Из Сибири, с любовью

Глава 28

В недоумении смотрю на Макара: "Он что, серьёзно? И как я по его мнению должна вернуться домой?".

- Ты что, не рад меня видеть? - делаю ещё одну попытку я.

- Нет, - короткий ответ больно режет по сердцу.

Он встаёт и складывает руки на груди, словно отгораживаясь от меня.

Взгляд непроницаем, на лице не дрогнул ни один мускул, никаких попыток подойти или обнять. А я уж себе нафантазировала страстную встречу.

Вот дура! И что же мне теперь делать? Сдаться? Но это не в моём характере. Не может быть, чтобы за несколько дней он успел забыть меня. Решаю идти напролом.

Медленно стягиваю верхнюю одежду, наклоняюсь и в соблазнительной позе расстёгиваю сапоги. Потом грациозно, кошачьей походкой направляюсь к нему.

- А я скучала, - шепчу я и провожу кончиком языка по верхней губе. Успеваю заметить, что во взгляде Макара вспыхивает пламя, но он тут же опускает глаза.

- Даже не пытайся, - его голос снова ровный и спокойный.

Макару удаётся взять себя в руки.

- Ничего не выйдет.

- Я просто обниму тебя, хорошо? Ну не зря же я проделала такой долгий путь, - я продолжаю приближаться к нему. Он нужен мне сейчас, как никто и никогда, и я добьюсь своего.

Лицо Макара напрягается, он ничего не отвечает на мой вопрос, и я расцениваю это, как согласие. Подхожу к нему и со вздохом наслаждения обвиваю руками крепкую шею, прижимаюсь грудью к его груди и неожиданно даже для себя провожу еле заметно кончиком языка по предплечью. Мне жизненно необходимо сейчас почувствовать его вкус и запах. Моё состояние сейчас на уровне животных инстинктов, я слишком долго этого ждала.

От моего прикосновения Макар вздрагивает, но по-прежнему не делает попыток обнять меня в ответ. Отстраняюсь от него и, глядя ему прямо в глаза, провожу ладонями по широким плечам. Вижу в его глазах бушующее пламя и понимаю, что я на верном пути, Макар сдерживается из последних сил. Опускаю взгляд на ширинку его брюк, где вырисовывается вполне отчётливый бугор.

- Врунишка, - ласково журю его, - зачем ты меня обманываешь?

Поворачиваюсь и также медленно, соблазнительно иду к кровати. По пути сбрасываю кофту, цепляю резинку штанов, стягиваю и перешагиваю через них, являя Макару своё умопомрачительное кружевное бельё. Слышу сзади поистине звериный рык, и через секунду меня сметает ураган по имени "Макар".

Он жадно целует меня, облизывает, кусает. Сжимает в объятиях так, что я начинаю опасаться за свою жизнь. Ещё через мгновение я оказываюсь без своего сногсшибательного белья, распластанной на кровати, и Макар жадно окидывает меня голодным взглядом.

- Ладно, - хрипит он, - ты меня раскусила, я и вправду обманываю. Я так скучал по тебе, Вика, желал тебя каждую ночь, каждое мгновение, даже спать без тебя не мог. Ты добилась своего, я твой.

Он снова набрасывается на меня, а я счастливо улыбаюсь, отвечая на его страсть...

Проходит немало времени, прежде чем мы, насытившись друг другом сполна, усталые, но удовлетворённые, отдыхаем после пережитой бури в объятиях друг друга.

- Вика, Вика, - Макар шутливо качает головой, - ну что же ты со мной делаешь? Я только убедил себя, что больше тебя не увижу, и ты появляешься вновь. Неужели не понимаешь, что у нас с тобой нет будущего? Мы из разных миров, с разным мировоззрением и жизненным багажом.

- Любовь поможет преодолеть нам все преграды, - уверенно заявляю я и сама себе удивляюсь, с каких пор я стала такой романтичной натурой?

Я нежусь в крепких руках Макара и вдруг вспоминаю о сюрпризе, который привезла для него.

- Погоди, я на секундочку, - вырываюсь из объятий Макара и бегу к своей куртке. Вытаскиваю белый конвертик и торжественно вручаю его.

- Вот, это тебе! - сажусь на кровати по-турецки и наслаждаюсь эффектом неожиданности, который я, надеюсь, произвела на Макара.

Он недоумённо крутит конвертик в руках, потом вскрывает конверт. Вытаскивает лист бумаги и старую фотокарточку. На глазах лицо Макара меняется. Из расслабленного и открытого он моментально замыкается в себе, его лицо становится угрюмым и мрачным.

- Где ты это взяла? - он отбрасывает письмо, даже не читая его.

- Я разыскала твою маму, мы поговорили с ней, она просила передать тебе вот это, - я недоумённо смотрю на его гневное лицо: "Что такого я сделала, ведь хотела как лучше"...

- Зачем ты пошла к ней? - в его голосе звучит боль. - Она ненавидит меня. Обвинила во всём случившемся и больше не хочет знать.

- Но она же твоя мать, единственная родная душа на этом белом свете, - тихо говорю я и глажу его по плечу.

Сейчас Макар, несмотря на свои внушительные параметры, напоминает маленького одинокого мальчика: обиженного и растерянного. Мне хочется его утешить, успокоить.

Он смотрит на меня, и в его глазах я читаю вопрос, который он хочет, но боится спросить. Наконец решается.

- А отец? - он с надеждой смотрит на меня, и я, не в силах произнести ни слова, просто качаю головой.

Он всё понимает. Теперь его глаза - это колодца, полные боли.

- Я даже с ним не попрощался, - хрипло произносит он и закрывает лицо ладонями.

- Всегда можно всё исправить, - тихонько говорю я и обнимаю его.

- Как? Не представляю. Я всё потерял, и возврата нет.

- Мы можем вернуться домой, вместе. Ты помиришься с мамой. Мой отец пообещал помочь тебе с работой...

Макар отталкивает меня, его глаза сверкают.

- Так вот зачем ты приехала, - зло говорит он, - ты не отказалась от мысли вернуть меня в реальный мир? Но я тебя разочарую. Никто, никогда не сможет изменить моё решение. И чем быстрее ты это поймёшь, тем тебе будет проще строить свою дальнейшую жизнь. Со мной или без меня, - он сердито отворачивается к стене, тем самым давая понять, что разговор окончен.

Я решаю не накалять обстановку и оставить разговор о возвращении в Москву для более подходящего момента. Постепенно, шаг за шагом, я смогу убедить Макара покинуть это место, в этом я ни на секунду не сомневаюсь.