Из рода Ворона

Глава №15. Демонстрация силы.

Первый день учёбы после каникул начался с контрольной по нумерологии. Василиса Микулишна просто взошла на преподавательскую кафедру, когда прозвенел колокол, и объявила:

- Пишем контрольную, которую не успели написать в прошлом полугодии. Суть задания проста: составьте натальную карту своему соседу по парте и сделайте подробную расшифровку.

Я на этих словах спрятала улыбку. А вот Барашек даже не потрудилась не скривиться. Это заставило вновь постараться не улыбнуться. Нумерологию Ядде не любила. Это искусство можно назвать доступным только колдунам разделом математики. А с математикой у сестры, как она говорила, ещё в школе были напряжённые отношения. Она ей давалась, но с трудом. Для меня же в цифрах не было ничего непонятного, и я была не прочь с утра немного размять мозг перед остальными занятиями.

Правда, у меня были другие сложности с нумерологией. Точнее, конкретно с натальными картами. Для меня самым сложным были не расчёты, как для большинства здесь, а расшифровка. Это объяснялось спецификой моего мозга. Знаю, звучит странно, но я могу это объяснить. По крайней мере я смогла объяснить это себе.

Для начала, пожалуй, поясню, каким образом будущее существа можно предсказать с помощью набора цифр. Вероятностей судьбы каждого обладающего разумом существа огромное количество. Если я назову его колоссальным или близким к неисчислимому – я не преувеличу. Это ещё если не учитывать вероятности, завязанные не на существ, а на вещи, события, миры и так далее. И всё же у него есть конечное значение. Это значение даже чётное, потому что каждой – абсолютно каждой – вероятности есть своя противоположная альтернатива.

Вероятностей, на которые выбор существа, на которое они завязаны, влияет в большей степени, чем какие-либо внешние обстоятельства, включая выборы других существ, всё ещё много, но уже значительно меньше. И то, что судьба хоть как-то завязана на числа, даже близко не делает математику одной из её основ, но всё же позволяет нам примерно высчитать те вероятности, которые связаны с ключевыми событиями в жизни существа – то есть с теми, которые наиболее зависят от выбора самого этого существа, и последствия, к которым эти выборы приведут. Это – то, на чём основывается нумерология.

Теперь вернёмся к тому, почему для меня расшифровка результатов расчётов сложнее, чем произведение самих расчётов. Для начала зафиксируем очевидный факт: гении бывают разными. И как правило наша гениальность имеет какую-то одну общую направленность для нашего разума. Моя заключается в чрезвычайно быстрой обучаемости.

То, на усвоение чего у просто умного человека уйдут часы, я усвою в зависимости от сложности за минуты или за несколько их десятков, равных, порой, некоему и всё же меньшему количеству часов. И далее по аналогичной нарастающей соотношений. Больше того, изучив и запомнив всё так быстро, я потом без особого труда применю это и, если это подчиняется хоть каким-то даже относительным правилам по типу теории цвета у художников, смогу вывести что-то новое из этой области, если полученных навыков и информации будет достаточно. Проще говоря, я – идеальная ученица. И применяю то, чему научилась, я тоже быстрее и эффективнее почти абсолютного с погрешностью на таких же как я большинства. Я делаю в разы проще и быстрее всё, для чего есть хоть какие-то, пусть даже самые шаткие правила и алгоритмы.

Это позволяло мне сочинять простенькие симфонии в пятилетнем возрасте, рассказывать о теории струн в шесть лет и делать ещё много чего, чему так восторгались в исполнении безопасной пятилетней девочки и так ужасались, когда эта девочка стала опасной, адхама. В прочем, те, кто достаточно хорошо думал наперёд и заранее рассматривал меня как будущего взрослого члена их кругов, ужасались ещё тогда, когда я не была игроком. И даже среди славянских колдунов, которых с самого детства учат мыслить и усваивать информацию и навыки в десятки раз быстрее, чем это делают адхама, чтобы не прийти к вымиранию, я всё ещё оставалась гением этой области. Потому что у нас был кардинально разный старт.

Но в том, что не касается усвоения, применения и создания основанной на каких-либо алгоритмах и правилах информации, я просто очень умный человек. Значительно умнее большинства умных людей, но всё же. Говоря проще: в плане фантазии и нахождении новых алгоритмов я не гениальна, лишь чрезвычайно умна. Потенциально я могу превзойти, например, Эйнштейна и прочих гениев в науке, но едва ли превзойду кого-нибудь уровня Вивальди, Рембрандта или Пушкина в каком-либо творчестве, могу лишь приблизиться.

Так вот, расчёты натальной карты подчинялись достаточно простым, тем более для меня, устойчивым алгоритмам. Так что с ними я справлялась минуты за три. А вот расшифровка была вечной лотереей. Алгоритмы здесь всё ещё были, но нужно было учитывать и объединять в общую картину совершенно разрозненные факторы типа даты рождения и высчитанного всё той же натальной картой аркана таро́ человека, в результате чего процесс, возможный набор алгоритмов, которые потребуются, и результат были абсолютно непредсказуемы.

На первых пара́х я даже с тоской вспоминала ту версию натальной карты, которая известна адхама, которая в целом даёт лишь одну вероятность в исходе и которую нам показывали не для изучения даже, а просто для примера на первых уроках нумерологии, поскольку версия и близко не полная и вообще «всякими недоделками я здесь с вами заниматься не намерена». Сейчас уже достаточно хорошо разобралась с этим, но всё ещё стабильно возилась минут десять-пятнадцать в среднем. Это значительно быстрее, чем у большинства здесь, но всё же медленнее, чем могло бы быть, будь я в области подобного гениальна, а не просто очень умна.