Избежать развода. Влюбить мужа

Глава 7. Золотая рыбка

Ольга пришла так же внезапно, без объявления, как и в прошлые выходные. Мы с Феликсом уже ждали ее – сидим в гостиной, заняв оборонительные позиции. На этот раз я успела занять диван, Феликс же принес себе стул из столовой, уважительно оставив кресло гостье.

Ольга осматривает нас пристально, вглядываясь. Потом стреляет глазами на наш преобразившийся контракт, ставит свою сумочку рядом с креслом и садится.

– Похоже, наш эксперимент идет удачно. Маргарита, Феликс, что скажете?

– Ну, мы не убили друг друга на этой неделе, как я ожидала, – отвечаю я.

Суровое лицо Ольги даже не пытается улыбнуться. Ну типичная училка, не понимающая юмора!

– Я не о том, – серьезно говорит она. – Вы начали искать способы ужиться. Вижу, даже внесли поправки. Давайте-ка посмотрим…

Она все-таки снимает наш контракт со стены и садится обратно, читая.

– Давайте обсудим, почему вы решили убрать именно эти пункты. Вы же договаривались об этом?

Мы с мужем одновременно киваем. Он не проронил сегодня ни слова. Настроение у него все хуже с каждым днем. Уж не я ли тому виной?

– Феликс, вы вычеркнули пункты «приносить сок после тренировок» и «молчать». Почему именно их? – спрашивает Ольга.

Прежде чем ответить, муж недовольно поворачивает голову в сторону психолога – до этого он смотрел в стену и вообще будто бы не заметил, что она пришла.

– Потому что хочу слышать голос моей прекрасной жены каждый день, – говорит он таким тоном, что даже последний идиот на земле понял бы: вранье. Ольга тоже поняла, и потому просит:

– Отвечайте серьезно.

– Мы живем вместе. Если в ванной прорвет трубу, Марго придется играть со мной в «крокодила», чтобы рассказать об этом. Не хочу, чтобы дом затопило.

– А сок?

– Не хочу портить себе настроение после тренировки.

Ну и ответы. Лучше бы вообще ничего не говорил.

– А вы, Маргарита? – Ольга поворачивается ко мне. Ее что, устроили ответы Феликса? – Вы разрешили не называть себя «душенькой», и Феликс больше не обязан выставлять фотографии в социальных сетях с вами. Почему?

– Потому что он худший фотограф во вселенной, – говорю я, игнорируя первый пункт, и Ольге вновь этого достаточно.

Она кладет на стол наш контракт и продолжает сеанс:

– Вы друг другу не нравитесь, это факт. Но первый шаг к примирению сделан. Признаться, не думала, что тут такой запущенный случай… – это она бормочет себе под нос, но мы все равно слышим. Потом Ольга говорит громче: – Эти пункты все еще остаются. Но предлагаю составить еще один список, хотя бы устно. Феликс, вижу, что вам даже находиться с женой в комнате тяжело. Хотите рассказать почему?

Мой муж едва проявляет интерес ко всему происходящему. И все же он здесь сидит, не забил на встречу, не проспал, не занялся своими делами. Почему?

– Она несносна.

– Конкретнее.

– С ней невозможно разговаривать.

– Это следствие, – давит Ольга. – Назовите причину.

– Мы с ней разные, вот причина, – выплевывает Феликс правду. – За нее все в жизни решали, она пальцем о палец не ударила, чтобы хоть чего-то добиться. Я не могу уважать человека, который ничего не умеет.

Я уже собираюсь возмутиться, но Ольга прерывает меня коротким взглядом, и я замолкаю на полуслове. И чего я так ее боюсь? Слишком властный взгляд. Как у моего отца.

– Правильно ли я понимаю, Феликс, вам кажется, что Маргарита ничего не может самостоятельно?

– Нет, не правильно. Мне не кажется, я это точно знаю.

Ольга молча берет наш контракт и делает там какую-то пометку, потом обращается ко мне:

– А вы, Маргарита? Почему Феликс вас раздражает?

– А что, так разве не видно? Посмотрите, как он себя ведет! Он ведь даже не пытается ничего наладить. Спрятался в свой домик, ощетинился, и даже если бы я вдруг воспылала к нему любовью… а это не так! Но если вдруг – он бы даже этого не заметил.

– То есть ваше неприятие – это всего лишь защита? – Ольга смотрит на меня, чуть склонив голову.

– Да!

– И если бы, как вы выражаетесь, Феликс бы вдруг «воспылал к вам любовью», все бы наладилось?

– Вот еще! – бросаю я быстрее, чем успеваю подумать.

Хм. А вот это уже интересно. Не до этого ли она пытается докопаться в моем подсознании? Что-то в Феликсе не нравится мне, и дело даже не в его поведении – хотя оно, конечно, ужасно.

Возможно… признаваться себе в этом не хочется, но он прав. За меня всегда все решали другие. В основном – отец. И в этот раз, пусть он и спросил моего согласия, но ведь решилось все без моего участия. Это отец как-то нашел Феликса, это они вдвоем, без меня о чем-то договорились, и вот я замужем. Да, я не сопротивлялась. Но если бы попробовала возразить – неужели бы меня послушали?

В душе стало пусто. Вот он, корень всех проблем. Я всю жизнь пытаюсь доказать, что чего-то стою, но даже в самом серьезном своем поступке – в замужестве! – я не принимала участия. Так, пришла на церемонию, нарядилась в невесту, изобразила подобие счастья. Этого всего могло бы и не быть, я могла бы сопротивляться и отказываться, но отец бы нашел способ на меня надавить. Я настолько к этому привыкла, что даже не попыталась сопротивляться. Какая же я жалкая…

– У меня и свои дела есть! Почему я должен тратить на это время? – возмущается Феликс. Оказывается, пока я погрузилась в свои мысли, Ольга продолжила разговор с ним.

– Потому что вы пришли сегодня на встречу со мной, а значит, готовы что-то менять.

– Я пришел сюда, потому что это МОЙ ДОМ. Вы могли бы и не приходить, я бы все равно сидел в гостиной. Потому что захотел!

– Действительно? – Ольга почти издевательски выгибает бровь. – Что же вы до сих пор не позвали своего дворецкого, чтобы он выставил меня за порог?

– Отличная мысль, кстати. Оскар! – зовет Феликс. Оскар тут же появляется в гостиной. – Проводи нашу гостью.

– Нет, Феликс, вы можете ерничать сколько угодно, – отвечает Ольга, даже не пытаясь встать с кресла. – Вы пришли сюда. Вы позволили мне войти. Вы зачем-то слушали меня и следовали контракту всю неделю. Сейчас вы можете выставить меня за порог, но это не отменит всего, что вы уже сделали.