Итан Маршалл и магический мир. Часть 1.

Глава 5. Компас души

Я очнулся от странного ощущения — будто кто-то тянул за нити внутри моей ноги. Не больно, но жутко неприятно.

Голова гудела, во рту пересохло, а воздух вокруг был пропитан чем-то свежим, травянистым, с едва уловимым металлическим привкусом.

"Где я?.."

Я моргнул, и перед глазами проступили очертания шатра, в котором я раньше не был. Белая ткань просвечивалась сквозь мягкое магическое освещение.

По углам стояли стойки с кристаллами, которые излучали ровный, теплый свет. В воздухе мерцали тонкие потоки энергии, плавно струящиеся от настенных рун к моей ноге.

Ах, да. Миссия. Разлом. Сущности. Лоуренс. Все вспомнилось сразу, как удар в солнечное сплетение.

— Очнулся? — раздался знакомый голос.

Я повернул голову. Кира сидела рядом, скрестив руки на груди. Глаза напряженные, в уголках рта почти незаметная морщинка — признак усталости.

Но вид у нее был собранный, сосредоточенный. Она выглядела так, словно не отходила от меня с момента, как меня сюда притащили.

— Где мы?.. — мой голос прозвучал хрипло.

— В госпитале, — коротко ответила она, оценивающе глядя на меня. — Ты потерял сознание в ховере, мы даже добраться не успели. И ты был без сознания почти сутки, потерял много крови. Еще бы — дать корневой твари так вцепиться в себя…

Я скривился, когда наконец-то попытался пошевелиться. Боль отозвалась тупой волной, но явно слабее, чем должна была быть, исходя из масштаба ранения.

Кира заметила это, кивнула в сторону ноги.

— Магия все же полезная штука, правда? — ее губы тронула легчайшая тень усмешки.

Я опустил взгляд. Нога была забинтована, но под бинтами просвечивалось слабое голубоватое свечение.

— Лечебные руны, — объяснила Кира, заметив мой взгляд. — Они ускоряют регенерацию тканей, но процесс не мгновенный. Тебе еще пару дней придется ходить аккуратно.

Я снова попытался пошевелиться, но тут же зашипел сквозь зубы.

— Спокойно, — Кира положила руку мне на грудь, слегка, но твердо, просто не давая снова дернуться. — Если сорвешь плетение, все начнется заново. А мне не хочется возиться с тобой еще неделю.

Я усмехнулся.

— Значит, ты возилась со мной? Признайся, Кира, ты начинаешь привязываться.

Она лишь фыркнула и убрала руку.

— Кто-то же должен следить, чтобы ты не угробил себя раньше времени. К тому же, запомни: в нашем мире никто не привязывается.

Я молчал, наблюдая, как она вынимает из сумки небольшую колбу с чем-то густым и янтарным. Размешала ее содержимое, протянула мне.

— Пей.

— Что это? — я подозрительно покосился на вязкую жидкость.

— Отвар. Поможет восстановить силы.

Я хотел было пошутить, но наткнулся на ее взгляд и решил, что сопротивляться — не лучшая идея. Проглотил пару глотков, поморщился.

На вкус этот отвар был как трава, пропущенная через старую ткань, но, надо признать, почти сразу стало легче.

— Вот видишь? — Кира кивнула, удовлетворенная эффектом от своей заботы. — А теперь отдыхай. Лишние движения только замедляют процесс.

Она не уточняла, что остается здесь, но я понял это сам. Кира не привыкла показывать заботу, но было очевидно, что она не уйдет, пока не убедится, что со мной все нормально.

Я откинулся назад, прикрыл глаза. Все тело наливалось усталостью, но в голове царил хаос.

Кира наблюдала за мной внимательно, будто пыталась что-то разглядеть за словами, за выражением лица, за мельчайшими движениями.

В ее взгляде читался анализ — привычная оценка ситуации, но я мог поклясться, что где-то в глубине ее глаз мелькало что-то еще.

— Ты часто думаешь о том, что было "до"? — неожиданно спросила она.

Я моргнул, не сразу поняв, о чем она.

— О своем мире? О прошлой жизни? — уточнила она, облокачиваясь на спинку стула.

Я ухмыльнулся, обводя взглядом окружающий нас шатер, стены которого мягко колыхались от движения воздуха.

Где-то за пределами лагеря пронесся далекий гул — возможно, отголосок разломов или просто ветер, срывающийся с вершин.

— Иногда, — честно ответил я. — Но сейчас реже. Поначалу я жил только мыслью о том, как вернуться назад. Думал, что это какая-то ошибка, что вот-вот найду способ, и все вернется на круги своя. Но произошло уже столько всего, что у меня просто не остается времени на размышления.

Кира чуть склонила голову набок.

— И ты больше не хочешь обратно?

Я прикрыл глаза, прокручивая в голове картины из той жизни: лаборатория, чашка холодного кофе на столе, мои коллеги, бесконечные расчеты, вечные поиски истины среди формул и графиков.

Когда-то это было всей моей реальностью.

— Хочу, — признался я. — Но какое это имеет значение, если я сейчас именно здесь?

Кира кивнула, словно ей это было понятно.