Из пепла неприязни

Глава 22. Ты молчишь, а я тону

За тобой пойду ко дну
Ты молчишь, а я тону
Но понимаю, что живу пока ты рядом

Потом был сериал. Какой-то лёгкий, с предсказуемым сюжетом и милыми актёрами. Девочки почти не смотрели, а больше комментировали, смеялись, перебивая друг друга, как раньше — до всех этих сложностей, до Марка, до долгов и слёз.

Но в какой-то момент в тишине за окнами раздался низкий, тяжёлый гул мотора.

Он не был громким, но в этой тишине — узнаваемым до мурашек.

— Слышала? — Юля повернулась к Ане.

— Слишком хорошо.

Они одновременно замолчали, сериал продолжал что-то показывать на экране, но уже стал пустым фоном. Девочки медленно встали и направились к окну. Без слов, как сговорённые. Подошли осторожно, словно боялись спугнуть наваждение.

Во дворе стоял чёрный автомобиль. Свет фар выхватывал очертания персикового дерева.

Он не просто приехал. Он стоял прямо под окнами Ани.

Из машины вышел Марк.

Он поднял голову и посмотрел вверх, прямо туда, где две девочки замерли за занавеской.

— Он… — начала Юля.

— Да, — прошептала Аня, сердце забилось в два раза громче.

Марк стоял, не двигаясь. Руки в карманах. Тень от капюшона скрывала лицо, но даже на таком расстоянии было видно — он сомневается, он боится, но всё же пришёл.

Юля шагнула назад.

— Я пойду на кухню. Кажется, тебе надо с ним поговорить.

Аня не ответила. Она смотрела на него — молча, долго, словно пыталась решить, верить ли этому появлению. Или он исчезнет, стоит ей моргнуть.

Аня продолжала стоять у окна, не отрывая взгляда от Марка. Он будто ждал чего-то — может, знака, может, смелости. Воздух снаружи был густым и напряжённым, как перед грозой. Она глотнула воздух, достала из кармана телефон и разблокировала экран.
Палец дрогнул, когда она пролистала до его имени: Марк.

Один гудок.
Второй.
Он не шелохнулся, не полез за телефоном.
Третий.
И только тогда он медленно вытащил его из кармана куртки, глянул на экран. Ответил.

— Привет, — его голос был немного хриплым и уставшим.

Аня сжала телефон крепче.

— Привет. Что ты здесь делаешь?

— Эти недели... Никто не бросается под колёса, никто не смотрит на меня так, как ты. Он усмехнулся. — Спокойно и тоскливо.

— Спокойствие не всегда плохо.

— Для кого как. Я просто... хотел тебя увидеть.

Аня сжала губы.

— А я не хочу тебя видеть, Марк.

Молчание. Глухое, тяжёлое.

— Почему?

— Потому что я тебе не верю. Я вообще никому сейчас не верю, кроме Юли и бабушки. И ещё потому, что ты... Ты ведёшь себя, как Руслан. То толкаешь, то тянешь.
Ты не знаешь, чего хочешь. А я устала быть на поводке у чьих-то сомнений.

На другом конце провода послышался глухой вдох.

— Ты правда сейчас сравнила меня с этим ублюдком?

Аня напряглась. Он говорил тихо, но в голосе было то, что заставляло мурашки бегать по коже.

— Я сказала, что ты ведёшь себя похоже, Марк. Не всегда, но — похоже. Я не знаю, что у тебя в голове.
Ты молчал, ты исчез, ты делаешь шаг — и тут же отступаешь. Как мне доверять?

Он не сразу ответил. Потом сдержанно, холодно:

— Понятно.

Она услышала, как он убирает телефон. Через секунду мотор заурчал.

— Марк? — Аня перехватила трубку. — Марк, не надо так...

Но он уже уезжал. Гелики слышно издалека — особенно в ночной тишине.

Она стояла, прижав телефон к уху, даже когда гудки оборвались и на экране появилось: Вызов завершён".
Юля подошла сзади, тихо, ничего не спрашивая. Просто положила руку ей на плечо.
Аня не плакала. Но внутри — будто опрокинули чашу с чем-то острым и горячим.

Утро наступило серым и бесцветным. Пахло чаем и остывшими блинами — бабушка хлопотала на кухне, а Юля всё ещё дремала, укрывшись с головой пледом на диване. Аня сидела у окна, где ещё вечером стоял Марк, и машинально мешала чай в кружке. Он уехал, оставив после себя странное чувство пустоты и злости вперемешку с виной.

Экран телефона мигнул. Сообщение.

Марк:
Не смей больше сравнивать меня с Русланом.
Я — не он. Я приехал не для того, чтобы играть в холодную войну, а потому что мне действительно важно было тебя увидеть. Я думал о том, сколько на тебя навалилось все эти недели.

Аня долго смотрела на экран, не отвечая. Пальцы слегка дрожали.

Новое сообщение пришло через пару минут.

Марк:
Я уехал, потому что ты задела меня так, как никто не мог до этого. Ты можешь злиться, можешь не верить, но не ставь меня рядом с ним. Я не торгую людьми и не делаю ставок.

Аня прижала телефон к груди и зажмурилась.
Никаких смайликов, никаких «извини» — только правда. Горькая, слишком резкая, но искренняя.

Она не знала, что написать в ответ. И в этот раз — решила не спешить.

День начался как обычно, но с каким-то ощущением, будто всё вокруг чуть-чуть изменилось. Аня и Юля встречались на кухне, в этот раз на завтрак было что-то особенное — бабушка по выходным всегда готовила оладьи, а для Ани и Юли это было не просто едой, а маленьким ритуалом, который давал ощущение стабильности.

Юля встала, потянулась и села за стол, бросив взгляд на экран телефона, но не замечая ничего нового. Аня молча ела, не спеша, в голове до сих пор крутились слова Марка. "Не смей меня сравнивать с Русланом..." — они не отпускали её.

— Ты что-то переживаешь? — спросила Юля, поднимая взгляд на подругу. — Ты не в себе сегодня.

Аня слабо улыбнулась, пытаясь скрыть свои мысли.

— Марк написал мне утром. Я… не знаю, что и думать. Он обиделся, что я сравнила его с Русланом. Говорит, что не такой. Он вообще сказал, что приехал не для того, чтобы играть в холодную войну, а потому что ему важно было меня увидеть. Но не смог продолжить разговор, уехал.

Юля несколько секунд молчала, словно взвешивая слова.

— Ну... он действительно переживал. И, возможно, ты и правда перегнула с Русланом. Ведь не все одинаковые, да? — её взгляд стал немного мягче.