Итальянские гастроли. (не) Долгое счастье?

41.

— А что он имел в виду, когда говорил насчет этого Моста Вздохов? — спросил Сергей.

— Это очень любопытная история. Давай я тебе расскажу по дороге к нему.

Мы, обнявшись, пошли по набережной.

— Этот мост связан с одним поверьем. Когда-то, в старину, он соединял между собой Дворец Дожей и тюрьму. А когда приговоренных к смерти преступников вели на казнь, проходя по этому мосту, доносились их вздохи, и таким образом, они прощались с жизнью. Но сейчас существует другая интерпретация: влюбленные садятся в гондолу, а когда проплывают под мостом, крепко целуются, и это означает, что они дают клятву любви и верности друг другу.

— А откуда отплывают гондолы? У нас еще есть время, мы могли бы покататься, — обрадованно сказал Сергей.

— Да здесь, за углом, вот есть указатель, можно попробовать, — ответила я, и мы направились к стоянке гондол.

Было немного людей, но гондольеров – гораздо больше. Мы удобно уселись, гондольер очень ловко управлял своим плавающим средством, а мы, обнявшись, поплыли по каналу и любовались великолепием зданий этого сказочного города.

Мы подплывали к Мосту Вздохов, мое сердце забилось с такой силой, что было готово выпрыгнуть из груди, когда Сергей стал меня целовать, мы слились в этом бесконечном поцелуе, даже не заметив, что уже давно проплыли под мостом, а поцелуй все не кончался. Гондольер смотрел на нас и говорил вслух:

— Che bella coppia! (Ке белла коппиа! – Какая красивая пара!)

Дело в том, что в итальянском языке слово «коппиа» означает не только пару, но и супружескую пару, чету, а мне это льстило, я поблагодарила его за эти слова, и мы продолжили наше плавание по каналам, и нам было так хорошо вдвоем, что хотелось крикнуть: Остановись мгновенье! Ты – прекрасно!

Это была удивительная прогулка, мы еще долго вспоминали эти несколько часов, проведенных в Венеции, окрыленные этим загадочным и мистическим духом. Мы возвратились в отель, а через пару часов должны были ехать на концерт в Тревизо.

Когда мы прибыли в Тревизо, а артисты стали готовится к репетиции, я решила поговорить с Джанкарло Кареной, который уже приехал и ждал репетиции. Ему нравилось наблюдать за красивыми и молодыми артистками. Как любой итальянец, он ценил неповторимую красоту русских девушек, восхищался их внешностью и фигурой, чувствовалось, что ему было приятно наблюдать за ними не только на концертах, а также во время репетиций.

Я тихонько подошла к нему, мне хотелось извиниться перед ним за поведение Сергея, который, по моему мнению, вел себя не очень корректно, что было для него несвойственно, а нам ведь нужно было еще долго общаться. Я должна была сыграть роль миротворца, чтобы уладить все недоразумения.

— Добрый вечер, синьор Карена! Я хочу перед вами извиниться, так как мне показалось, что во время нашей случайной встречи в Венеции, вы могли на нас обидеться. Возможно, это получилось не совсем красиво, но мы бы не хотели, чтобы у вас остался осадок от этого общения, – выпалила я без остановки.

— Какие глупости, Эмилия! Я и не думал на вас обижаться, мне очень симпатичен Серджо, я просто вам по-доброму позавидовал, я давно обратил внимание на то, что он влюблен в вас, а сегодня просто в этом убедился еще раз. Вы помните, что я сказал вам на первом концерте, что вы замечательная пара и очень подходите друг другу, — ответил Джанкарло.

Я не пыталась оправдываться, так как это было бесполезно, а поблагодарила его за понимание и подумала, что еще один человек знает о наших отношениях с Сергеем. Как ни крути, как ни верти, а, несмотря на нашу конспирацию, это становилось уже заметным, потому что скрыть такой фонтан чувств было просто нереально.