Из пепла неприязни

Глава 31. История поиска

Марк молча подошёл и сел рядом. Несколько секунд — тишина. Потом он сказал спокойно:

— Я искал тебя.

Аня не сразу ответила. Только повернула голову в его сторону.

— А я звонила. Много раз. Я… не знала, к кому ещё идти. Была уверена, что ты возьмёшь трубку.

Марк кивнул, опустив взгляд:

— Я не игнорировал. Потерял телефон. Всё восстановил только сегодня. И как только узнал, что ты… здесь… Я пришёл.

— Поздно, — сказала Аня, тихо, но твёрдо. — Очень много всего произошло. А ты был не рядом.

Он протянул руку, чтобы накрыть её ладонь. На секунду между ними повисло напряжение. Но Аня отдёрнула руку.

— Не надо, — прошептала она. — Ты не можешь появляться тогда, когда тебе удобно. И исчезать так же.

Марк замер. На его лице не было обиды, только усталость. И что-то, похожее на сожаление.

— Я просто хотел извиниться, — сказал он. — Это всё.

Аня ничего не ответила. Только продолжила смотреть вперёд, в темноту сада.

Марк не мог не заметить, что Аня была одета в его толстовку. Он не мог не улыбнуться, хоть и не знал, что именно она пыталась этим сказать.

— Ты что, специально её надела? — спросил он, взглянув на неё с ухмылкой.

Аня встретила его взгляд без какого-либо смущения.

— Ждала момента, когда смогу вернуть, — ответила она, с гордостью подбирая слова.

Он слегка хмыкнул, наклонив голову.

— Возвращаешь так, значит? Думаю, я даже обрадуюсь. — Его тон был немного издевательским, но скорее забавным, чем агрессивным.

Аня смотрела на него с таким же выражением лица, как и всегда — решительное, даже немного отчужденное.

— Ты, наверное, считаешь, что это смешно, — сказала она, отчётливо чувствуя, как всё внутри начинает кипеть. Аня встала и резко сняла с себя его толстовку. Взгляд её был холодным, решительным, но, видимо, боль в её глазах от того, что она снова в его одежде, была слишком очевидна.

— Вот, — бросила она его толстовку ему в руки, – я даже не буду тебе говорить спасибо. Это твои родители пустили нас в этот дом благодаря тому, что их попросил Артур.

Она развернулась и пошла в сторону дома, чувствуя, как его взгляд следит за каждым её шагом.

Но Марк не мог просто стоять и наблюдать. Силуэт её исчезал в темноте, и что-то внутри него заставило действовать.

Он быстро встал, пошёл следом и, дойдя до неё, обнял её со спины. Он сделал это так, как она когда-то сделала с ним — бесшумно и неожиданно. Сначала она замерла, но её тело сразу расслабилось в его руках. Он аккуратно развернул её к себе лицом, чтобы она могла увидеть его взгляд, полон искренности и немного растерянности.

— Аня... — начал он, его голос звучал тихо и уверенно. — Я не могу больше стоять и молчать. Я — дурак. Я слушал чужие слова, но... не увидел тебя.

Он посмотрел ей в глаза, его дыхание становилось ровным, но внутри всё ещё бушевало.

— Я повёл себя как идиот, — продолжал Марк, его взгляд скользнул по её лицу, — Я был уверен, что прав.

Она молчала, её глаза не отходили от его, и Марк почувствовал, как ей всё труднее держать дистанцию.

В какой-то момент, не в силах удержаться, он посмотрел на её губы, на этот момент, которые так и тянули к себе. Он хотел сделать шаг, но что-то удержало его. Он закрыл глаза, сбив дыхание, и мягко поцеловал её в лоб, оставив поцелуй долгим и нежным.

— Прости меня, Аня. За всё, что было, и за всё, что я не сказал вовремя, — его слова звучали с таким сожалением, что ей трудно было поверить, что это не просто очередная попытка загладить вину. Это было искренне.

Но в этот момент они услышали, как калитка скрипит, и шаги нескольких человек, уверенно и решительно направившихся в сторону заднего двора. Марк моментально вернул свою хладнокровность, отпустив Аню, и встал так, чтобы скрыть её от взгляда тех, кто приближался.

На задний двор влетели мама Марка, его отец и Артур. В их глазах было всё: и напряжение, и неловкость. Они сразу поняли, что Марк уже осознал, что его обманывали. И теперь им оставалось лишь оправдываться.

Но тут Аня, не выдержав, повернулась к Елизавете и, взглядом потянув её к себе, спросила:

— А вы… вы мама Марка? – она вспомнила разговор про мороженное.

Елизавета сразу же сменила выражение лица. Её жесткая осанка сменилась на что-то более мягкое и доброжелательное, будто она внезапно нашла точку опоры.

— Да, — сказала она, подходя к Ане, стараясь выглядеть ласково. — Приятно познакомиться, я очень рада, что Марк нашёл такую девушку, как ты.

Алексей, стоящий рядом с ней, подошел к Ане и, улыбнувшись, сказал:

— А со мной ты уже знакома, пирожки Бабушкины еще остались?

Аня кивнула, немного смущённая. В этот момент Марк, наблюдая за происходящим, не смог сдержать сарказма и с усмешкой произнёс:

— Отлично, все друг друга знают. Приятно, когда такие встречи случаются.

Он не был уверен, что его тон был именно тем, что ему хотелось бы выразить, но ситуация явно не оставляла пространства для других эмоций.

Но тут на задний двор вышла бабушка Ани — с тем самым видом, который могут себе позволить только женщины её возраста: уставшим, но решительным. Она окинула взглядом собравшихся, поняла, что воздух натянут, как струна, и произнесла с бесхитростной серьёзностью:

— Хватит вам, все к чаю! У меня пирог поспел.

Слова сработали как по волшебству. Напряжение разрядилось, люди заулыбались, переглянулись. Даже Марк слегка усмехнулся.

За столом было на удивление тепло. Бабушка угощала всех пирогом, Аня наливала чай, Артур что-то вполголоса шептал Юле, от чего та закатывала глаза. Единственным, кто регулярно нарушал спокойствие вечера, был Марк — он с ленивой ухмылкой то и дело поддевал Артура.

— А ты, кстати, мастер конспирации, — сказал он, откидываясь на спинку стула. — Почти поверил, что в доме призраки живут, а не Аня.

Артур лишь качал головой и пытался сменить тему, но Марк не унимался.

Когда вечер подходил к концу, и все стали понемногу прощаться, Марк вдруг поднялся из-за стола, потянулся и невозмутимо произнёс: