Из России with love

Глава 4

Сид уныло смотрел на гору нестиранных вещей. И когда только успели набраться-то?! Только же вчера прилетели. Но теплый костюм, в котором он летел в самолете, провонял спертым салонным воздухом, спортивные шмотки с тренировки — потом, а толстовка, упиханная в рюкзак на всякий случай — резиной и чем-то затхлым.

Вся проблема была в том, что он понятия не имел, можно ли просто упихать всю эту кучу в машинку, бросить туда капсулу и запустить программу… Какую-то программу из десяти.

Макс закрылся в своей спальне и о чем-то громко спорил по видеосвязи с Мартой, а потому Сид решился на небольшое жульничество. Снял видео всего нестиранного безобразия, отправил в мессенджер и быстро наговорил сообщение:

— Ок, мама! Что мне со всем этим делать?

Рядом с сообщением появилась одна галочка, потом вторая. Только вот читать его мама не спешила.

Сид глянул на часы. По местному времени второй час дня, значит в Сиднее было десять вечера. Вряд ли его мама уже легла спать. Но отправиться на ужин в ресторан и отключить звук у телефона могла запросто. Или в Сиднейскую оперу — она любила там бывать.

Окончательно сникнув, Сид уселся на закрытую крышку унитаза и подпер щеки руками. Куча белья смотрела на него и безмолвствовала.

А потом телефон блямкнул ответным сообщением. Сид радостно ткнул пальцем в экран.

— Здравствуй, милый, — раздался полный язвительного сарказма голос мамы. — Мне, конечно, очень приятно, что ты в подробностях рассказал мне о том, как прошли перелет, твое распределение и первая встреча с тренером. Наверное, это все было в десяти предыдущих сообщениях, которые я почему-то не получила. Наверняка это просто связь барахлит, и они дойдут позже. Что же касается твоих вещей, то почему бы тебе для начала не почитать этикетки? Я помню о твоей дислексии, но уверена, что ты справишься.

Этикетки?.. Читать?

Сид поднял с пола носок, попытался найти на нем этикетку.

Потом не выдержал и нажал в мессенджере кнопку “Позвонить”.

— Привет, мам, — сказал, когда она подняла трубку. — Как дела?

— Ты меня спрашиваешь? — возмутилась мама. — Сидней Райдер, вот так и надавала бы по жопе за такое отношение к моим нервам!

— Мам, ну я же написал, что долетел и устроился, — вздохнул Сид. Прислушался: вроде Макс все еще разговаривал с Мартой. Но на всякий случай плотнее прикрыл дверь в ванную. — Полет был ужасным, я думал, мой зад никогда не вернет себе свою привычную форму. А тренер очень даже ничего. Русский.

— Все-таки русский?.. — Сид буквально увидел, как мама озабоченно нахмурилась. — Ох, милый. Он хоть понятно разговаривает? Все русские, с кем я была знакома, говорили так странно… Но зато он очень опытный тренер. Взять того же Вас-цил-ева, — у нее тоже возникли проблемы с фамилией. — Тот, что выиграл Лос-Анджелес. Он ведь у него же тренировался.

Ну славно. Его мама знает Николая, а Сид как-то упустил из вида победителя игр.

— Окунев не приехал, в больницу попал, — сказал Сид. — Мой тренер — как раз Вас…с.. Николай короче. Его так зовут.

С произношением имени проблем не возникло.

Некоторое время мама молчала, переваривая новости.

— Ну не знаю, что тебе сказать, — наконец вздохнула она. — В любом случае он опытный спортсмен и точно не будет гладить тебя по головке за каждый проваленный прыжок. Но имей в виду, если он вздумает на тебя орать, я прыгну в первый же самолет — и он будет у меня вместе с медведем своим под гитару танцевать! Или под эту… Как ее там… Бабалайку!

— Балалайку, — рассмеялся Сид.

— И под нее тоже!

— Макс тоже будет работать с ним, — решил делиться новостями до конца Сид. — Думаю, мы по-прежнему станем прыгать синхрон.

В этот раз с ответом мама не замешкалась.

— А вот это отлично! — искренне обрадовалась она. — И хорошо, что вы живете вместе. Хотя, судя по тому, что ты мне прислал — может, и не очень. У Макса тоже проблемы со стиркой?

— Не знаю, — честно признался Сид. — Я не спрашивал. Не могу же я ему сказать, что за двадцать два года ни разу не стирал сам.

— Боже, Сид, ты заставляешь меня почувствовать себя плохой матерью, — воскликнула мама. — Короче, наука там нехитрая. На вещах есть этикетка. Там написано, при какой температуре стирать. Плюс общее правило: темные с темным, светлые со светлым. Красные вообще лучше отдельно.

— Ладно, — Сид мысленно вздохнул. Видимо, все же придется разбираться самому. И найти инструкцию к машинке. — Тогда давай я сейчас с этим разберусь и тебе перезвоню? Или ты уже собираешься спать?

— Пока нет, — беспечно отмахнулась мама. Помолчала. — Я скучаю, — сказала тихо. — Не думала, что это случится так быстро. И никак не привыкну, что мне больше не надо собирать чемоданы и лететь на другой конец мира вместе с тобой на соревнования. Это странно, знаешь ли.

Сид порадовался, что они говорят не по видеосвязи. И очень постарался, чтобы голос не задрожал.

— Я тоже уже скучаю, мамуль, — сказал он с нежностью. — Но ты не переживай, пожалуйста. Квартира отличная, со стиркой я справлюсь, а этот русский… Знаешь, мне он нравится. Странный, конечно, но четкий. Без суеты.