Из Сибири, с любовью

Глава 37 (От лица Виктории)

После неожиданного побега Макара, торжество по случаю выписки теряет свои яркие краски. Я даже не успеваю, что-то понять, как его уже нет. Я даже начинаю сомневаться в своём душевном здоровье. Может, мне всё это привиделось?

Сначала у меня промелькнула шальная мысль, может, Макар всё осознал? Может, понял, что любит и не представляет своей жизни без нас?

Но, похоже, ошиблась.

Окружающие продолжают наперебой поздравлять меня, и, несмотря на разбитое внутреннее состояние, приходится делать вид, что я в восторге от всего происходящего. Хотя на самом деле после этой нелепой ситуации больше всего мне хочется оказаться в тишине своей квартиры и всё спокойно обдумать.

Наконец, ряды поздравляющих людей редеют, мы выходим на улицу, и рассаживаемся по машинам. Далее предполагается небольшой праздничный фуршет для пришедших поздравить. Но мне не до него.

- Папа, - обращаюсь я к отцу, - отвези нас домой, а? Вы ведь справитесь и без меня. Я так устала.

Отец смотрит на меня с сочувствием.

- Ты расстроилась из-за этого подлеца? - Чёрт! Он тоже заметил Макара. - Прости, это я виноват.

Удивлённо смотрю на отца.

- Ты? Но в чём твоя вина?

- Макар был у меня. Клялся и божился, что любит и всё осознал. И я, старый дурак, поверил, - он сокрушённо потирает переносицу. - Это я сообщил ему о выписке, - он с тревогой ждёт моей реакции на признание.

Пожимаю плечами.

- Может, он передумал или испугался двойной ответственности. В любом случае, он сбежал, и продолжать этот разговор бессмысленно. Так что, ты отвезёшь нас домой?

Отец кивает.

- Ты знаешь, что я люблю тебя? - шепчет он еле слышно.

- Конечно, пап, и я тебя тоже.

Следующая неделя тянется бесконечно. Мне даже некогда думать о Макаре и его странном поведении. Я полностью погружаюсь в заботу о детях. Заботиться о близнецах, оказывается совсем непросто. Несмотря на помощь родителей, к концу недели я похожа на растрёпанную метёлку.

Девочки настолько разные по характеру и требуют столько внимания, что я порой не успеваю даже зубы почистить, не говоря уже о каком-то более тщательном уходе за собой. Памперсы, кормления, прогулки, массажи, посещения врача - всё это закружилось вокруг меня, как какой-то разноцветный калейдоскоп.

- Ну как ты тут, удалось поспать? - мама торопливо заходит в квартиру и окидывает меня встревоженным взглядом.

- Нет, у Веры, по-моему, болел животик. Я полночи пыталась её успокоить. А когда мне это удалось, проснулась Люба. Мне кажется, ещё чуть-чуть и я не выдержу.

Мама моет руки и сокрушённо качает головой.

- Держись, Вика, ты сильная, справишься. Вначале всегда тяжело, - она быстро проходит в комнату и берёт на руки раскапризничавшуюся Верочку.

А я в это время со скоростью света собираю разбросанные пелёнки и пытаюсь навести хоть какое-то подобие порядка. Собираю с пола разбросанные салфетки и памперсы и несусь в сторону кухни, как вдруг слышу звонок в дверь. Как есть, с памперсами в руках, распахиваю дверь и замираю.

На пороге Макар. Похудевший, измученный, с тёмными кругами под глазами, но с твёрдой решимостью во взгляде.

- Привет! - произносит он своим глубоким голосом, по которому я, оказывается, очень скучала.

Он обводит меня взглядом, и я наконец осознаю, на кого похожа. Красная, потная, с гулькой на голове, в растянутой футболке и с памперсами в руках. Вот так встреча после долгого расставания.

- Привет, проходи, - буркаю я и продолжаю прерванный поход к мусорному ведру.

Избавившись от всего лишнего, тихонько крадусь в ванную и смотрю на своё отражение. Так и есть, видок у меня ещё тот. Ни грамма косметики, волосы растрепаны, глаза, опухшие от недосыпа... Да, хороша, ничего не скажешь.

Быстро собираю волосы в новый аккуратный пучок, со скоростью света чищу зубы и переодеваю чистую футболку. Придирчиво осматриваю себя в зеркале. Сойдёт, не перед женихом же красоваться.

Решительно захожу в комнату и замираю. Макар держит на руках Веру. Это видение настолько неправдоподобно, что я растерянно перевожу взгляд на маму. Та многозначительно поднимает брови.

- Ну что же, - произносит она, - мне пора. Была рада познакомиться, Макар.

- Мне тоже очень приятно, - отвечает Макар, не сводя глаз с Веруси, которая, как будто что-то почувствовав, тихо лежит в отцовских руках и сосредоточенно его разглядывает.

Я провожаю маму и возвращаюсь к Макару. Мужчина уже положил малышку в колыбельку и тихонько её покачивает.

- Что ты хотел, Макар? - тихо спрашиваю я. - Зачем пришёл?

Убедившись, что малышка спит, Макар садится на диван напротив меня.

- Я пришёл, чтобы попросить прощения, - спокойно отвечает он.

Во мне поднимается возмущение.

- Как у тебя всё просто, - язвительно отвечаю я, - пришёл, попросил прощения, и всё наладилось? Так не бывает, Макар. Ты бросил меня одну с двумя детьми. А теперь решил вернуться? Ну так я тебя не прощаю, - я сердито надуваю губы и скрещиваю руки на груди.

Спустя мгновение я слышу тихий смех и в недоумении смотрю на Макара. Что смешного я сказала?

- Вика, - сквозь смех произносит Макар, - ты неисправима. Характер всё тот же. Ничего не изменилось.

Он пододвигается ближе ко мне и берёт мою руку, но я отдёргиваю её.

- Вика, - проникновенно начинает он, - я так скучал. По твоей улыбке, неуступчивому характеру, по твоей смелости, граничащей с безумством. По нашим незабываемым дням и жарким ночам. После потери семьи, я думал, что уже никогда не смогу испытать чувство любви. Но ты пробудила его во мне. Я люблю тебя, Вика! Люблю наших дочек! Я оставил всё там, в Сибири, и решил начать всё с нового листа, здесь, рядом с вами. Я человек, с тяжёлым характером и массой тараканов в голове. Но поверь, ради вас, я готов меняться. Так ты дашь мне последний шанс на исправление? Ну пожалуйста! - он делает такое уморительное выражение лица, которое никак не сочетается с его суровой внешностью и массивной фигурой, что я не могу удержаться и улыбаюсь.