Из пепла неприязни

Глава 28. Завещание

Аня и Юля шли из магазина, наслаждаясь моментом, когда телефон Ани вибрировал в кармане. Она достала его и увидела, что звонит бабушка. С первой же секунды на её лице появилось беспокойство.

— Аня, ты где? Быстрее приезжай, пожалуйста! — голос бабушки был тревожным, и это сразу насторожило Аню.

— Бабушка, что случилось? Ты в порядке?

— Катя с отчимом приехали, — сказала бабушка, и в её голосе звучала явная обеспокоенность. — Они тут вещи вывозят. Ты должна приехать, помочь мне.

Аня почувствовала, как её сердце подскочило. Катя — её мать, с которой у неё были долгие годы натянутые отношения. Отчим, с которым она тоже никогда не ладила, не мог бы просто так приехать без причины.

— Мы уже едем, не переживай, — ответила Аня, не давая бабушке беспокоиться ещё больше.

Юля, заметив напряжение на лице подруги, мгновенно поняла, что что-то не так.

— Всё в порядке? — спросила она, смотря на Аню.

— Это мать и отчим, они приехали, — ответила Аня с волнением в голосе. — Бабушка говорит, что они вывозят вещи. Мне нужно срочно поехать домой.

Юля не стала больше спрашивать, а просто кивнула, понимая, что в такой ситуации поддержка нужна как никогда. Девушки взяли такси и быстро поехали к дому. По дороге Аня не могла избавиться от мысли, что это не просто обычный визит матери и отчима. Что-то было не так.

Когда такси подъехало к дому, Аня сразу заметила, что здесь творится что-то странное. На улице стояли несколько грузчиков, которые быстро выносили вещи из её дома. Это выглядело как стандартный процесс переезда, но было одно "но" — рядом с ними стояли бабушка и её мать с отчимом, как будто что-то не поделили между собой.

Аня замерла, едва не падая в ступор, когда заметила одну деталь. Среди вещей, которые выносили грузчики, была знакомая толстовка — толстовка, которую Марк отдал ей пару недель назад. Она хорошо помнила этот момент, когда он накинул её на неё, когда дождь шёл проливным, и она замерзала. Эта толстовка не могла быть у кого-то другого.

Один из грузчиков кинул её прямо на скамейку, не думая о том, что её можно аккуратно сложить или отдать обратно. Аня почувствовала, как холод пробежал по спине. Она не могла понять, что это значит, но что-то внутри подсказывало ей, что всё это далеко не случайно.

— Это… что это значит? — спросила Юля, глядя на Аню, заметив, как её лицо побледнело. — Ты видела? Это же твоя толстовка!

Аня в замешательстве подошла к скамейке и забрала её, будто она могла что-то прояснить этим жестом. Погладив материал, она поднесла её к себе, и сердце забилось быстрее.

— Мне нужно поговорить с бабушкой, — сказала Аня, сжав плечи. — Что-то здесь не так.

Они подошли к бабушке, и Аня попыталась сохранять спокойствие, но внутри всё переворачивалось. Бабушка смотрела на неё с тревогой, но ничего не объясняла.

— Бабушка, что происходит? Почему ты позволила им вывозить мои вещи? — её голос дрожал, хотя Аня старалась не показывать страха.

— Они сказали, что так надо, — ответила бабушка с покачивающейся головой, явно не понимая, что происходит. — Я не знаю, что мне делать, Аня. Они пришли и просто начали убирать всё, как будто я не имею права здесь жить.

Аня в молчании посмотрела на мать и отчима, которые стояли неподалёку, не пытаясь скрыть недовольство.

— Катя, ты что творишь? — тихо спросила Аня, не сдерживая раздражение. У нее не повернулся язык назвать ее мамой.

Её мать повернулась, встретив взгляд дочери, но не сразу ответила. В её глазах мелькала какая-то скрытая злоба, и это не могло не насторожить.

Аня почувствовала, как на её плечах становится всё тяжелее, когда она, не сдерживаясь, натянула толстовку на себя, будто она была спасательным кругом, который должен был хоть как-то помочь ей остаться на плаву в этом хаосе. Но даже толстовка не могла прогнать ту боль и бессилие, которые она испытывала.

Катя стояла рядом с отчимом, и её руки, держащие какие-то бумаги, казались ей особенно грозными. В руках у Кати оказалось завещание от дедушки Ани — того самого дедушки, с которым Аня всегда была близка. Документ, в котором было написано, что эта квартира переходит к Кате. Квартира, в которой Аня выросла, где осталась частичка её детства, где была бабушка. Но как это могло быть правдой? Аня не могла поверить в это.

— Это что, шутка какая-то? — её голос предательски дрожал, когда она обратилась к матери. — Дедушка никогда бы не оставил тебе это. Он всегда говорил, что квартира — для бабушки!

Катя холодно посмотрела на неё и пожала плечами, как будто абсолютно уверенная в своих действиях.

— Это не шутка, — сказала она спокойно. — Завещание есть, и оно совершенно законно.

Бабушка, стоявшая рядом, взорвалась. Её лицо покраснело от гнева, а глаза сверкали яростью.

— Ты нахалка! Как ты можешь такое делать с родной матерью? Это всё не может быть правдой! Завещание — это фальшивка! Ты не имеешь права забрать это всё себе! — кричала бабушка, не в силах удержать свои эмоции. — Ты на похороны не приехала!

Аня в этот момент почувствовала, как весь мир рушится у неё под ногами. Она не могла прийти в себя от шока. Дедушка никогда бы не оставил эту квартиру Кате. Как это могло случиться? Аня не могла поверить, что она может потерять всё, что ей было так дорого.

Пытаясь собрать свои мысли, она села на скамейку, беря себя в руки, и вытащила телефон. Зная, что ей нужно действовать, Аня быстро набрала номер Марка. Он всегда был её опорой, и она была уверена, что он поможет. Он всегда был рядом, когда ей нужно было. Но, как бы она не надеялась, в этот раз она не могла до него дозвониться. Её телефон упорно молчал, а телефонный сигнал глухо продолжал звучать.

Аня набрала номер ещё раз. И снова безрезультатно. Трубка не бралась.

— Чёрт, что происходит? — прошептала Аня, чувствуя, как она снова тонет в своих мыслях и страхах. Всё было слишком неожиданно, и теперь, когда ей так нужна была поддержка, её руки сжимали пустое пространство.