Иза| Белла |триса

Часть 3. Первые дни в теле Изабеллы Свон.

3 мая 1998 года. Детская больница, город Финикс, штат Аризона, США.

Беллатриса проснулась, лежа на кровати с плотным матрасом и приятным телу, но явно не шёлковым бельём, в небольшом, но очень светлом помещении. Таких комнат и такого белья в мэнорах Лестрейнджей и Малфоев точно не было. Слабость была очень сильная, поэтому сначала она могла видеть только светло-голубой потолок, плавно переходящий в такие же светло-голубые стены, цвет которых градиентом переходил в зелёный ближе к полу.

Белла ощутила вспышку сильной головной боли, когда попыталась понять, как здесь оказалась.

Медленный вдох – задержать дыхание, посчитать – медленный выдох.

Переждав боль Белла осторожно повернула голову и заметила, что рядом с её кроватью, застеленной нежно-розовым бельём с какими-то рисунками, стоит в небольшой бело-розовой фарфоровой вазе букетик из полевых цветов. Один нюанс, вазочка эта стояла на классической медицинской тумбочке. Андромеда показывала ей такие и даже заказала одну себе домой, чтобы оборудовать в подвале собственного дома мини-медпункт.

Смотря на тумбочку Белла наконец заметила тонкую трубочку, наполненную тёмно-бордовым веществом, которая плавно соединяла, предположительно, её левую руку с высоко висящим прозрачным и уже почти совсем пустым пакетиком с тёмно-бордовыми разводами на стенках. И вот вроде бы Беллатриса – взрослая волшебница, многое повидавшая в жизни и даже знающая о капельницах от сестры, но этот вид поднял такую сильную панику в самом теле, что оно завизжало.

Мгновенно в палату вбежала обеспокоенная медсестра, впрочем, быстро успокоившаяся. Молодая женщина в почти таких же медицинском халатике и головном уборе, какие были у сестры, спокойно проверила капельницу и что-то ей сказала, потом повернула к ней голову и снова что-то сказала, уже глядя прямо в глаза и начиная заметно беспокоиться.

Белла не то что не поняла её слов, она просто их не услышала. Только сейчас она поняла, что с момента пробуждения не слышала ни одного звука, даже собственного визга, звук у которого явно был, раз медсестра появилась так быстро. Белла осознала, что не слышит совсем ничего и не может шевелить ничем, кроме головы.

Похоже, в её глазах отразилась паника, потому что медсестра забеспокоилась и прикоснулась к ней. Прикосновение к голове Белла ощутила, но прикосновение куда-то ещё, если оно и было, почувствовать не смогла и потеряла сознание.

…

4 мая 1998 года. Место действия то же.

Белла вновь проснулась в той же самой палате, но теперь слышала множество самых разных звуков, включая неприятный писк, который слышала ещё на поле боя, какое-то механическое жужжание, приглушенный дверью разговор нескольких женщин и мужчин в коридоре, и даже шорох тканей от её попытки пошевелиться.

Накатила волна облегчения и только сейчас Белла поняла, что была сильно напряжена.

Она повернула голову и снова заметила капельницу, только теперь наполненную примерно на треть и каким-то прозрачным веществом, совсем не похожим на кровь. Насколько Белла помнила слова сестры, шевелиться под капельницей было можно, но очень аккуратно и желательно оставаясь в положении лёжа на спине.

Область возле затылка немного зудела, поэтому Белла осторожно прикоснулась свободной рукой к голове. Похоже, дискомфорт ей доставляла небольшая припухлость между затылком и правым ухом. Впрочем, эта припухлость была слабой и отзывалась болью только при надавливании. Появившееся при пробуждении ощущение, что что-то не так, усилилось.

Ситуация, что волшебница оказалась в магловской больнице, и сама по себе была странной. Хотя, например, этому могла зачем-то поспособствовать сестра. Может быть её тело настолько истощилось, что уже просто не воспринимает магические способы лечения?

Белла тяжело вздохнула и сразу испуганно замерла в ожидании боли, но её не было. Внезапно пришло понимание, что кроме головы, небольшого участка спины ближе к лопаткам и двух небольших зон на правой руке, у неё ничего не болит. Дискомфорт в теле ощущался, как будто её недавно волокли по земле, но именно боли не было нигде, кроме всего лишь четырёх зон, да и те не сказать, чтобы болели действительно сильно. Даже катетер, явно стоящий в сгибе левой руки, не причинял боли, хотя и как-то странновато ощущался.

Белла осторожно подняла правую руку вверх, чтобы посмотреть, что именно болит в зоне предплечья и увидела белую повязку из нескольких слоёв бинта.

Собственный визг удалось оборвать через долю мгновения после того, как тело вновь попыталось завизжать. Короткий тихий писк всё же успел вырваться.

Рука была не её, это и вызвало панику. Тонкая явно детская рука с лёгким едва заметным загаром. Пожалуй, не будь сама Белла белокожей, она бы этот загар и не заметила, настолько слабым он был. Но ладонь на поднятой руке была лишь чуть-чуть более розоватой, чем ладони родного тела Беллы.

Понимание, что она оказалась в другом теле, пришло мгновенно и даже не казалось совсем уж странным после того, как она видела активно двигающееся собственное тело с явно чужой душой внутри. Белла мысленно прокручивала свои последние воспоминания и невольно потянулась к шее. Цепочки с кулоном на шее не нашлось, как и чего-либо иного, кроме ворота больничной рубашки, но рука осталась на том месте, где раньше был кулон, пока Белла предавалась своим мыслям.

Неожиданно близко к входной двери палаты раздались приближающиеся голоса, дверь распахнулась и в комнату стремительно вошли две женщины и двое мужчин.

- … право видеть свою дочь! – Громко закончила произносить свою фразу молодая стройная женщина с красивым золотистым загаром, каштановыми волосами средней длины, округлым лицом, большими голубыми глазами, полными губами и острым подбородком. Она была одета в странного фасона синие штаны и приталенную блузку с коротким рукавом.