Из пепла неприязни

Глава 24. Москва

Утро, как это часто бывает в начале апреля, было обманчиво ласковым. Солнце светило щедро, но в тенях всё ещё чувствовался остаток ночной прохлады. Аня и Юля шагали по тротуару в сторону кафе, укутанные в лёгкие пальто, с кофе в руках, но с разным настроением на лицах.

Аня молчала, погрузившись в свои мысли, а вот Юля кипела.

— Вот честно, Ань, если бы у меня был кирпич в сумке, я бы вчера этим кирпичом по его самодовольной башке... — Юля махнула рукой в воздухе, заканчивая жестом столь эмоционально, будто кирпич там и правда был. — Он что, совсем больной?

Аня тихо хмыкнула, даже не посмотрела на подругу.

— Видимо, да. Но я правда не ожидала, что он вообще появится.

— А что он тебе сказал?

— Что, мол, «да, был спор», но якобы только сейчас понял, как я на него смотрю, как я к нему отношусь. Что, мол, никому никогда не был настолько небезразличен...

— Фу, — Юля передёрнулась. — Мразь. И что ты?

— Что я? Я была в шоке… и Марк увидел все это. Ужас какой-то…

— А он, кажется, именно на это и рассчитывал, — мрачно проговорила Юля.

Они замолчали. Шли ещё минуту в тишине, пока впереди не показалась вывеска их кафе.

Рабочий день начался буднично — кофе, заказы, однотипные пожелания «без молока» и «только корицу сверху». Аня старалась уйти с головой в процесс: она и так вымоталась эмоционально за последние дни, и сейчас единственным спасением было — не думать.

Но ближе к обеду дверь открылась, и знакомая фигура в кожаной куртке показалась у входа. Руслан.

Аня, стоявшая за стойкой, сразу заметила, как напряглись плечи у Юли, которая подносила тарелку с салатом к столику. Она встретилась с его взглядом на секунду и тут же отвела глаза.

Руслан прошёл к ней, стараясь выглядеть уверенным, но в его походке было что-то слишком осторожное — будто он уже чувствовал, что это была плохая идея.

— Аня, пожалуйста, выслушай. Я знаю, что поступил как идиот. Но ты... ты правда для меня не просто была очередной девчонкой. Я сам не понял, как ты стала важной. Никто так не смотрел на меня, понимаешь? С такой... чистотой.

Она молчала, продолжая вытирать стойку, будто его не существовало.

— Да, я был дурак. Но я прошу... — он шагнул ближе. — Просто выслушай.

Аня поставила тряпку на край стойки и спокойно, не глядя на него, прошла мимо к дальнему столику, где подняла руку девушка — новый заказ.

— Добрый день. Готовы сделать выбор? — спокойно, профессионально, с лёгкой улыбкой на лице, Аня снова была в роли официантки.

Руслан остался стоять у стойки. Юля, проходя мимо, зыркнула на него исподлобья так, что тот невольно отступил на шаг назад.

Он ушёл через пару минут. Без крика, без сцены. И это было самое правильное, что он сделал за всё время.

Аня же, записав заказ, посмотрела в окно. Весеннее солнце продолжало светить. И ей вдруг стало легче. Как будто всё встало на свои места.

К вечеру смена подходила к концу — в кафе осталось всего несколько гостей, приглушённый свет отражался в потёках на окнах, а за стеклом шумел весенний проливной дождь. Он стучал по крыше, стекая по стёклам ручейками, и казалось, будто весь город ушёл в серо-синюю тишину.

Аня и Юля вытирали столы, перекидываясь парой уставших фраз, когда зазвучал тихий гул мотора. Обе одновременно повернулись к окну и заметили, как к кафе подкатывает чёрный гелик, а чуть позади — ещё одна машина, чёрная BMW, которую они раньше не видели.

— Марк? — выдохнула Аня, замирая с тряпкой в руке.

— А это кто? — Юля прищурилась. — Вторая тачка... Погоди, неужели Артур?

И действительно — спустя несколько секунд из машин вынырнули две знакомые фигуры.

Марк — в тёмной худи, капюшон надвинут на лоб, лицо почти не видно, только уверенная, ровная походка, как будто ливень был для него просто фоном, не более.

Артур — напротив — пытался прикрыться от дождя ладонями, морщился, фыркал, что-то явно бурча себе под нос, изредка подскальзываясь на мокром асфальте. Куртка моментально намокла, волосы прилипли ко лбу, но он продолжал двигаться, будто в комедийной зарисовке.

Они оба пересекли расстояние от машин до двери кафе за считанные секунды, но успели промокнуть до нитки.

Юля подняла брови:

— Ну вот, началось. Что-то мне подсказывает, вечер будет далеко не тихим.

Аня молча уставилась в стекло, как будто дождь на миг замер... Или это просто снова стучало сердце.

Артур ворвался в кафе, как ураган, которому дали задание — срочно эвакуировать объект «Юля». Не успел он ступить на мокрый коврик у входа, как уже оказался рядом с ней:

— Так, собирайся. Сейчас. Я припарковался нормально, ближе нельзя, но там нормально, я просчитал. Всё, пойдём.

Юля даже не успела вставить слово — только открыла рот, как он уже тянул её за рукав, как будто скорая эвакуация в зоне стихийного бедствия. Она хмыкнула, но без особого сопротивления пошла переодеваться, бросив Ане взгляд.

Аня в это время демонстративно сосредоточилась на столе у окна, хотя тот уже был идеально вытерт. Она чувствовала, как приближается Марк, по тому, как напрягся воздух — будто снова гроза, но уже внутри. Сердце глухо бухало где-то в районе горла, но она не подняла взгляда.

— Когда у тебя смена заканчивается? — раздался его голос, без приветствия, без привычного тона — просто прямой, почти резкий.

Она всё-таки посмотрела на него. Марк стоял, насквозь промокший, с серьёзным выражением лица и каплями дождя, стекавшими с капюшона. Глаза были темнее обычного — в них что-то ныло, как в затяжной песне, которую включаешь в плохую погоду.

— Через десять минут, — тихо ответила она, всё ещё сжимая тряпку в руках. — А что?

— На улице ливень, — сказал он, будто объясняя очевидное. — Я отвезу тебя. И подружку тоже, если надо.

Аня кивнула, не зная, как на это реагировать. Он не упрекал. Не намекал. Просто стоял, всё ещё злился, всё ещё хранил холодную дистанцию, но почему-то приехал.

И она не знала, чего хочет больше — чтобы он остался, или чтобы исчез.