Из бандита в принца

27. Неси меня. Версия 2.0. Часть 1.

Натягиваю бирюзовый носок сначала на одну ногу, а как дело доходит до второго, дверь резко распахивается. Максимально быстро сдёргиваю надетый носок и принимаю лежачее положение.

- Что случилось? – вскакивает в палату взъерошенный Даня.

- Надень мне носочки, - протягиваю ему только что снятый носок и тот, который одеть только собиралась.

Вообще я позвала его просто так. Было скучно. А фишку, я можно сказать просекла. Чем лучше буду строить из себя девушку при смерти, тем больше так называемой «заботы» буду получать. Вот не понимаю почему. Просто резко захотелось внимания к своей персоне. Ну, дефицит у меня образовался. Что поделаешь? Надо восполнять иссякающие запасы.

Я, конечно, могу сама. Но так не интересно.

- Ты хочешь сказать, что вот это твоё «очень срочно», из-за которого я за двадцать минут проехал полгорода? Таксисту заранее за все штрафы, которые он в скором времени получит, пришлось оплатить.

- Да, - невозмутимо отозвалась я и повторила. – Одевай носочки.

- Я всё могу понять, но это, - вздыхает он.

- Болит, - опустила я грустные глаза и погладила коленку возле самого гипса.

- Зачем тебе нужны носки? – тут же сменил интонацию он.

- Мы с медсестрой немножко повздорили, и она отказалась дать мне ещё пол денёчка посидеть и подождать, пока меня родители заберут. А твоё партийное задание охмурить медсестру. Ну, и одеть мне носочки.

- И что мне сделать? – спросил он, усаживаясь на край кровати.

- Падай на колени, умоляй, предлагая деньги – без разницы, - пожала плечами.

- Я устал, - сказал он так, будто это причина могла послужить отмазкой к совершенно всему.

- Полежи, отдохни тогда, - серьёзным тоном произнесла я. Он поднял на меня недоумевающие глаза. – Носочки.

- Так и знал. В тебе никакой жалости, - улыбнулся он.

- Жалость – это плохое качество. Люди могут начать тобой пользоваться, если быть слишком жалостливым.

- Тебе это не грозит.

- Это да, - ухмыльнулась я.

Не прошло и полу года как на меня, наконец, надели носки.

- У меня есть вариант получше, - вдруг произносит он.

- Эм… - протягиваю я, не понимая, что ему в больную головушку пришло.

Так, почему буйная фантазия у меня. А проблемные извилины у него? Странно. Но это мелочи.

- Когда нас придут выгонять, мы просто невыгонимся.

- Да ты – гений. Оскара ему, - воскликнула я, глядя в упор на стену. – Такое то слово хоть есть?

- С шизофреничками не разговариваю.

- Вот что-то с тобой не так. Какая собака тебя укусила? – задумчиво почесала подбородок.

- Я по твоей милости не спал почти двое суток.

- Не благодари, - отвесила мини-поклон. – А при чём тут я?

- Напомнить до скольки я у тебя вчера сидел?

- Напомни, - улыбнулась. – Знаешь склероз в последнее время замучил. Доброта быстро забывается, а твои прописанные в нашем соглашении обязательства ещё быстрее.

А соглашения, по правде говоря, нет. Есть только мои угрозы несуществующий компромат, и его неизвестно куда подевавшийся страх. И вправду. А почему он совсем не боится? В обезьяннике молча терпел все мои колкости и возмущения, а сейчас даже обзываться начал. Совсем обнаглел. Нужно брать его обратно в ежовые рукавицы.

- Ты мне рассказывала о том, как правильно бить и куда в первую очередь. К слову, всё у тебя заканчивалось одним. «Бей куда придётся, главное со всей дури», - вот так ты говорила.

Признаю. Есть такой грешок. Но у меня была бессонница, а ещё он первый начал расспрашивать про то, как я упала. А потом зашёл разговор, как я разбила Стёпе подбородок. Дальше всё пошло, поехало и к часу ночи, мы пришли к теме «мама меня учила драться». Пролез он ко мне, кстати говоря, проверенным и надёжным методом – через окно. И капитулировал точно также.

- А почему это я виновата? От меня ты ушёл в полвторого? Кто тебе мешал спать? – возмутилась.

- Из-за тебя мне пришлось эти грёбанные конспекты делать не вечером, а в три утра.

– Конспекты делают на паре! Всем это известно. Что у тебя за манеры? Вот что бы ни случись, всегда крайняя оказываюсь я. Причём факт моей виновности или даже причастности не учитывается. Не находишь?

- Воспринимай меня как совесть.

- Ты слишком грешный для такого звания, - как только Даня хотел что-то сказать, закрыла ему рот рукой. – Молчи. Меня никто в радиусе данной вселенной не переспорит.

- Самый тупой разговор в моей жизни, - когда смог оторвать мою руку сказал он, закрывая рот уже мне.

Вот совсем другой человек стал. И что же поменяться успело за полдня?

- Ты шёл строить глазки медсестре, - начала спихивать его со своей кровати, как только поняла, что Даня уже фактически лёг рядом. – Выполняй свои обязанности, а то сдам в морг на эксперименты.