Итан Маршалл и магический мир. Часть 2. Проклятие Кроуфорда

Глава 6. Лабиринт Времени

Люциус исчез без следа. Ни теневого силуэта, ни угасшего шепота, ни даже привычного для магов легкого искривления воздуха — просто пропал, словно его здесь никогда и не было.

Оставил только узкий, тонкий, почти невидимый след света, который тянулся сквозь мрак, уходя в глубь переулка.

Если не знать, куда смотреть, можно было и не заметить — он не освещал дорогу, не разгонял тени, а просто… был.

Мы стояли на границе реального и того, что пряталось в нем, стараясь не сдвинуться с места.

— Вперед, значит, — хмыкнул Макс, откидывая капюшон и всматриваясь в узкий проход. — Что-то мне это не нравится.

Я посмотрел вверх — крыши домов сливались воедино, исчезая в густом, словно нарисованном тумане.

Тени у стен казались гуще обычного, плотнее, будто их можно было потрогать.

Липкая вязкость пространства напоминала момент перед грозой — когда воздух еще неподвижен, но уже трещит от напряжения.

— Нам сюда, — тихо сказал я, не столько уверенно, сколько неизбежно.

Мир за пределами переулка начал растворяться, словно город уже не существовал. Возвращаться назад было бессмысленно.

Темнота не наступила мгновенно — сначала тени вытянулись, поглощая стены, затем растворился воздух, унося с собой звуки.

Вспыхнуло что-то серебристое, будто рассыпались осколки часов, и время оборвалось.

Первое, что я понял — вокруг ничего не имело четкой формы. Стены, если это можно было так назвать, колебались, словно сотканы из сгустков густого дыма.

Пол то был твердым, то проваливался, оставляя ощущение падения, которое длилось меньше мгновения, но оставалось в теле липким страхом.

Воздух пах чем-то незнакомым — смесь старой бумаги, гари и свежести, которая бывает после ливня. Макс прошелся вперед, огляделся и выругался.

— Ну и… что теперь?

Кира медленно обвела взглядом коридор. Он уходил вперед, скручиваясь, словно дорожка внутри часового механизма.

— Похоже на… — она замялась. — Лабиринт.

Я кивнул, чувствуя, как под кожей покалывает.

— Нам придется пройти его.

Макс шумно выдохнул.

— Конечно. Потому что простых дверей в этот архив, конечно, быть не могло.

И мы пошли вперед. Шли мы долго или коротко — определить было невозможно. Пространство менялось, но не линейно.

Дверные проемы появлялись, затем исчезали, коридоры сворачивались в кольца, выводя нас обратно к исходной точке.

Мы свернули один, два, три раза… и вдруг поняли, что вернулись на то же самое место.

— Это невозможно, — Макс нахмурился, останавливаясь.

Я повернулся, глядя на собственные следы. Точнее, на то, что ими не являлось. Они запаздывали, оставляя призрачный шлейф наших шагов — прозрачные, словно выцветшие.

— Мы застряли в петле.

Кира медленно опустилась на одно колено, коснулась пола, словно проверяя его на прочность.

— Временной лабиринт, — задумчиво сказала она. — И скорее всего выход найти невозможно, пока он нас не отпустит.

Макс фыркнул, уперев руки в бока.

— Отлично. Значит, сидим и ждем, пока этот проклятый коридор не решит нас выплюнуть?

Я молча наблюдал за своими следами, которые появлялись с заминкой, будто мир не успевал за нами. Если петля времени здесь работает по законам повторения, значит, нам нужно нарушить ритм.

— Надо сделать то, чего не ожидает сам лабиринт, — сказал я, делая шаг вбок.

Кира медленно подняла голову.

— Например?

Я глубоко вдохнул.

— Пойти не вперед, не назад… а вбок.

Макс моргнул.

— Ты в порядке, Маршалл? Сбоку стена.

Я не ответил, просто шагнул в сторону — и мир дрогнул. Пространство на секунду стало жидким, разошлось волнами, а затем обрушилось.

Стены исчезли, и мы провалились вниз.

Мы приземлились не на твердую землю, а на что-то мягкое, но упругое — словно нас подхватил воздух, но он держал нас всего мгновение, а потом рассыпался.

Я успел сгруппироваться, удар пришелся на плечо, но боль прошла сразу.

Перед нами раскинулась пропасть. Точнее, нечто похожее на пропасть. Внизу не было тьмы или глубины — там было… прошлое.

Город Кроуфорд, каким он был когда-то. Люди спешат по улицам, кареты, паровые машины, детский смех.

Ветер развевает газеты, желтые огоньки в окнах, и даже воздух кажется насыщенным уютом.

Но это не реальность.

Все повторяется. Одни и те же прохожие идут кругами. Женщина у прилавка протягивает деньги, забирает пакет, поворачивается — и снова тянется за покупкой, снова и снова.

— Это воспоминания, — тихо сказала Кира.

— Наверное… — на самом деле я понятия не имел.