Избранная 147/2: Завершение — 1

- 7 -

«Хоть поела, – держалась в голове мысль, пока я лёгкой трусцой преодолевала первые два квартала.»

Ветерок приятно обдувал кожу. Освободившиеся из заточения заколок и сложной причёски волосы, свободно развивались, местами прикрывая огрехи испорченной одежды. Подошву ног грело тёплое покрытие дороги. Туфли в руке стукались каблуками друг о дружку.

Тинхе жив.

Местами здоров.

На адаптации. Не все двадцать лет, а какую–то часть из них. Это объясняло, почему он не появлялся в Центре последнее время, но не объясняло, его отсутствие в первое.

Он должен был заглянуть. Хотя бы раз. Либо справиться о моём здоровье, если я была ему важна, либо чтобы позлорадствовать над богами, если это часть его безумной игры. Но пропасть совсем не мог.

«Мог, если его интересовала во мне только золотая магия.»

Нет, Тинхе больше не фанатик. Всё ещё не идеал, с которым можно познакомить родителей, но уже не та жуть, с которой опосаешься показаться в компании не слишком близких друзей.

«Родители»

Я зажмурилась, отгоняя размышления о собственной семье.

Не сейчас, не готова. Вот, родители Тинхе более безопасная тема. С ума сойти!

Отец у Тинхе – отдельный вид психологического насилия. Он вернулся из дальней и очень долгой командировки. Из–за того, что его сын на адаптации? На какой–то очень сложной адаптации? Не ради же какой–то там лекции!

А эти его намёки. Ладно бы Лацию не понравилась лично я. Роднёй не вышла, лицом не вышла. Нет же, он в принципе не допускал у Тинхе отношений, которые могли бы перерасти во что–то серьёзное. Видите ли, его специально таким создали. Воспитали?

В мире, где вместо любви – симпатия, интерес и страсть, стоит ли удивляться?

Я остановилась.

Бряцнули застёжки туфель.

Предназначение может мне основательно потрепать память. Я проживу долго, но не всегда счастливо с мерзавцем, которого боги посчитали лучшим вариантом для роли отца Малыша, а Тинхе проживёт очень–очень долго и стандартно по–лэйтарски счастливо, поскольку, как и рассчитывал его отец, никаких эмоционально–близких доверительных отношений с леди у него не будет, ибо не программировали на то. И раз мой Враг на процедуру согласился (а такое происходит только добровольно), он сам желал избавиться от травмирующего события в виде меня.

Я постучала каблуком туфли себе по лбу.

Что–то не сходится.

Протокол гостьи. Если Тинхе решил со мной покончить – вычеркнул бы из протокола, чтобы даже сунуться на порог не смела. Не стал бы предупреждать лэй. С другой стороны, если бы хотел помочь, разве не оставил чётких и подробных инструкций, что делать и как с ним связаться?

«Ты постоянно забываешь, что прошло почти двадцать лет, а не два месяца.»

Чёрт, кольцо!

Это же главный лэйтарский гаджет. Лэйтарцы всё через него делают. Раздают приказы, с кем–то связываются, пишут заметки, творят заклинания.

– Как ты включаешься? Где у тебя рабочий стол с «иконками»?

Я ткнула пальцем в камень. Тот остался безмолвным и не подвижным.

С магией удачи мне везло как утопленнику, а без неё вовсе не было шансов. Конечно же кольцо Странника не работает. Наверняка заточено на активацию золотой магией. Вся Лэйтария на ней держится!

Солнце мягко скользило по коже. Голова грозила вот–вот разболеться. Я костерила себя на чём свет стоит. Вдоль улицы тянулись дома с красивыми фасадами, безупречной отделкой причудливых изысков, но всё в той же четко выверенной гармонии. Незаметно для себя я выбралась за пределы кварталов Странника.

Лэй в тогах, на манер древнегреческих, сменили наряды на цветастые шаровары, бренчащие украшения и узкие топы с вуалями, да расшитые туники. Претерпел изменения общий стиль ландшафта и архитектуры. Зелени на улице стало больше. Добавились фонтаны и яркие пятна извивающихся на деревьях лент. Звон украшений и ловцов ветра перекликался с цокотом копыт.

– Я на верном пути. – С некоторой неохотой опустила туфли, чтобы обуться.

Дальше поворот, аллея с прудом и… воздушная порт. Так обозначил конечную точку лэй из дома Тинхе.

Я вскинула голову вверх. В отличие от квартала Странника, где почти всегда царствовало чистое, насыщенных оттенков синего, небо, здесь оно было наполнено пушистыми светлыми облаками, медленно тянущимися к горизонту. Непривычно ухоженные, фигурные и невероятно мягкие, будто их штамповала специальная машина.

Вид завораживал.

– Раз, два, три, четыре, пять, – посчитала я количество шпилей длинного продолговатого здания с арками. На улице количество лэй заметно увеличилось, как и леди в их сопровождении.

Я поспешила нырнуть в одну из арок, опутанную зеленью, и тут же оказалась на высоком перроне.

– Матерь божья! – вырвалось у меня давно забытое восклицание. Я схватилась за ближайший столб. Долбанный край перрона заканчивался бездонным обрывом, никак не отгороженным от простых смертных.

Несколько обернулись в мою сторону.