Из деревни с любовью, или История одной попаданки

Глава 21. Под сводами ратуши

Мы вошли в зал.

Просторное помещение встретило нас светом десятков свечей и ламп, отражённых в высоких оконных стёклах. Потолок с деревянными балками был украшен еловыми ветками и яркими лентами. Пол был натёрт до блеска, и каблуки танцующих отстукивали ритм, сливаясь с музыкой небольшого оркестра у стены.

Я растерялась. Всё здесь казалось и простым, и величественным одновременно. Ратуша не блистала золочёной роскошью, но в стенах ощущалась сила города и единство тех, кто в нём живёт.

И именно в этот миг глашатай громко объявил:

— Его Сиятельство граф Эдриан Лоуран Рейсс со спутницей госпожой Алисой Хмуровой.

Все вокруг молча смотрели на нас, только музыканты продолжали играть, хотя я могла бы поклясться, что и они сбились с такта. Я тоже остановилась, не понимая, как так вышло, что я оказалась всеобщим центром внимания. От неожиданности мои щёки запылали, а пальцы нервно вцепились в рукав камзола Эдриана.

— Откуда они знают? — еле слышно спросила я.

— Я предупредил, кто будет моей спутницей, — Эдриан это произнёс как само собой разумеющееся.

Он успокаивающе коснулся моей ладони, что лежала на его уверено подставленном локте, и продолжил:

— Потерпи ещё немного, — шепнул он мне на ухо, чуть подталкивая вперёд. — Пройдём, чтобы все успели тебя рассмотреть, и я угощу тебя самым вкусным вином столицы.

— Я обещала Матею не пить, — ответила я, стараясь выглядеть, как можно непринуждённей, но внутри вся сжималась от взглядов, которые даже физически ощущала не себе.

— Матею? — переспросил Эдриан, с лёгким напряжением в голосе. — Это кто?

Он шёл сквозь расступающуюся толпу, не отводя от меня взгляда.

— Сосед, — улыбнулась я, кому-то в толпе, совершенно не понимая, куда смотреть мне. — Ты с ним сегодня встречался дважды. Большой такой, здоровый.

— Понятно, — протянул Эдриан, увлекая меня к расставленным в конце зала столам. — А второму, деловому партнёру ты тоже что-то обещала?

— Да! — Я остановилась, позабыв, что на нас смотрят. — Нужно найти высокого, седого и лысого, усатого, — по памяти, как стихотворение пробормотала я, оглядываясь по сторонам.

Эдриан тихо, с неожиданной нежностью рассмеялся отчего я перестала оглядываться по сторонам и посмотрела на него. Сейчас в свете множества свечей и так весело смеющийся, он выглядел таким юным, что на мгновение я засмотрелась и задумалась, а сколько же ему лет?

— Высокого, седого, лысого и усатого? — переспросил Эдриан, успокоившись. — Кажется, твои деловые планы куда серьёзнее, чем я ожидал.

Я смутилась, но тут же выпрямилась, стараясь придать себе уверенности:

— Конечно, серьёзнее. Раз уж я согласилась сюда прийти, то должна использовать шанс.

— Что же, — он чуть наклонился, его взгляд скользнул по моему лицу, и я почувствовала, как сердце замирает в груди, — тогда я помогу тебе их найти. Но с одним условием.

— С каким ещё? — насторожилась я.

— Сначала — один танец.

Я даже растерялась, не сразу нашла слова.

— Танец? Но я… — я осеклась, потому что объяснение «я не умею» звучало бы правдоподобно, но не было бы правдой. Танцевать я умела, но совершенно не представляла, как это делают здесь.

— Именно поэтому, — сказал Эдриан, легко подхватывая мою руку, — я обещаю вести так, что ни одна нога у тебя не оступится, — он сам решил, какой была причина моей неуверенности, а я не стала переубеждать.

Он улыбался так спокойно, что сопротивляться было бы почти глупо. Но всё равно в груди тревога и радость сцепились друг с другом, и я лишь кивнула, понимая, что отказаться уже не смогу.

Музыка зазвучала мягче, и Эдриан уверенно увёл меня к середине зала. Я успела подумать, что всё ещё могу отказаться, но его ладонь уже обхватила мою.

— Смотри только на меня, — тихо сказал он, когда мы остановились среди других пар. — Остальное неважно.

Я кивнула, но, сто́ит признаться, услышала слова чужие раньше, чем успела забыть его:

— Кто она такая? — донёсся чей-то женский шёпот справа.

— Говорят, что простая мастерица, — ответил другой голос, явно сдерживающий насмешку. — Идёт под руку с графом, будто родилась в бархатах.

Сердце у меня сжалось. Я почувствовала, что щёки предательски горят. Ноги стали ватными, и я едва не сбилась с такта.

Но Эдриан, чувствуя каждое моё движение, чуть сильнее притянул ближе, ведя шаг так уверенно, что я даже не заметила, как снова вошла в ритм.

— Слышишь? — прошептала я, боясь поднять глаза.

— Слышу, — его голос был низким и спокойным. — И потому мы станцуем так, что никто больше не осмелится усомниться в том, ты достойна ли ты быть здесь.

Он поднял руку, заставив меня закружиться, и смех вокруг словно стих. Я уловила чьи-то взгляды, но в них уже было не любопытство, а внимание, смешанное с лёгкой завистью.

Когда я снова оказалась в его руках, Эдриан наклонился совсем близко, так что только я могла услышать:

— Сегодня ты моя единственная спутница. Пусть они смотрят. Пусть знают.

Я сглотнула, пытаясь отдышаться, и впервые позволила себе не прятать улыбку.