Из грязи в объятия Князя

Глава 22.

Милана

Этой ночью я спокойно сидела в своей комнате, выполняя рисунок на заказ. Изредка, я получала заказы от людей в интернете на то, чтобы я превратила их фотографии в портрет. Много денег это не приносило, но в моём возрасте даже двести рублей, не плохие карманные, а  рисование приносит мне удовольствие. К тому же позволяло не зацикливаться на своих переживаниях. И я никак не могла подумать, что Мирон позовёт меня с собой прогуляться. Мне очень интересно, что он задумал и куда мы приехали. Этот вопрос я задаю и Князеву.

‒ Гулять. Или у тебя есть ещё какие предложения?‒ в его голосе  сочетается власть и нежность, сводящая с ума.

 А его касание сводит к нулю все мои старания контролировать чувства к Мирону. В этот момент я ощущаю восторг всего лишь от того, что он берёт мою ладонь в свою.

‒ Нет, просто интересуюсь. Вдруг ты хочешь избавиться от меня, ведь мы около воды...

‒ Если бы я хотел от тебя избавиться поверь, я бы сделал это более беспалевно, а не в центре города. ‒ губы парня трогает  фирменная улыбка больше похожая на ухмылку.

‒ Так и быть,поверю тебе на слово.

Мирон ведёт меня за собой к набережной реки с которой, открывался потрясающий вид на элитные многоквартирные дома  ярко горящие разноцветными лампочками. В дали аквапарк, о чём оповещали светодиодные лампы,  нарядное от освещения колесо обозрения. Яркие огни от зданий отражались на поверхности реки. От красоты захватывало дух, я никогда не была здесь в ночное время и сейчас я в диком восторге, что забыла обо всём, так и стояла вцепившись в ограждение.

‒ Согласен, здесь очень красиво, но я впервые вижу такой восторг вызванный видом воды и домов . ‒  к удивлению Князев смотрит прямо на меня, оперевшись руками о деревянное ограждение не позволяющее приблизиться к воде.

‒ Вид не просто красивый, а волшебный... Спасибо, что взял с собой. ‒ я не могла не улыбнуться ему, почему-то его взгляд показался мне печальным, но надеюсь, что только показался.

‒ Набережная большая, пройдёмся? Или ты предпочитаешь пялиться на этот вид, пока в глазах не зарябит?

Кивнув делаю шаг вперёд и мы просто гуляем, наслаждаясь видом и спокойствием. Идти всё время молча, очень не удобно, хочется поговорить с ним. Снова переступаю через своё стеснение и решаюсь попытаться завести разговор.

‒ Как ты относишься к отношениям своего отца с моей мамой? ‒ сжимаю кулачки и задерживаю дыхание, так как действительно волнуюсь о его реакции.

‒ Спокойно, а как ещё я должен к этому  относиться? ‒ Мирон переводит на меня заинтересованный взгляд.‒ Признаюсь, первое время я считал вас охотницами за чужим имуществом.

‒ А сейчас? ‒  от его ответа стало тревожно в груди.

‒ Сейчас, я гуляю с тобой наедине и хорошо с тобой обращаюсь. Разве нет? ‒ дождавшись моего кивка Мирон улыбается. Хотя, у меня ощущение будто он говорил обо мне словно, о собаке.‒ Да и вообще, ты знаешь историю наших родителей?

‒ Знаю, что мама очень любила Станислава Егоровича в студенческие годы и как оказалось, сохранила  чувства до настоящего времени....

Горькое воспоминание об отце болезненно колит в области сердца и волнение вызывает неприятные мурашки, заставляющие чуть сжаться или же они от усилившегося ветра.

‒ Я рад это слышать. Потому что, он мне тоже рассказал про молодость и  я вижу как он смотрит на Василису, поэтому пока отец счастлив я спокоен. Они взрослые люди и я не собираюсь лезть в их отношения.

Вот теперь я могу хоть немного расслабиться,когда хотя бы один вопрос беспокоящий меня решён. Смотря на его ладонь, мне снова хочется, чтобы он взял меня за руку, но к сожалению этого не происходит. В моей голове звучат слова Ульяны, которая всячески старалась свести меня с Мироном о том, что я должна и сама проявлять инициативу для сближения с тем, кто мне нравится. Сказать можно всё что угодно, а вот выполнить гораздо тяжелее. Но ведь эта ночь может оказаться последним шансом, да и если я сейчас не попробую, то так и буду мучатся вопросом : « а что если ...?». Нет, соберись Милана, хватит быть такой тряпкой. Глубокий вдох и... Я решаюсь и беру рядом идущего Князева под левую руку. Да, смелости не хватило, чтобы в наглую схватить его ладонь, но для меня даже это маленькая победа над собой.

Мирон ничего не говорит и даже не смотрит на меня, что заставляет моё сердце замереть со страху, но потом я испытываю дикое облегчение. Правой ладонью Мирон придерживает мою, пока освобождает свой локоть от моей ладони, а затем вкладывает её в свою крепкую и немного холодную, переплетая наши пальцы в замок. Боже, это просто невероятные эмоции, когда тебя принимают... Я так боялась, быть не правильно понятой или то, что он сочтёт меня слишком наглой девчонкой, которая влезла в его зону комфорта, но этого не произошло. Наоборот, он сделал шаг навстречу и я почувствовала себя такой счастливой, переполненной чувством гордости, за себя.

‒ Не так давно, ты спрашивал , что для меня значит любовь...

‒ Да,помню. ‒  поднимаю взгляд на Мирона и встречаюсь с внимательным взглядом карих глаз.

‒  Но ты не говорил, что значит для тебя это чувство...

‒  Зачем тебе это знать?

 Его голос неожиданно для меня был холодным, от чего на мгновение я снова занервничала, но тут же взяла себя в руки.