Избежать развода. Влюбить мужа

Глава 32. В последний момент

Паспорт, ноутбук, несколько вещей. Вот то немногое, что отправляется со мной в новую жизнь. Даже не пришлось докупать багаж. Усмехаюсь, заходя в здание аэропорта – еще недавно я точно так же ехала без багажа, зато с огромным зайцем, которого Феликс выиграл для меня…

Прочь мысли о нем!

Внезапное путешествие меня даже немного вдохновило, растормошило. Каких-то два часа, и мне будет уже не до ошибок прошлого. Найти квартиру, новое место работы. Впервые пройти собеседование. Доказать, что отец ошибался и что я на самом деле чего-то стою даже без его опеки. Ведь стою же, правда?

Наконец подходит моя очередь на регистрацию. Тяну документы… и тут мою руку перехватывают сбоку. Кто такой наглый? Поворачиваю голову…

– Феликс? – Я аж застываю от неожиданности. Что он тут делает?

– Ты никуда не летишь, – безаппеляционно говорит он и силой оттаскивает меня от стойки, хотя я сопротивляюсь.

– Отпусти! Это уже не твое дело, лечу я или нет.

– Это мое дело. Идем.

– Да отстань ты!

Я вырываю руку. Феликс выглядит невыспавшимся и злым. Я бы побоялась отказывать ему в другой ситуации, но не сегодня. Сегодня я такая же злая и невыспавшаяся!

– Я улетаю. Как ты вообще нашел меня? А впрочем, мне без разницы. Прощай.

Я пытаюсь вернуться к стойке регистрации, но Феликс больно хватает меня за плечо.

– Не улетишь, пока не поговорим.

– О чем? – уже не стесняясь кричу я. – О том, как вы с папой сговорились у меня за спиной?!

– Поначалу так и было, но потом…

– Девушка, у вас проблемы? – подходит местный охранник. Феликса это нисколько не смущает, он даже не отпускает моего плеча, будто я его собственность!

– Никаких проблем, – отвечает он за меня. – Просто моя жена слегка вспылила.

– Я не вспылила. У меня праведный гнев! И вообще, как выяснилось, я тебе уже не жена.

– Попрошу все конфликты решить за пределами аэропорта, – сурово говорит охранник.

Я ожидала, что хотя бы это успокоит Феликса, но он неугомонный – наклоняется, подхватывает меня и закидывает на плечо, как какой-то мешок.

– Мы уже уходим, – спокойно отвечает Феликс и шагает к выходу.

– Пусти! Пусти, ты, идиот! – Я пытаюсь бить его по спине, но это что слону дробина. – Охрана, помогите! – пытаюсь докричаться, но даже тот бравый охранник не решается перечить Феликсу. Похоже, испугался его комплекции и только обрадовался, что Феликс тащит меня подальше отсюда. Вот это охрана, блин!

Когда выходим из аэропорта, Феликс ставит меня на ноги, но продолжает держать за руки, чтобы не убежала. Я хочу высказать ему все что думаю, но натыкаюсь на его взгляд – ледяной, смотрящий прямо в душу. Таким же ледяным тоном Феликс говорит:

– Я идиот, да. И предатель. И много кто еще. Но ты решила уехать, даже не поговорив. Сегодня мы это исправим, а потом, если пожелаешь все равно улететь, я сам куплю тебе билеты. Идет?

Можно подумать, у меня есть выход! Кажется, будто если сейчас откажусь, Феликс не послушает и силой дотащит меня до машины и увезет в багажнике. А тут никто даже не вступится за меня.

– После разговора ты отпустишь меня, – медленно говорю я. – Обещай.

– Обещаю.

Я нехотя киваю, и Феликс отпускает мои руки. Он идет к машине, и я иду за ним, как послушная собачка. Какое же неприятное чувство! Опять за меня все решили. Черт возьми, когда же это закончится?!

Мы садимся в авто, и я ожидаю, что Феликс начнет оправдываться. Вместо этого он заводит двигатель, и мы трогаемся с места.

– Эй, мы договаривались только на разговор. Куда ты меня везешь?

– Увидишь.

– Ты… Ты…

У меня просто нет слов, чтобы выразить все, что на душе! Или, кажется, наоборот, слов так много, что они сначала застревают в горле, а потом выплескиваются беспрерывным потоком:

– Вы с папой – предатели! Как вы могли? Рестораны продумывала моя мама, она вложила в них душу. Чтобы что? Чтобы потом два придурка поделили их между собой? Чтобы мной, как какой-то купюрой, расплатились за наследство? Почему папа вообще на это пошел? С тобой-то все ясно. Мне из каждого утюга намекали и кричали: Феликсу ни черта в жизни не нужно, кроме денег. Он душу дьяволу продаст, только бы побольше сгребсти, отхапать кусок посочнее. Ну пусть бы ты даже подписал тот договор – ладно, для тебя это ничего не значит. Но к чему эта нелепая актерская игра? Феликс… Я-то думала, между нами все по-настоящему. Зачем ты притворялся? Оставался бы до конца дьяволом во плоти, материл бы меня каждый раз при встрече, называл бы любыми словами. Так нет, решил изобразить любовь…

На последнем слове я окончательно выхожу из себя, и по щекам начинают катиться злые слезы.

– Ты же все делаешь ради выгоды. Сам десятки раз говорил, что не умеешь проигрывать. Так зачем ввязался и в эту игру? Чтобы позабавиться со мной?

– Нет, – коротко отвечает Феликс. Он неотрывно смотрит на дорогу, сосредоточен на ней настолько, что даже не отвечает на мои нападки. Не пытается оправдаться. Это бесит больше всего!

– Я ведь говорила тебе, как для меня важно то, что сделала мама! Это, можно сказать, последнее, что от нее осталось. И ты забрал это себе! Я ведь правда думала, что у нас все может получиться… Да скажи ты уже хоть что-нибудь!

– Ты… – Его голос дрогнул. С чего бы? У таких, как Феликс, не может быть сомнений в неправильности действий. Или может? – Твой отец сегодня в ярости.

– Потому что я уехала?

– Нет. Потому что рестораны встали. На работу вышло три калеки, остальные устроили бунт. Он звонил мне сегодня, разъяренный. Я бы даже сказал – в панике. Говорит, ты им что-то такое напоследок написала, из-за чего они всем коллективом решили тебя поддержать. Я ведь говорил, Марго, – Феликс бросает на меня короткий взгляд и тут же возвращается к дороге, – ты сама не понимаешь, на что способна. И Егор Васильевич не понимает. От этого все ваши проблемы.

Весь коллектив поддержал меня? Конечно, я предполагала, что пять-десять человек услышат мою просьбу, но чтобы почти все… По телу разлилось приятное тепло. Хоть кто-то меня поддержал!