Из Темноты . Часть первая: Дядюшка Бо

Глава 9. Похищение

То ли холодные осенние дожди с моря меня проняли, то ли слишком много переживаний свалилось на мою голову, но я заболела. С утра ещё было ничего, только голова болела, а к вечеру у меня поднялась температура, и стало ломить всё тело. Синтия уложила меня в кровать и дала какой-то магический пахучий отвар. Даже с моим заложенным носом я чувствовала аромат трав. Я потихоньку пила отвар и пыталась читать книгу, но в голове у меня гудело, и буквы расплывались перед глазами. Когда вернулся Гарт, я траурно вручила ему градусник.

- Ого, да ты горишь! – был его диагноз, и Гарт тут же подмигнул мне: - У вампиров такого не бывает.

- Хоть что-то, - буркнула я и закашлялась.

Синтия вошла к нам в комнату с телефоном в руках.

- Повиси, - попросила она собеседника на другом конце линии и, прикрыв трубку рукой, сообщила: - Это Барбара, она может приехать завтра, но, раз ты болеешь, я, наверное, скажу, что не надо ехать…

Барбара Дефенди! Как давно я хотела с ней увидеться!

- Нет-нет, пусть приедет! – запротестовала я, и мой голос захрипел.

Синтия вопросительно посмотрела на Гарта. Тот пожал плечами:

- Если не боится заразы…

Барбара не боялась заразы, и согласилась приехать. Зная об этом, мне стало легче переносить мои страдания. Приняв лекарства – природные и аптечные – и прополоскав горло, я заснула целительным сном. Синтия разбудила меня утром. Открыв глаза, я поняла, что мне уже гораздо лучше: жара не было, тело стало лёгким, и только опухший нос напоминал о простуде.

- Я пойду встречу Барбару на станции, - сказала Синтия. Она уже была одета, чтобы выходить.

- Я с тобой! – хотела воскликнуть я, но мой голос предательски просел, и я закашлялась.

- Лежи-лежи, а то тебя продует и станет хуже, - остановила Синтия. – Мы скоро вернёмся.

- Ладно, куда я денусь, - я развела руками и набросила одеяло на голову.

Когда Синтия ушла, я обнаружила, что было очень тихо: я осталась дома одна. Уже снова накрапывал дождь, но у меня было тепло, и на помощь пришёл кот Винстон, так что мне было с кем пообщаться. Итак, я сидела на кровати и гладила кота. Дождь забирал всё сильней, и вскоре вода уже лилась во всю, а ветер раскачивал ветки клёна под моим окном. Наверное, я рано радовалась и у меня снова поднималась температура: становилось жарко. Я знала, что вредно сидеть с открытым окном, когда болеешь, но всё же решилась открыть форточку. Грохот дождя стал ещё громче: надо же, за окном нельзя было ничего разглядеть в этом ливне! Я отошла подальше от окна и наблюдала дождь с безопасного расстояния. Винстон пришёл мне под ноги, и я присела к нему на пол.

«Хрясь!» - я вздрогнула от звука и обернулась. Кажется, это сломалась ветка у клёна.

- Ну ничего себе ветер… - пробормотала я, как вдруг Винстон подскочил, выгнул спину и зашипел.

- Ты чего? – удивилась я, стараясь снова приласкать кота, но он вырвался у меня из рук и побежал прочь из комнаты.

- Ну стой, ты куда?!

- Умный котик, - едва слышно проговорил чей-то незнакомый голос.

Я резко обернулась и увидела в окне, что на ветке дерева кто-то был. Больше ничего не удалось разобрать: послышался щелчок, и что-то больно кольнуло меня в шею. От укола холодная волна оцепенения разошлась по моему телу, и я провалилась в темноту.

***

Я проснулась, лёжа на холодном бетонном полу. Было холодно и темно. Вдобавок ко всему я почти не чувствовала своей шеи, на её месте будто был кусок льда, и прикосновения моих пальцев неприятно жгли её. В ушах страшно звенело.

Поднявшись на ноги, я огляделась вокруг.

Я была в просторной тёмной комнате, в воздухе ощущалось сразу два характерных запаха: запах животных, как в зоопарке, и запах лекарств, как в больнице. Где-то совсем близко от меня, в темноте раздавались тихие звуки, будто стены говорили. Я сделала несколько шагов к стене, вслушиваясь, и вдруг испугано замерла. Из темноты на меня любопытно смотрели два круглых маленьких медово-жёлтых глаза.

Я подождала, пока мои глаза привыкнут к темноте, подошла поближе, и, вглядевшись лучше, увидела, что на меня смотрит маленькая обезьянка с золотистой шёрсткой. Она сидела в тесной клетке из толстой проволоки, которая была как-то прикреплена к стене на уровне моей головы. Я протянула к клетке руку, и обезьянка испуганно отпрыгнула прочь. От её движений клетка зачалась, и я испугалась, что она упадёт, поэтому остановила клетку рукой. Обезьянка удивлённо ойкнула, подобралась к самому краю своего жилища, и протянула ко мне лапку. Я тоже протянула ей руку, и её маленькая чёрная ладошка обвилась вокруг моей.  Обезьянка осторожно сжимала и разжимала пальцы, поворачивала мою руку. Она выглядела такой удручённой и растерянной, что я невольно засмеялась. От моего смеха, обезьянка вскрикнула и закрыла мордочку ладонями.

Её вскрик разбудил кого-то под потолком, тот заухал и захлопал крыльями, осыпав меня перьями, потом кто-то ещё пронзительно запищал, замяукал, внизу у пола залаяли и зашипели и заплескались….

Все стены до потолка были завешены клетками с самыми разными зверями и птицами, на полу стояли террариумы со змеями и ящерицами, и всё это, разбуженное мной, разом так зашумело, что у меня гудело в ушах.