Избежать развода. Влюбить мужа

Глава 4. Безумный брачный контракт

Феликс

Какая она невыносимая! Принцесса, выросшая с серебряной ложкой во рту, думает, что вокруг сплошные единороги. Видимо, и меня приняла за сказочного принца, когда услышала о предложении. Хрен там, у нас тут суровый реализм.

Совершенно не следит за языком! Не думает, о чем говорит! Невыносимо!

Со злости ударяю грушу – не зря ведь повесил ее у себя в спальне, чтобы было на чем срывать эмоции. С новой «женушкой», чувствую, от груши не останется и следа. Хотя в одном ледышка права – жить в такой атмосфере невозможно. Если мы в первый день так собачимся, если она с первой же ночи попыталась диктовать свои условия, однажды я могу просто взорваться. Если бы не договор с ее отцом…

Вот, кстати, и звонок от него. Так и хочется спросить: «Да, Егор Васильевич, ваша ненаглядная уже успела на меня нажаловаться?» Плевать. Я и не обещал ему, что брак будет счастливым, а он, если уж говорить честно, от меня этого и не требовал.

– Алле, – как можно спокойнее отвечаю я.

Егор Холод рассказывает о чем-то, и до меня с трудом доходит смысл сказанного. Завтра кто-то приедет? Психолог?

– Это не совсем психолог, – поправляет Егор Васильевич. – Но женщина знающая. Слушайте ее советы, и всё станет чуть легче.

Интересно, что должно стать легче? Что изменится? Его дочурка, выросшая на всем готовом, вдруг научится включать голову? Обрежет свою золотую пуповину, связывающую ее с папашей? Бесит!

Избивание груши превращается в полноценную тренировку, и меня потихоньку отпускает.

Пусть приходит кто угодно. Я даже попробую играть по правилам этого недопсихолога, это все равно не изменит моего истинного отношения к девушкам, подобным моей женушке.

***

Маргарита

Наши «медовые выходные» занимают всего три дня. По сути, мы взяли это время на переезд и чтобы хорошенько отдохнуть – по крайней мере, у меня была именно такая цель. Разумеется, я и не рассчитывала на любовные утехи (да они мне и не нужны, тем более с таким придурком!), и это, похоже, было взаимно. Про медовый месяц не шло и речи даже на этапе обсуждения свадьбы. У меня слишком много работы, чтобы можно было отлучиться сразу на целых 30 дней. С некоторых пор отец стал перекладывать на меня всё больше обязанностей.

Когда на третий день приехала гостья, Феликс не удивился. Видимо, отец предупредил его, что кого-то пришлет, и мы встречаем женщину в гостиной, разойдясь, как боксеры, по разным углам: я стою «в левом углу ринга», возле входа на кухню, а Феликс по-царски восседает возле окна, закрытого огромными темными шторами. Как выяснилось, в светлые дни шторы все-таки открываются, но не все – только если в комнате кто-то долго находится.

Оскар вводит гостью в гостиную, и она на миг застывает, оглядывая нас. Довольно взрослая женщина в строгом темном костюме, в очках и с по-учительски собранными волосами. Немного похожа на доцента нашей кафедры в универе. Ее строгий голос пронзает гостиную:

– Новобрачные, как я понимаю?

Ее взгляд пересекает комнату и блуждает от меня к Феликсу и обратно. Похоже, она не слишком удивлена.

– Меня зовут Ольга. Обойдемся без отчеств. Представьтесь, пожалуйста.

Ну точно, училка. И нотки менторские.

– Маргарита Холод, – первая говорю я.

– Феликс Жаров, – следует моему примеру муж.

Я не брала его фамилию. Пожалуй, это был единственный принципиальный момент в нашем соглашении.

– Холод и Жаров. Как символично, – бормочет Ольга и жестом просит нас присесть на диван перед креслом, в котором размещается сама.

Я смотрю на мужа – он не торопится покидать своего места. Я тоже не горю желанием сидеть рядом с ним.

– Молодые люди, я не хочу свернуть шею, разрываясь между вами. Хотя бы переместитесь в одну точку пространства, – просит Ольга, и мы наконец слушаемся.

Феликс занимает диван, широко расставляя ноги и закинув руки на спинку – показывает, что мне места на этом диване нет. Я встаю позади него. Ольга удовлетворенно кивает и достает из преподавательского портфеля какие-то бумаги. Исписаны мелким почерком, от руки.

– Егор Васильевич посвятил меня в ситуацию. Вы недавно поженились и не можете ужиться. – Она говорит утвердительно, не спрашивает. И далее тоже: – Вы друг другу не нравитесь. Не буду узнавать причины брака, это совершенно не мое дело. В современном мире существует множество соглашений, на них строятся отношения. И в бизнесе, и в браке. Вы допустили ошибку, молодые люди. Заключили контракт, не обговорив взаимовыгодные условия.

Ольга отрывается от бумаг и смотрит на Феликса и меня.

– Вы оба причастны к бизнесу. Скажите, когда вы договариваетесь о поставках, вы ведь обговариваете условия доставки? Вас бы не устроило, если бы… – она подглядывает в бумажку, видимо, выискивая информацию о нас, – … если бы замороженный лосось подвезли к ресторану и вывалили на асфальт у входа?

Это был камень в мою сторону – ресторанный бизнес. За этим последовал удар в Феликса:

– Или если на заправочную станцию привезут топливо и выльют его прямо на землю. Это бы вряд ли вас устроило, не так ли?

Мы оба молчим. Я, честно говоря, еще не очень-то понимаю, к чему она клонит, и Ольга продолжает:

– Так же и в брачных договорах. Вы наверняка составили брачный контракт, не так ли? Но это лишь финансовая формальность, путь спасения на крайний случай. Есть еще и общие правила сосуществования. Если вы не способны понять негласные правила, их можно огласить. С этого мы и начнем. Феликс, существуют ли правила быта, которые вы хотели бы установить в вашем браке?

– Да. Чтобы она, – он кивнул через плечо на меня, не оборачиваясь, – не говорила со мной. Особенно о всякой ерунде.

– Ваша очередь, Маргарита, – просит Ольга. Что это значит? Идиотское требование Феликса ей кажется приемлемым?!

– Хочу завтракать, обедать и ужинать отдельно от него! – в сердцах говорю я, лишь бы позлить мужа. Он отвечает таким же бредовым требованием: