Из глубины бездны "1 пробуждение"

Глава 4 "Между реальностью"

Здесь не было пола. И не было пустоты.

Мэри сначала не поняла, стоит она или падает. Ощущение опоры существовало, но его нельзя было найти. Синий свет окружал со всех сторон - мягкий, холодный, будто глубина океана я в которой не нужно дышать.

— Лёша?- её голос звучал странно, будто не проходил через воздух.

—. Я здесь.

Он стоял рядом. Так же близко, как раньше. Только тени больше не тянулись к нему.

Мэри огляделась. В бездне не было форм у нее был очень сильный страх присутствия. Не взгляд - внимание. Как будто пространство само знало где оно.

— У тебя...- она замялась - болит?

Лёша медленно опустил глаза на свои руки. Он вытащил из из рукавов. Кожа была обычной. Спокойной.

— Нет - сказал он. И после паузы добавил - совсем.

Это должно было радовать. Но Мэри почувствовала как внутри что-то сжалось.

— Это плохо?- спросила она.

Лёша не ответил сразу.

— Я привык, что боль есть - наконец сказал он.— А здесь... слишком тихо.

Тишина в бездне была не пустой. Она не давила не пугала. Она принимала.. как будто здесь не нужно было не чего скрывать.

Мэри закрыла глаза— и увидела не темноту, а обрывки мыслей. Не своих. Его.

Рукава.

Извинения.

Фраза «Я сам справлюсь » повторялась слишком много раз.

— Лёш...- она взяла его за руку крепче.— Ты не обязан быть здесь.

Он посмотрел на неё. Впервые за долгое время - прямо и нежно.

— А если я не знаю где мне быть?

Бездна не ответила. Она просто была.

Наверху город начал замечать отсутствие.

Лиза звонила снова и снова, сжимая телефон до боли в пальцах. Она говорила, что всё под контролем, но голос выдал её.

— Она просто не отвечаешь — повторяла она. - Такое бывает.

Глеб стоял у того самого прохода и смотрел за решётку. Она была закрыта обычная. Слишком обычная.

— Это невозможно - сказал он тихо. - Они не могли просто исчезнуть.

Яна стояла чуть поодаль. Она смотрела не на решётку, а на стену рядом. Там где трещина стала шире.

— Они не исчезли,- сказала она — они между.

— Между чем?— резко спросил Тимофей.

Яна посмотрела на него.

— Между тем кем они были.... и тем кем могут стать.

Тимофей отвернулся. Его злило всё: стены, город, собственное молчание. Особенно — воспоминание о словах, которые он сказал Лёши.

Он пришёл сюда позже. Один. Ночью.

Стоял долго. Ничего не говорил. И впервые не знал, на кого злиться больше — на Бездну или на себя.

Где-то рядом прошептали тени.

Город сделал вид, что не слышит.

Мэри открыла глаза.

— Мы сможем выйти?— спросила она.

Ответа не было.

Но Лёша всё ещё держал её за руку. И это почему-то казалось самым важным...

Иногда самое страшное — не упасть в бездну, а понять что она принимает тебя таким какой ты есть.