Из рода Ворона

Глава №14. Бал.

Что по вашему мнению должна испытывать среднестатистическая девушка перед балом? Рискну предположить: трепет, волнение, предвкушение или что-то из прочего ряда этих восторженно-розовых эмоций. Я же испытывала некую смесь нежелания туда идти и удовлетворения.

Нежелание исходило из того, что я в целом не фанат таких мероприятий. Слишком уж вся эта мишура напоминала мне те многочисленные светские мероприятия, на которые мне приходилось ходить сначала по воле родителей, потом потому что самой надо. И вовсе не обязательно, что в этот раз меня не будут пытаться отравить или проклясть.

Думаете я здесь, проводя бо́льшую часть времени в библиотеке, не успела обзавестись врагами? Трижды «ха-ха»! Да из-за одного только внимания Баюна ко мне меня считают личным по характеристике и национальным по масштабности врагом несколько десятков гормонально нестабильных девиц. А ненавидящая тебя женщина - это страшно. Ненавидящая тебя колдунья - страшно вдвойне. Ненавидящая же тебя влюблённая колдунья - это уже, как вы понимаете, уровень опасности, не поддающийся описанию простым умножением.

Но это всё не входило в список причин, по которым я предпочла бы остаться в комнате. Так, мелочи жизни. Просто как-то... Не знаю, в общем. Не хотелось и всё. С другой стороны я понимала, что мне не помешает хоть немного расслабиться. Кому-то может показаться, что атмосфера, где тебя могут попытаться проклясть, отравить и далее по списку не слишком способствует расслаблению, но для меня всё это почти родное и не слишком напрягающее. А так... Бальные танцы, которые здесь все знали прекрасно и потому можно не опасаться, что партнёр отдавит тебе ногу, разговоры ни о чём, расслабленные шутки о какой-то ерунде, хорошая музыка и лениво текущее время - всё это очень способствует хорошему расположению духа.

Удовлетворение же было связано с более уважительными причинами. С моим отражением в зеркале. Оно, конечно же, всегда прекрасно, но сегодня всё же радовало глаз сильнее обычного, пусть и было немного непривычным. За годы своего негласного траура, когда на мне не появлялось ни намёка на цветную ткань, я так срослась в своём самосознании с чёрным цветом, что с чем-то иным теперь приходилось заново осваиваться.

По традиции Колдоворота на Новогодний бал ученики одевались в цвета своего Дома, а их родственники в цвета тех Домов, которым когда-то принадлежали. И теперь я, в соответствии с этим обычаем, была облачена в облегающее серебряное платье, переливающееся тысячами оттенков при каждом движении моего тела. Сидело оно на мне идеально. Нет, даже не идеально - безупречно! Мы с тётей и бабулей весь вчерашний день потратили на то, чтобы отыскать для себя то, в чём мы будем совершенны, на Кудыкиной горе - с родственниками и не более, чем на сутки, Устав отлучаться позволял. А если бы и не позволял, то я бы посмотрела на того смертника, что решился бы спорить с ба. Походы по магазинам я, как и всякая девушка, не стеснённая в средствах, любила, так что днём насладилась сполна.

Меня иногда забавляло то, как слои, на которых живут адхама и колдуны, косвенно пересекаются друг с другом. От нас им, правда, в основном нижнего и около-среднего звена или привязанная к определённым объектам нечисть доставалась и периодическое поветрие на старинные имена, в чём мало чего хорошего, а вот наши перенимали некоторые житейские моменты. Это касалось и моды в одежде. Колдуны одновременно не могли не признавать удобство и практичность некоторых фасонов, придуманных адхама, но и забывать про то, что символику и обязательное опоясывание придумали не идиоты себе тоже не позволяли. В основном, конечно, одевались во всё том же народном стиле, правда женщины больше по-мужски, ибо удобнее, но иногда это порождало интересные экземпляры. Одним из таких было моё платье.

Держалось оно исключительно на моём бюсте, спине и одном заклинании, не дающем ему сползать. Изящную линию плеч не портили ненужные бретельки и не скрывали рукава. Тонкая, но не просвечивающая бельё благодаря паре лёгких заклинаний атласная ткань облегала тело как вторая кожа, лишь местами по воле решения своего создателя собираясь идеально выверенными складками, ровно до середины бёдер. Но по краям шнуровки, начинающейся чуть ниже талии и приоткрывающей левое бедро немного сильнее, и полосами шириной в три пальца по верху и под бюстом шла тонкая обережная вышивка. Чтобы чёрный бархат маски и перчаток не выделялся из образа, туфли, а точнее босоножки пришлось выбрать тоже чёрные, но с серебряными элементами в виде подбивки каблука и подошвы, застёжек и маленьких колечек, приколотых на определённом расстоянии друг от друга в трёх местах спиралью обвивающих щиколотки и голени ремешков.

Ко всему этому шла невесомая парюра*. Ожерелье, капельками голубых сапфиров рассыпающегося по тонким ключицам перекликалось с серёжками из трёх падающих вниз вставленных в серебро капель - маленькая, чуть крупнее и ещё немного больше - того же камня, переливающимися холодными всполохами в ушах. Их дополнял тонкий браслет на правом запястье из маленьких гранёных ромбиков, с двух концов - верхнего и нижнего - соединённых невесомой серебряной цепочкой, и завершал композицию гребень из трёх сапфировых лепестков всё также в серебре, сходящихся друг к другу нижними уголками, воткнутых в высокий замысловатый хвост.

Нам с ба и тётей пришлось не мало помучиться, чтобы и платье, и украшения подходили к дарам Макоши, которые я ни в коем случае не осмелилась бы снять на этот день, и к серебряным узорам на коже, оставленным ею же, но результат превзошёл все ожидания. И теперь, глядя в зеркало, я с исконным женским довольством признавала, что едва ли нас троих сегодня кто-нибудь затмит.

Ядде и Птица уже минут десять как убежали вопреки тому, что даже на данный момент времени бал был должен начаться только через пол часа. Хотя зная скорость ходьбы ходьбы этой парочки в моменты особой увлечённости друг другом, за сорок минут они только дойдут. Я же задержалась под каким-то стандартным предлогом стиля «причёску поправить» - уже даже не помню, что конкретно им сказала. Моя задача касательно этих двоих на ближайший праздник - не мешать. Меня об этом, естественно, никто не просил, но я же не слепа.