его, а второй стрелок очень быстро пробежал мимо, преследуя убегающих которые уже подбегали к тому самому ущелью. Женьку уже настигала рыжая собака. Обернувшись, он увидел стрелка уже направляющего дуло винтовки на него. Оставалось ещё залезть на склон, который был как обрывистая стена, и тут вдруг обрушившись, лавина грязи и воды сразу накрыла стрелка, не успев опомниться, он тут же был заживо погребён грязью со всеми, кто был там за ним. Собака напала на Женьку, она повалил его на спину, он как мог отталкивал её палкой, но она была сильна и рвалась перегрызть ему горло. Алиса, защищая Женьку, прыгнула на рыжую псину, когтями уцепившись в её морду изо всех сил, которые у неё только были, драла её. Эль-Лина, обернувшись, увидела всё это, она тут же зарядила лук, но не выстрелила, положение было слишком опасным. Тогда она бегом двинулась к ним и стала бить луком по спине собаки, которая была по-прежнему над Женькой. Женя пытался освободиться, но это у него не получалось, слишком было сильное это животное. Тогда Эль-Лина, взяв две острые металлические стрелы, стала колоть ими собаку в бока, в шею и где получится. Собака повалилась и начала дрыгать лапами. Алиса также лежала рядом в крови, она умерла, спасая Женьку. Сердце билось с бешеной скоростью, дрожали руки, не держали ноги. Женя только что, приподнявшись, упал на колени и потянулся к окровавленной кошке Алисе. Мертва. Слёзы накатились на фиолетовые глаза Эль-Лины. Женя поднялся, и Эль-Лина тут же крепко обняла его. Дрожали руки, дрожали ноги, текли слёзы… - Весь мир… Весь мир… и мы в нём одни! Эль-Лина, обнимала Женьку и негромко, успокаивающе, шептала ему на ухо «Всё будет хорошо, всё хорошо, мы доберёмся, доберёмся, обязательно». Женька молча обнимал её. Несколько минут они стояли обнявшись. Неподалёку со склона бежало то самое озеро Белый Кааль. Вот так, наверное, и бывает, сначала спокойно и тихо, а потом «бум» гром среди ясного неба. Это жизнь такая, её не придумать, а потом никогда уже и не забыть. - Оборачиваться не будем, - тихо прошептала Эль-Лина. Женя молча кивнул, и они пошли дальше к ущелью. Повсюду одни деревья они закрывали полностью небо. Таким образом, совершенно молча, они прошли несколько часов. Но как только перешли ущелье, то попали в совершенно другой лес, теперь тут не произрастают высокие сосны, а кое где уже встречаются не высокие, но пышные ели. Пропали дубы, нет и яблонь диких, он другой, он словно волшебный. Ковёр из мха покрывал тут всё и землю, и сами деревья, и даже зелёная дымка стояла тут лёгким туманом. - Я совершенно не помню своих родителей, - вдруг сказала Эль-Лина. Женя повернулся и поглядел на неё. - Бабушка рассказывала, что я тогда была с ними, с папой и мамой, в тот день, в том самом городе. Бабушка нашла меня дома, мама, папа… они переправили меня к ним, перед тем как погибли. И я совсем их не помню. Не знаю их. Какими они были… Женя лишь слушал и ничего не говорил. Они шли и шли уставшие и изнеможенные и совсем не заметили, как скоро наступил вечер, и к тому же заметно стало холодать. Эль-Лина предложила остановиться и переночевать. Она сразу отметила направление, выложив стрелку на земле в сторону, в которую шли, чтоб не сбиться с пути. - Я пока разведу огонь, а ты Жень найди сухое поваленное дерево, у тебя это хорошо получается - Я видел там, мы прошли его, сейчас притяну. - Только далеко не уходи, - взяв за руку Женю, проговорила Эль-Лина. - Хорошо, - ответил Женя. В этом лесу много было старых поваленных деревьев, Женя с лёгкостью притянул несколько. Положив одно бревно самое крупное, а к нему четыре поперёк. - Нам этого костра на всю ночь хватит, будем подсовывать, и подкладывать верхние, ориентируясь на их прогорание, - сказала Эль-Лина. Уныние и тоска, гибель друзей по-прежнему не оставляло их сознание. В лесу стало темно, и только огонёк от костра освещал лица двух людей, сидевших рядом. Они только что слегка поужинали тем, что у них было, а было у них совсем немного, две пышки да кислые яблоки и что-то из овощей. Они лишь на немножко притушили голод, хотя после пережитого ужинать совершенно не хотелось. - Кто эти люди, я их даже не успел разглядеть? – промолвил Женя, нарушив молчание. - Я не знаю,- ответила Эль-Лина, сначала глядя на огонь и лишь только потом, повернувшись, поглядела на Женю. - Дмитрий Иванович, Гум, - и протяжно произнёс, - Алиса. - Всматриваясь на свободно порхающие огоньки, Женя спросил Эль-Лину: - Как давно ты знаешь… Алису? - С самого своего детства, - немного повернувши голову в сторону Женьки, ответила Эль-Лина. - Так долго знаешь? - Да, - кивая и немного поджимая губы, ответила Эль-Лина. - Она такая… она нашла тебя, дядю Мишу, и теперь её нет. Мне не верится, они вот были с нами, и в туже минуту их не стало Дмитрий Иваныч, Гум, как это? – спустя время после молчания задумчиво произнёс Женя. - Как же жалки те люди, которые в своём стремлении готовы погубить всё и вся ради своих меркантильных желаний. В итоге они всё равно потеряют это! – совершенно неожиданно проговорила Эль-Лина. Возле костра они смастерили замечательный лежак из пышных и к тому же очень пахнущих хвойных веток. Казалось, что тот жуткий стресс затмил усталость перехода, и спать не хотелось. - Ложись, нужно отдохнуть, - предложил Женя. - А ты? – спросила Эль-Лина. Слабо кивая головой, Женя скромно ответил: - Потом, я ещё немного тут посижу. - Звери нас не тронут, не переживай за это, - сказала Эль-Лина, ложась на хвойный настил. Поджимая губы, Женя кивнул Эль-Лине. Жене также не хотелось спать, он думал о том, как оказался в этом мире, вспоминался ему тот дом с большим деревом, тот город с драконами, знакомство с родными Эль-Лины и Георгием, который вероятнее всего тоже погиб, погиб в борьбе со страшным змеем. Сегодня погибли хорошие люди. Женю мучила эта мысль, что если они не доберутся до города, то и они погибнут в этих дремучих лесах. Женя взглянул на Эль-Лину, которая ещё посматривала на огонь и на него и потом снова на огонь. На огонь, который не слишком велик, но который делился теплом в эту холодную лесную ночь. Он вспомнил, как впервые увидел Эль-Лину, у которой был на руках без сознания. Она гладила его голову, он, очнувшись, увидел её фиолетовые глаза. Эти глаза он уже не забудет, и она злилась на него, а теперь не злится, эти выразительные чудесные глаза он не забудет никогда. У обросшего мхом дерева, у самого его основания, аккуратно лежал лук и кожаный мешочек, в котором торчали три последние стрелы. Женя прилёг на еловый настил, укрыв своей курткой Эль-Лину и затем обняв её. Она сонная повернулась в его сторону и прижалась к нему, словно зарывшись под тёплое махровое одеяло. Так они и уснули, и проспали до самого утра. Ночь стала рассеиваться, и всё вокруг посерело лёгкой туманной дымкой. Бревно уже догорало. Женя не стал будить Эль-Лину. Он, отойдя дальше в лес, принялся собирать небольшие ветки старых деревьев пока не нашёл кусты с чёрными ягодами и этих кустов было много, а если быть точнее, то они были повсюду. Попробовав одну ему тут же почувствовался приятный сладковатый вкус, не став больше есть он, нарвав жменьку направился к Эль-Лине, которая уже не спала. Женя положил ветки и тут же показал ягоды Эль-Лине. - Сладкие ягоды нашёл! Эль-Лина, приглядевшись, ответила: - Они не съедобные, выбрось. Женя тут же отшвырнул их в сторону.- А что это за ягоды? – спросил он. - Чёрный глаз, очень ядовитый. Хорошо, что ты не ел их, одной ягоды хватит, чтобы сильно отравиться. - Правда? – Женя взглянул на Эль-Лину, перестав подкидывать ветки в костёр. - Конечно! Так, ты что их ел?– замерла в ожидании Эль-Лина, пристально вглядываясь в Женю. - Одну, всего лишь попробовал. - Как себя чувствуешь? – вылупив глаза, с испугом спросила Эль-Лина. - Вроде нормально, - спокойно ответил Женя. - Голова не кружится, живот не болит, может тошнит? - Да нет же говорю, нормально, - поднимаясь с колен, ответил Женя. Но как только он поднялся и сделал шаг в сторону, его будто что-то толкнуло. На ногах Женя удержался благодаря , стоявшему рядом. Подбежавшая к нему Эль-Лина, подхватила его под руку и повела на еловый настил. - Ложись, ложись, - укладывая Женю, говорила Эль-Лина. - Сейчас, нормально будет. Может просто поесть надо, у нас огурцы остались, и помидоры были, и хлеб, кажется. - Всё же отравился, сейчас приготовлю отвар. Лежи, не вставай, - проговорила Эль-Лина. Но как только Женя прилёг, то ему стало ещё хуже. Стало тошнить, началась рвота и резкая боль в районе желудка. Позывы к рвоте ничего не дали, желудок его был пуст, они с прошлого дня ничего не ели. Женя сначала лежал на боку, а потом лег на спину, но так было еще хуже и ему пришлось снова лечь на бок, приняв позу эмбриона. Потрогав ладонью лоб, Эль-Лина, поднимаясь с колен, сказала: - Температуры вроде бы нет, - затем добавила: - Я сейчас, - и не заметно исчезла в лесу, прихватив с собой нож и металлическую кружку. Женя по-прежнему лежал на еловом настиле и лишь урывками засыпал, он находился словно в бреду. Он совершенно не заметил, как к нему вернулась Эль-Лина и то, как она с ним сейчас говорит, и как заваривает отвар. Женя лежал молча. Ему казалось, будто его тело, словно пушинкой, поднимается к высоким кронам деревьев и затем, словно не пускаемый улететь вдаль, задерживался в ветвях и снова опускался вниз, обратно на еловый настил. Он пытался найти небо среди зелёных веток, покрытых мхом и листвой. Он снова и снова медленно поднимался и опускался, не осознанно ища выход к небу. - Женя, Женя, - с надеждой и как можно спокойнее говорила Эль-Лина, подавая кружку с отваром к Женькиным губам. Женя снова, как тогда, очнувшись в руинах города, лежал головой на коленях у Эль-Лины. Заранее остудив отвар, она поила им Женьку. - Не спеши, ещё горячее! Тебе обязательно станет лучше. Поспи мой дорогой, - она, как и тогда, гладит его голову, Женя снова видит её глаза и свисающие над ним волосы, но теперь он в полудреме. Женя проснулся, проспав около трёх часов, Эль-Лина сидела рядом у костра. - Ну как себя чувствуешь? – спросила она, заметив, как приподнимается Женя. - Вроде нормально, - ответил он бодрящим голосом. - Голова не кружится? - Вроде нет, если только слегка, немножко. Спасибо Эль. - Вот держи морковку. - Спасибо, какая-то она странная, - разглядывая, сказал Женя. - Дикая, но съедобная. - Спасибо, - жуя, сказал Женя. - Кушай, скоро пойдём дальше, – сказала Эль-Лина. - Как ты думаешь, сколько нам ещё идти до города? – спросил Женя, присев к костру. - Не знаю, может ещё день, - ответила Эль-Лина. - Хм, это не много, –задумавшись, сказал Женя. – Ты знаешь, я афигенно себя чувствую, спасибо Эль, – говорил Женя, обнимая Эль-Лину. - Ты очень меня напугал. - Я не буду больше. Женя закинул сумку себе на плечо, Эль-Лина взяла лук и стрелы, и они пошли дальше, в ту сторону, куда вела вчерашняя стрела, которую выложила Эль-Лина вечером. - Женя, ты заметил, какая тут мягкая земля? - Да, даже глубокий след остаётся, - поднимая ногу, Женя пытался всматриваться в свой след. - А всё по тому, что здесь никогда не было людей. Тут нет дорог и тропинок, даже сейчас, когда золотое перо в запрете и его непросто найти, люди всё равно тут ещё не бывали. - А у нас, мне кажется, люди побывали везде и всё истоптали. А знаешь, я до этого момента никогда не был в лесу, и тем более в таком сказочном, - сказал Женя. - Правда? - удивлённо спросила Эль-Лина. - Да, если не считать старого городского парка, то да. - Да, деревьев у вас мало. И как тебе в лесу? - Знаешь, тут так хорошо дышится, очень чистый воздух. Земля правда очень мягкая, словно по перине идёшь. - Благодаря такой земле деревья долго живут. - Хм, - мимически задумался Женя. - Через такую почву хорошо дышится корням деревьев, - пояснила Эль-Лина. - Не знал, очень интересно. - Деревьям плохо, когда повсюду дороги и тропинки. - Смотри, грибы! – неожиданно крикнул Женя, как будто впервые видит грибы, растущие в лесу. - Какие грибы? Где? - Вон там, смотри, - Женя указал пальцем и направился к ним. - Аааа… вон те! Впереди раскинулись грибные грядки, и большие, и малые грибы были тут повсюду. Женя, присев к ним, начал их разглядывать. – Я знаю его, он съедобный, – затем, немного задумавшись, сказал, - Не помню название. - Это Белый гриб, - сорвав один, сказала Эль-Лина. Женя присмотрелся и сказал: - А разве так можно? - Что? Срывать? – с лёгким удивлением спросила Эль-Лина. - Да! Вроде бы их только срезают, а то можно повредить грибницу. - Можно конечно срывать, этим я никак не смогу повредить грибнице, это же ведь как яблоко или груша у дерева, это всего лишь плоды. - Понятно, - ответил Женя и добавил, - А их можно есть сырыми? - Наверное есть можно, но я никогда не пробовала их сырыми. Можно взять парочку и на костре пожарить. Но после отравления у тебя от них может заболеть живот. Лучше пусть себе растут. Кстати, нормально себя чувствуешь? - Хорошо, - протяжно ответил Женя, разглядывая грибы. Путь пролегал между двумя полностью покрытыми деревьями горами, которые располагались друг, напротив друга, а дальше начиналась более-менее равнина. Эль-Лина и Женя были тут впервые. Эль-Лине тоже этот лес казался каким-то новым, каким-то совершенно другим. И те птицы, которые щебетали, заливаясь, пели свои песни, сидя на ветках и перелетая с одной на другую, и те животные, которые хоть и редко, но тоже встречались и с удивлением разглядывали людей, видя их словно впервые. Все это было новым, невиданным! - Тут видимо раньше была дорога, - вдруг неожиданно сказал Женя. - С чего ты взял? - Смотри, там статуи, - в сужении гор вдали стояли два огромных рыцаря с поднятыми вверх мечами. Они тёмные и обросшие травой и мхом. - Точно, это рыцари Аполорина, - радостно сказала Эль-Лина. - Смотри на эти камни, глянь, как они лежат, - Женя указал на плоские продолговатые обтёсанные пластины. Они лежали совсем рядом тык-впритык, дальше были такие же. Затем Женя повернулся и показал в сторону позади себя: - вот гляди, и там тоже я видел, мы их прошли. - Значит мы идём правильно, Жень, - ещё радостнее сказала Эль-Лина. - Дедушка рассказывал, что в старину, когда были дороги, то к городу Аполорину всех встречали каменные рыцари, это ещё до появления у нас золотого пера. - А как давно оно у вас? – спросил Женя. - Целые столетия, но точно не знаю, - ответила Эль-Лина. - Я вот даже не понимаю, как оно работает, и вообще, откуда оно берётся?! - Этого и я не знаю. - Может это птица какая-то необычная, - замечтавшись, помыслил Женя. - Золотое пёрышко в запрете, о них знают только жрецы, -идущая полевую сторону от Жени ответила Эль-Лина. - Жрецы? – удивлённо повторил Женя. - Да, они тайные правители мира. Простые люди о них не знают. Женя смотрел на Эль-Лину и внимательно слушал её, а она тем временем продолжала рассказывать. – Все люди винят только нас во всех бедах. - Ну, а ты тут причём?! - Это никого не волнует. Я беда для народа. Но я всё это могу изменить, остановить войну и даже тьму, которая может вновь появиться! Женя взглянул на Эль-Лину, в её ясно фиалковые глаза, которые в этот момент были весьма огорчены, он обнял её и прижал к себе. Затем они пошли дальше. Идя молча она прижималась к Женьке. Горное ущелье было уже позади. День уже подходил к закату, вечерело. Лес приобрёл немного другой вид, земля стала более равнинной, но по-прежнему стволы деревьев и сама земля были в зелёном мхе. Устали. Эль-Лина предложила отдохнуть и присела, прислонившись к дереву. Женя тоже хотел присесть, но передумал: - Я сейчас приду, - тут же сказал он. - Куда ты? – спросила Эль-Лина. - По небольшим делам, - улыбаясь, ответил Женя. - А-аа, ясно! – проговорила Эль-Лина. Женя отошёл на небольшое расстояние и встал за дерево, в тот самый момент, когда он делал своё небольшое дело, он заметил на дереве сидящую небольшую жёлтенькую птичку, которая очень выделялась на общем зелёном фоне. Птичка смотрела прямо на него. Жене стало интересно, и он аккуратно подошёл к ней поближе, ну конечно же, когда застегнул штаны. Женя задумался, прищурив глаза, внимательно рассматривал её, а точнее её маленькие жёлтенькие пёрышки. - Странно, - проговорил Женя! - Странно, - ответила ему жёлтенькая птичка. - Чего? – удивился Женя, а затем поглядел по сторонам вдруг это, не она произнесла. - Чего, - повторила птица. Жене стало ясно, это точно говорит она. Он посмотрел на неё и сказал: - Ты тоже говоришь? - Ты тоже говоришь, - сказала птичка. - Да, - ответил Женя. Птичка также сказала: - Да, - и на ветку к ней присела ещё одна такая же жёлтая. - О-о-о, твоя подружка?! – спросил Женя. - О-о-о, твоя подружка, - произнесли, как эхо, уже две птички. - Где? – Женя тут же повернулся в сторону к Эль-Лине. Эль-Лина сидела у дерева, рассматривая свой лук. Женя совершенно не догадывался, что птицы лишь повторяют за ним его слова. - Эль, иди сюда, тут птицы говорящие. Может дорогу подскажут. Да-а-а, зря он крикнул громко. Лес словно вздрогнул, деревья зашатались, ветки затряслись, повсюду летали жёлтые птицы, которые теперь хором кричали и звали Эль-Лину. - Женька, быстрее сюда, - в общем шуме ели послышались слова Эль-Лины. А птиц становилось всё больше и больше. Они летали и кричали. Прикрыв лицо, Женька пробирался к Эль-Лине, которая еле была заметна, но всё же видна среди стаи чокнутых птиц. Она махала своим луком, стараясь их сбивать. Взяв сумку, Женя добрался к Эль-Лине. - Вот напасть! Где ты их нашёл? – махая луком, смеясь, кричала Эль-Лина. - Не знаю, на ветке сидели, - удивлённо сказал Женя. - Вот это ты сходил по своим маленьким делам! – шутила, смеялась Эль-Лина. Женька тоже смеялся, смех был, настолько сильным, что казалось, темнеет в глазах. Непонятно как, но и птицы издавали звуки, похожие на смех, но птицы не наполняли гулом лес, а всё будто было созвучно, понятливо и чисто. - А я думал, они со мной разговаривают, - смеясь, кричал Женька. А потом добавил: - Побежали! Они вдвоём, прикрывая лицо, ринулись сквозь эту стаю птиц. Бежали не долго, как вдруг, сквозь редеющие деревья, показался зелёные луг. Лес закончился! - Эль-Лина, ура, мы выбрались из леса! – кричал Женька. – Ура, - размахивал он руками. - Ура, - кричала Эль-Лина. - Осталось совсем немного! Маленькая радость может прийти в любой момент и совсем неожиданно, даже такая как эта, которая так нужна была им. Лес позади, он ровно за спиной, а впереди начиналась бесконечная зелёная долина, которая, словно огромный трамплин, вела теперь вверх. - Эль-Лина, нам теперь идти туда наверх? – спросил Женя. - Да, теперь идём туда, - ответила Эль-Лина. Женя обернулся и посмотрел на лес, теперь же со стороны он казался ему тёмным и ужасным. И будто спрашивал он себя, «Неужели я был там?». Но теперь эта долина, которая открылась им, дала ощущение свободы, свежести и новизны, бескрайний простор, но главное, что они почувствовали в этот момент, так это надежду, надежду, которая всё же не отступая, ведёт их сквозь мрак, словно последний лучик света. - Пойдём, - произнесла Эль-Лина, глядя на него. - Пойдём, - ответил Женя, посмотрев на Эль-Лину и взяв её за руку. - Гляди, сегодня полнолуние, - сказала Эль-Лина. - А тут у вас тоже луна есть, как и у нас?! - И правда, - хмыкнув, подтвердила Эль-Лина. – Я никогда этого не замечала. Склон не был вначале крутым. Он лишь постепенно, а главное плавно, поднимался к вершине, и поверхностью своей был полностью гладок. Идти по такой мягкой траве было очень приятно, хоть в ногах чувствовалась усталость. Заметно стемнело. Луна в этот день светила ярче, чем в другие дни. Звёзды также не уступали ей по красоте и своему таинственному мерцанию. На небе не было ни облачка, и потому можно было продолжать путь и идти дальше, надеясь на лучшее. Луна своим могучим влиянием окрасила долину в серебро. Тот растительный покров, который днём ярко зелёный, полон жизни и тепла, теперь же, в эту ночь он наполнил долину светло серой сединой, отдающей призрачностью холода и тишины. Такие ночи выпадают не часто и только летом, а те огромные валуны, которые торчали из земли, имели синее свечение. Они светились и становились прозрачными до самой своей середины, а днём это просто огромные чёрные камни. Идти в такую ночь было в радость. Изнеможённые долгим переходом, экономившие еду и воду, Женя и Эль - Лина не унывали, а помогало им то, что они по-прежнему были вместе, хоть уже и одни. Шли не торопясь. Нарушив молчание, Женя спросил: - Эль-Лина, а ты часто бывала в моём городе? - Да, бабушке помогала в цветочном магазине. Я всегда посылала тебе СМСки, когда была там. Я видела, как ты проходил мимо и здоровался с моей бабушкой. - Да, здоровался, - улыбнулся Женя. Следом улыбнулась и Эль-Лина. - Неужели ты была там, а я даже подумать не мог… - Да, была там, - ответила Эль-Лина. – Я и сестру твою видела. - А она мне рассказывала, что тебя нигде не видела. - Видела, и ты кстати, тоже, до того как мы познакомились. - Правда? Вот это да, а я совсем не помню. - Я помню. - Так получается, мы уже встречались? Эль-Лина слегка кивнула и мило улыбнулась ему. – Да, потом мы познакомились в одноклассниках. Я знала кто ты. И что наши родители знакомы были, тоже знала. С самого детства мечтала познакомиться с вами. - И это случилось, - улыбаясь, сказал Женя. - Конечно, не так как планировалось, но всё же случилось, - посмотрев на Женю, сказала Эль-Лина. - Я очень рад, что мы нашли тебя. Бабушка твоя очень переживала, узнав, что ты в опасности и находишься в этом городе. - Хмыкнув, Женя спросил: - Эль, ты получается, могла побывать везде где хочешь? - Да, я бывала везде, было очень интересно. - Прикольно. - Да, и даже в вашем мире пёрышко действует! - Я это заметил, увидев дядю у нас. А где ты бывала? - В Нью-Йорке гуляла по центральному парку, в Париже у самого подножья Эйфелевой башни, бродила по улице Бейкер-Стрит, видела там двухэтажные автобусы. - Это там, где жил известный сыщик, да? - Типа того, там есть музей, но я в него не заходила. - Жаль, мне бы хотелось, там, наверное, здорово! - Не знаю, но очередь туда, я тебе скажу, не маленькая. - Нравилось ещё бродить по рынкам и паркам Китая. Ты знаешь, интересная у них там кухня, они готовят, прям на улице, мне нравилось наблюдать за ними. А ещё была в Петербурге, мне очень там понравилось, там так просто с людьми знакомиться, была в Эрмитаже. Была ещё в Токио. Ну, конечно, не только в больших городах, но и в маленьких. Просто на карте выбирала место, и с лёгким золотым пёрышком сразу туда. - А я всю жизнь только и был, что в своём небольшом городе. - Зато сейчас вот какое путешествие, что на всю жизнь хватит. - Я не жалею, - спокойно ответил Женя. - В своём мире я тоже нигде не была, только дома у бабушки. Но это не потому что я не хочу, а потому что нельзя, - с сожалением сказала Эль-Лина. Затем добавила: - Были бы живы мои папа и мама, такого бы не было. - Когда я был у вас дома, мне твой дедушка рассказал что произошло. - А я этого совершенно не помню, - проговорила Эль-Лина. - Они меня успели спасти, когда тьма забрала город. Тогда спаслись только три человек. - Да-а-а, - протянув, сказал Женя. – А кто? - Дядя Миша, я и кто-то из Жрецов. - Жрецов? – спросил Женя. - Да, а те убийцы, которые в нас стреляли и убили Дмитрия Ивановича и Гума, я знаю, их прислали к нам они. Сейчас, Женя, весь мир под их влиянием и контролем. Они правят нашим миром. Хотя люди этого не знают, им показывается совершенно другое. Конечно, мой дядя сейчас является правителем, но как говорит бабушка, он всего лишь кукла в их руках. Они нас и сослали куда подальше, говорили «Так будет безопасно, пока я не повзрослею» А ещё, Жень, хоть они и утверждали, что они тут не причём, но я-то знаю, это тоже дела их рук. Именно мою семью все люди обвинили в катастрофе города, и во всех бедствиях, которые случились потом с ними и даже в тех, которые происходят сейчас. Женя дослушал Эль-Лину и спросил: - Пока не повзрослеешь? - Я буду Правителем, это моё право по рождению. И они прекрасно знают, что их время закончилось, то-то они и перенесли меня и дядю Мишу на погибель в тот погибший город. И может тьмы удастся избежать, и всё настроится. Мне стыдно за всё это перед тобой. - За что тебе стыдно?! – спросил Женя, и тут же добавил: - Ведь ты тут совсем не причём. - Мне стыдно, это ведь мой мир и он гибнет, страдают люди. И его скоро может совсем не стать. - Мне не верится, что конец света может произойти, - сказал Женя. - Мне тоже. Давай не будем думать об этом. Я надеюсь, что с дядей Мишей всё в порядке. - Гляди Эль, большая сова, такая же, как и у вас! - Точно, видимо она где-то тут недалеко живёт- ответила Эль-Лина. - Да, в сторону леса летит. - Совсем как дедушкины, - проговорила Эль-Лина, вглядываясь в след улетающей сове. Женя, улыбнулся и немного кивнул головой. - Он их ещё маленькими завёл, тогда когда мы перебрались в дом под большим деревом. Так пристально и нежно смотрел Женя на неё. При лунном свете она еще прекраснее. Он был готов вечно слушать, как она говорит, смотреть, как она идёт по траве, держит лук и смотрит на него, на Женьку. Любовь случается, не смотря ни на что, она масштабна, и если для каждого становится бесценной, то только тогда она по-настоящему сильна! - Может, ты хочешь воды? – спросила Эль-Лина Женю. - Нет, спасибо, - вежливо отказался Женя. - Необыкновенная ночь. Под утро будет прохладно. Тебе кстати не холодно? - Нет, нормально, - ответила Эль-Лина. На сумке у Жени висела свёрнутой куртка, данная ещё Эль-Лининой бабушкой, он тут же накинул её на плечи Эль-Лине. - А тебе? - Мне и так хорошо, - ответил Женя. Под утро всегда бывает прохладно так часам к четырём, но сейчас была только полночь, и было ещё довольно тепло. - Эль, а что это там вдалеке? – спросил Женя, вглядываясь вдаль на какие-то огромные цветущие бугры, от которых тянулись длинные полосы. - Это же Арктанты, - с радостью ответила Эль-Лина. И добавила: - Неужели нам повезло с ними встретиться вблизи. Смотри, они еще и цветут, Женя, они цветут, - радости Эль-Лины было не передать. - Помнишь, когда летели, они не цвели, - добавил Женя. - Да, но к ним ещё долго идти, - с грустью ответила Эль-Лина. - Стороной то не пройдём, - подбодрил Женя. - Не пройдём, нет уж, - с радостью повторяла Эль-Лина. Дул приятный легкий ветерок, он обдувал их и давал огромное желание дышать. Это было в пользу. Эль-Лина сделала пару глотков воды, передала бутыль Жене. Женя сделал всего один глоток и положил бутыль обратно в сумку, а затем, порывшись в ней, достал пару небольших кусочков от лепёшки и дал Эль-Лине. В последний раз они ели ещё утром, конечно желудок первое время бурчал и просил еды, но, в конце концов, он смирился и замолк. В сумке же ещё находились яблоки, может быть и хлеб, и какие-то овощи, вроде то были огурцы. Женя особо там не рылся, он лишь достал ещё по парочке яблочек, а остальное всё было решено оставить на утро. Было огромное желание поскорей добраться до города, но странное ощущение появлялось. Ощущение тяжести и отчаяния. Словно они идут не туда, и что до города уже не добраться живыми! Но всё же они шли и шли, их, словно что-то тянуло и вело правильным путём, их одних, через всю эту сумрачность ночи, через все тягости и беды. Впереди показались кусты. Это великое и древнее растение рода, «Тантов». Добравшись до огромного куста, который словно осьминог, раскинулся по этой огромной долине своими щупальцами, которых насчитывалось всего три и вели они вниз, расходясь всё дальше и дальше в стороны друг от друга. Щупальца- ветви тянулись от самого основания, то есть от огромной шапки. Сейчас эта шапка вовсю цветёт огромными розовыми бутонами, очень напоминающими цветок лотоса. От него исходил сильный и даже в пору сказать ошеломительный, но очень приятный запах, он словно манит к себе, тянет. Она, мило прикрыв глаза, стоявшая у самого бутона и слегка водя головой из стороны в сторону, пыталась насладиться нежным его ароматом, но «Пчхи» прозвучало совершенно неожиданно. Женя улыбнулся, сказал: - Будь здорова. - Хех, спасибо. Вот это аромат, да Жень? - Да, - Женя, глядел на Эль, и думал, что при всех выпавших на его долю трудностях, он был рад. Он безумно был рад видеть её, единственную, рядом с собой, такую, какую и представить не мог тогда, когда переписывался с ней в социальных сетях. Эти мгновения, эти бесценные минуты, сейчас уже кажется, могут победить любую тьму и справиться с любыми трудностями. С бутона полетела крупная золотистая пыльца. Она медленно, под действием лёгкого ветерка, поднималась, и уже была повсюду и вокруг Эль-Лины. Женя, видя такое чудо, потряс и другие бутоны. Пыльца закружилась сверкающим золотом, комочками, которые напоминали хлопья. Все это вскружило ему голову и Женя поцеловал Эль-Лину . Она ответила ему на поцелуй. Лишь только утром они добрались до самой вершины. Склон стал намного круче, чем был раньше, обернувшись, было ясно, как далеко и высоко они находятся. Да, последние шаги уже давались с большим трудом, но они сделали это! Женя и Эль-Лина были наверху! Для них стало совершенно неожиданным то, что на вершине стояла огромная каменная стена, и в тоже время это их радовало. Стена эта явно очень старая, но по виду крепкая и неприступная. - Мы что, уже пришли!? - задумчиво сказал Женя. - Нет, эта стена строилась дальше от города, но в любом случае мы на верном пути, - прокомментировала Эль-Лина. - Эль-Лина, давай отдохнём и покушаем, - предложил Женя. - Давай, что там у нас осталось? Усевшись у стены, Женя рылся в сумке. Он достал из неё два помидора и два огурца с редиской и один небольшой кусочек хлеба. Всё это он выложил на свою куртку, которую расстелила Эль-Лина. Стало прохладно, как обычно на рассвете. - Это всё, - с грустью сказал Женя. - Ты что, смотри как много, и даже хлеб остался, - подбодрив, сказала Эль-Лина. - Да, ты права, хоть что-то! Скоро будем в городе , - сказал Женя, глядя на ту еду, которая сейчас лежала перед ними. - Я думаю, до города осталось недолго, - задумавшись, посмотрев на первые лучи солнца и немного жмурясь, Эль-Лина указала пальцем куда – то вдаль и, тряся им, сказала, - До обеда будем там, - и повторила ещё раз, - Точно до обеда! - В городе дядя Миша. Неужели мы так рядом, - с трепетом произнёс Женя. - Да, и не верится даже, - сказала Эль-Лина. - Давай всё съедим. - Давай, - согласилась Эль-Лина. Богатый пир продолжался совсем недолго. Не хотелось сидеть, а хотелось поскорее перебраться за стену и им казалось, что город буквально за ней. Огурцы доедали на ходу, смеялись оба, а затем Женька неожиданно обнял Эль-Лину крепко-крепко, и снова нежно поцеловал. Они шли по самому краю склона под высокой каменной стеной, пока Женя не заметил вдали поблескивающую от солнца длинную полосу, похожую толи на дорогу, толи на мост, исходящие со стороны стены и уходящие куда-то вдаль. - Гляди, Эль, мне кажется, там дорога. - Может быть, - задумавшись, ответила Эль-Лина. - Значит, мы попадём на ту сторону, я уверен, там дорога. - Здорово, Жень, неужели мы скоро будем там, - радовалась Эль-Лина, которая обнимала его. Это была не просто дорога и уж тем более не мост. Это странное длинное сооружение с идеально ровными поверхностями - туннель, и тянулся он дальше по склону. Заметно было то, что внутри он совершенно полый. По виду стекло, крепкое и прозрачное. В стенках проглядывались небольшие шарики разной цветовой гаммы красного, зелёного, синего и жёлтого. Шахта шла большей своей частью под землёй лишь только небольшая часть её выглядывала наружу, всего в полтора метра, а шириной она составляла метра три, а то и больше. Женя тут же забрался на неё и помог подняться Эль-Лине. - Странная эта дорога, может она ведет к городу? - пройдясь по ней, поговаривал Женя. Он, опустившись на колени, пристально всматриваться внутрь неё. Заметил то, что она идеально ровная и к тому же полностью гладкая и даже при этом совершенно не скользкая:- Да, точно это какой-то туннель, - сказал Женя. Дорога выходила из арки, на которой располагался знак «Круг с точкой в центре» - Жень, пойдём, - окликнула его Эль-Лина. - Пойдём. Интересно для чего она? – проговорил Женя задумавшись. - Не знаю, - ответила Эль-Лина. - А что это за знак на арке? – спросил Женя. - Это вселенная, Бог, - ответила Эль-Лина. - А что, вселенная это Бог? - Не знаю, но думаю, что это его часть. - Часть Бога?! - Угу, - промычала Эль-Лина. Как только прошли за стену, им открылся прекрасный вид, вид огромного поля с уже вовсю колосившейся пшеницей. Как только Женя увидел пшеницу, то тут же к ней подбежал. - Эль-Лина, она огромная, а у нас она мелкая, а тут одно зерно в ладонь, - трогая огромные листья, и затем, сорвав одно огромное зерно, которое было с ладонь, сказал – Офигеть. - Я думаю, поля с этой культурой скоро начнут убирать, - сказал Женя. - Почему? – спросила Эль-Лина. - Потому что зерно созрело. - Жёсткая семечка, надо же её как-то молоть?! - разворошив и очистив от шелухи, стал внимательно поглядывать на неё, пытаясь разломать. – Как камень! - Ладно, Жень, пойдём, ведь скоро город будет, - поторопила Эль-Лина Женю. - Да, да. Но такое бы семечко домой… Возьму одно. Попробуем в институте взрастить его. Даже интересно, что получится!? - Возьми, конечно, – одобрительно ответила Эль-Лина, но затем призадумалась. - Может ещё одно, - уже отойдя от края шахты, сказал Женя, а ведь это растение возвышалось над их хрустальной дорогой ещё на полметра. - Жень, ну пойдём, ну чего ты? И вообще, брать, что-нибудь отсюда опрометчиво, оно может принести вред, – сказала Эль-Лина. Оглядывая золотистые поля, Женя сказал, - Я здесь многое удивительное повстречал, что мне даже сестра не поверит. Она даже тогда не поверила, когда дядя исчез перед её глазами. - Я сама всему удивляюсь. - Считаешь лучше выбросить это зерно? - Да, оставь его тут. - Хорошо, - и Женя швырнул зерно далеко в поле, как только мог. - А где, кстати, твой телефон? – спросил Женя. - Потеряла в заброшенном городе, - ответила Эль-Лина. - А я свой у вас забыл, когда переодевался в бане . Хорошая у вас баня. - Ага, сейчас бы в баньку, а то грязные как хрюшки, - улыбаясь, сказала Эль-Лина, - Дедушка как натопит… ух как хорошо! - Верю. - Ты парился в бане? - Нет. - Прям никогда - никогда? - Вообще ни разу! - Надо обязательно попариться. - Твои говорили, что натопят баню в другой раз. Надеюсь, конца света не будет и всё будет хорошо. - Хорошо бы. - Это поле, наверное, бесконечное, - проговорил Женя. - Край будет, и город тоже. - Мне нравится твой оптимизм. - А мне твой, Женька. - Я тоже живу у поля, особенно нравится мне, когда растёт подсолнух. А сейчас там у нас, как и тут, пшеница. Рассказать тебе одну историю? Но она дурацкая! - Давай. Посмотрев на Эль-Лину, Женя сказал: - Ой, не знаю, мы там как дураки были. - Ну чего ты, рассказывай раз начал, мне теперь очень интересно, - обхватив Женькину руку, сказала Эль-Лина. - Ну ладно… это было давно, может года четыре назад, к нам приехал брат двоюродный в гости. Да, кстати и было это осенью, мы пошли с ним на огород, у нас там огород примыкал к полю подсолнуха. Понимаешь, раньше каждому немного земли давали сотку или две для личных нужд в период лета. Почти, так же как и у Дмитрия Ивановича. А подсолнух этот уже созрел и подсох и готов был к уборке. А мы с брательником собрали кабачки и огурцы, на нашем огороде и собрались уже идти домой. - У тебя есть брат, а как его зовут? – спросила Эль-Лина. - Ваня. Он тогда был ещё не высокий полненький, толстячок. Сейчас-то он уже совсем другой. Мы с ним в детстве бывало, чудили, как соберёмся, так что-нибудь и натворим. И вот мы собрали в мешок кабачки и я хватаю палку, которая делила межу границу нашего огорода с другим соседским, словно это был настоящий меч, и кричу Ваньке, «Ваня, на нас напала орда врагов» и давай тут же рубиться с подсолнухом словно это какая-то армия - орда из множеств воинов, и уже они окружают нас, и Ванька, услышав меня тут же схватил другую палку и будто у него тоже меч, и мы с ним спина к спине бились с этой ордой с этой тёмной армией. А они всё наваливали и наваливали на нас, их было очень много. - Кто, подсолнухи? – смеясь, спросила Эль-Лина. - Да, они самые. Я потом ещё Ваньке кричу, «Ваня, помоги, меня окружают» и Ваня бежит на помощь, как храбрый воин и отбивает эту атаку, а враги-шляпки разлетались в разные стороны, рассыпая семечки по округе. - Вы их победили?!- спросила Эль-Лина. - Да, мы их победили! Хорошо, что они были коротышки, а то бы, досталось нам с Ваньком, - смеясь, сказал Женя. - У нас тут тоже война, много людей гибнет, - с печалью сказала Эль-Лина. - Я тебя защищу, - приобняв Эль-Лину одной рукой, проговорил Женя. - Спасибо, - слегка улыбнувшись, проговорила Эль-Лина. Это поле ровное и чистое без холмов и деревьев, тут росла только пшеница. Эта огромная пшеница была около двух метров в высоту. Шахта окончилась быстро может через пятьсот метров не больше, и теперь нужно пробираться сквозь эти заросли пшеницы. Женя и Эль-Лина спустились к полю и тут же скрылись в нем, и сразу стало непонятно, куда идти в этих зарослях. Она царапалась своей подсохшей шероховатой листвой, но самым неприятным было то, что эта культура имела какую-то пыльцу, которая попадая на кожу вызывала зуд и покраснение. - Главное не чесать, - сказала Эль-Лина. - Легко сказать… о Боже, как чешется, - сказал Женя. - Терпи, немного осталось, - подбодрила его Эль-Лина. - Терплю, - ответил Женя. - Как ты такое можешь терпеть? – вдруг воскликнула она же. - Не знаю, стараюсь не думать. - И как получается? - Нет. - У меня тоже. Они не видели куда пробираются. Среди этой огромной и густой пшеницы видны лишь ряды, и только это помогало им в направлении, но пшеница лишь слегка клонилась, и её приходилось оттеснять в сторону, чтоб пройти. Эль-Лина шла первой, Женя, немного отставая, брёл позади. Отдали все силы на бессонную ночь и преодоление долины, да и вообще предыдущие дни выдались очень нелегкими. Сейчас же только лишь раннее утро, а уже так устали, что хотелось упасть и лежать. Четыре часа, может больше, но точно не меньше, хватило на преодоления поля. - Ты слышишь?! – сказала, прислушиваясь, Эль-Лина. - Где? Что? – остановившись и не понимая, вертя головой, Женя пытался прислушаться и понять, что имела ввиду Эль-Лина. Когда остановился и перестал шелестеть кустами, то сразу же услышал: - Да, это там,- сказал Женя, слыша какую-то грызню. - А может там? - сказала Эль-Лина, показывая в другую сторону. - Может и там, - в замешательстве ответил Женя. Звуки распространялись по полю непонятным образом, и что там происходит, было непонятно и совсем неясно. - Да, это же Горзиты, это точно они, - сказала Эль-Лина. - Кто? Горзиты! - повторил Женя. - Да, лесные волки, позавчера я уже с ними встречалась, и это очень было неприятно, с трудом от них спаслась, - присев на корточки, шёпотом сказала Эль-Лина. - Блииин, - протянул Женя. - Давай, ты меня поднимешь, и я посмотрю, что там происходит, - предложила Эль-Лина. - Точно, надо посмотреть! – громко сказал Женя. - Не кричи, а то услышат, они хоть и глупые, но вполне опасные, - аккуратно пробираясь к Жене, тихо говорила Эль-Лина. - Извини, - на этот раз тихим голосом сказал Женя. - Ну что, поднимешь меня? - Да, да, а как, может на плечи сядешь? – замешкавшись, предложил Женя. - Да, давай, а ты сможешь поднять меня? - Да, конечно, - присев сказал Женя. - Ну, давай, - и тут же закинула ноги на Женины плечи. Женя был уставший и обессилевший, но всё же, медленно приподнимался, помогая себе руками, хватаясь за толстые стебли пшеницы. - Вижу, вижу, - проговорила Эль-Лина. - Что там, где они? - Они там под деревом, их много, Жень, мы уже пришли. Их можно обойти. Мы их обойдём, там холм, пойдём к нему, - докладывала Эль-Лина, сидя у Жени на плечах. - Хорошо, - сказал Женя, спуская Эль-Лину на землю. - Пойдём, Женя, - сказала Эль-Лина. Начав движение между пшеницей и пройдя совсем немного, как вдруг в стороне, где только что шумели Горзиты которые скопились под деревом, наступила тишина, теперь шумела пшеница и этот шум приближался к ним к Эль-Лине и Жене. - Бежим, бежим, - повторяла Эль-Лина, расталкивая стебли в сторону и стараясь бежать к холмам. Они. Эль-Лина и Женя, бежали к крутым холмам, ноги запутывались, мешало всё, но главное - не сбиться бы с правильного направления. Пшеница стояла ровно, стебли не были посажены вгустую, но её приходилось раздвигать руками. Казалось, что они бегут очень медленно, идти нелегко было, а бежать ещё сложнее, порезы, пыль была повсюду, а лесные волки чуяли их и явно уже догоняли. Толи бревно, толи какой-то камень, Женя споткнулся, да так сильно и больно, что улетел и ещё больше запутался в траве. Эль-Лина бежала дальше. Горзиты уже близко. Женя лежа на боку и изо всех сил пытался подняться, но никак не мог. И вдруг мгновенно вся боль ушла, он почувствовал покалывающую лёгкость во всём своём теле, и его тело без всяких усилий стало подниматься выше и выше над землёй и над самим полем. Он парил и видел как Эль-Лина, не оборачиваясь бежала дальше и как к ней сужаются полосы бегущих лесных волков. И тут она на мгновение обернулась и, не найдя Женю, закричала, позвав его. А Женя поднимался выше и выше, и был совершенно незаметен ей, он лишь только и мог, что тихим голосом вымолвить её имя, имя Эль-Лина.