Из Темноты . Часть первая: Дядюшка Бо

Глава 21. Всё иначе

Дверь в башню Бронислава теперь была всё время открыта – некому больше было запереть её изнутри. Гроб, тот самый, который раньше был кроватью, стал служить по назначению.

- Дядя, у нас же нет секретов?

- Да.

- Вы… , эм, вы зачем в гробу вообще спите?

Он посмотрел на меня растерянно, а потом неловко засмеялся:

- А, это… ещё одна из моих странных идей, когда мне было семнадцать.

Он потёр пальцем переносицу и объяснил:

- Я подумал: я же никогда не умру, но однажды я всё-таки погружусь в сон. Спят вампиры традиционно в гробах, потому что так меньше вопросов. Относительно существования во сне моя активная жизнь составит очень маленькую часть. Следовательно, я большую часть жизни и так проведу в гробу, так что мне нужно привыкать к нему уже сейчас.

Это было странное, но не лишённое логики рассуждение.

- И как там?

- Жестковато, - признался дядя, - но привыкаешь. К тому же, он у меня чуть больше по размеру, чем положено, так что я могу даже ворочаться во сне.

Воспоминания. Воспоминания преследовали меня во всех уголках замка. Ведь это был его замок.

- Я не верю, что он умер, - повторяла я.

Я говорила это всем. Барбара не отрицала, но и не соглашалась:

- Мы действительно пока не можем сказать наверняка. Нужно, чтобы его осмотрел врач. Единственный врач, который у нас есть, сейчас не может прийти.

Гарт Вэн. Ну конечно.

- У него на работе очень сложный случай, - растеряно объяснила Синтия. – Но он обещал приехать так быстро, как только со всем разберётся.

Таким образом, мы были в подвешенном состоянии. Вернее, наверное, это относилось только ко мне: все остальные, кажется, считали дядю однозначно погибшим. Я стояла над ним в его башне и пыталась разглядеть хоть какие-то признаки жизни. Хьюго – держался молодцом и даже не простудился – потрудился умыть Бронислава и одеть его в красивый костюм.

- Почему бы тебе не открыть глаза? – сердито спросила я у дяди.

- Ева…

Я резко обернулась. У входа в комнату стоял Генри Патиенс. Он подошёл очень тихо и незаметно. После нашего возвращения из лабораторий Питиблов, Генри стал, как ему и положено, хозяином в замке. Он распоряжался всем, и даже разрешил Руди остаться.

- Я не верю, что он умер, - заявила я, глядя своему пра-пра в лицо. Тот покачал головой.

- Это странно? – переспросила я.

- Дитя, мне просто тяжко смотреть, как ты страдаешь. Но если я что-то и понял за века существования, так это то, что твоя скорбь – это обратная сторона твоей любви.

Это был неоднозначный ответ. Я уточнила:

- Как у монеты?

- Как у монеты, - согласился Генри и предложил: - Тебе надо поесть.

Я и правда ничего не ела больше суток.

***

Видно, такой уж характер у Генри Патиенса, что застать его сидящим без дела практически невозможно. Даже сейчас, когда он отдыхал в вечерних сумерках перед горящим камином, он был занят – увлечённо листал какую-то книгу и курил трубку. Это была старая, покрытая резьбой, деревянная трубка, которую требовалось курить степенно и медленно, с чувством собственного достоинства, пуская в воздух идеально круглые кольца дыма.

Сигареты, которые как-то предложил Марк Вунд, Генри решительно отверг.

- Это привычка, - объяснил он, оторвавшись от книги, - без трубки я чувствую себя неуютно. То же самое этот камин –тепло мне вовсе не нужно, но без огня мне всё кажется, что чего-то не хватает. Я очень ко всему привязываюсь.

«Похоже, это наследственное», - решила я.

- Присядь, - кивнул мне Генри.

Я опустилась в глубокое кресло и буквально утонула в нём.

- Вы можете рассказать мне о проклятье?

Генри несколько рассеяно посмотрел на меня.

- Почему случилось так, что Патиенсы стали вампирами? Вы один это знаете, - я старалась смотреть прямо на него. - И мне важно узнать это.

-Ладно, - пожал плечами мой далёкий предок. - Чего уж скрывать правду. Я расскажу тебе…

Он глубоко вдохнул дым, выдохнул и, чуть прикрыв глаза, припоминая:

Проклятье

- Долгое время Патиенсы и Питиблы были в хороших отношениях. Семьи заключили договор, согласно которому их дети в будущем поженятся. Так часто делали в то время.

- Я читала что-то такое.

- Так вот. Мне тогда было около года, как и моей будущей невесте. Я её так никогда и не увидел. Я был непоседливым ребёнком. Науки давались мне плохо, и я часто сбегал от учителей в лес, и там ставил силки на птиц, мастерил самодельные лук и стрелы. Позже я стал неплохим охотником. Лес – это был мой второй дом, и при желании я мог прожить там и день, и целую неделю. К чему я клоню…