Избранная 147/2: Завершение — 1

- 13 -

Я не падаю в обмороки.

Я закалена жизнью, врагами и богами. Я не кисейная барышня, чёрт побери!

Но я почему–то на полу у барной стойки, вокруг кровь, ливень за окном шпарит как сумасшедший, символы под потолком мигают душераздирающим сигналом «SOS», дверь содрогается от ударов, а Гера костерит меня и мой мир за то что вместо Избранной тот подсунул ему головную боль и что плачевное состояние Странника, это не ужасное стечение обстоятельств, а закономерное последствие. Что Тинхе необходимо пролечить хорошенько голову, раз он не распознал во мне гибель лэйтарской цивилизации.

В общем, всё мигает, шумит, стучит и ругается, а я явно пытаюсь оправиться от обморока и восстановить в памяти последние пять минут.

Нет, стоп. Мы уже решили, что в обмороки я не падаю. А раз я не делаю то, чего не делаю, против меня использовали магию. Так? Так. Кто? Конечно же, подлец Гера.

Ноги ватные. Рука болит. В голове свищет ветер и стучит дождь.

Нет.

Ещё раз. Дождь на улице, ветер в голове, а стучит…

Стучат в дверь.

Свет мигает огнем. Символы вспыхивают и тухнут. Вспыхивают и тухнут.

Стук в дверь всё сильнее.

Ещё кружочек и сначала.

Я на полу. Руки в крови. Рядом Гера. Он тоже в крови. Ругается. Не только на меня. В целом на ситуацию и, почему–то, на потолок. Поправка: на символы.

Хорошо.

В дверь стучат.

Плохо.

Меня ищут и кажется нашли. Но напуган почему–то Гера, который продолжает ругаться и при это методично стирает с моих рук и со своего лица кровь.

А в дверь стучат помним?

Помним. А чего не помним? Не помним, как мы ко всему этому пришли. Ведь в обморок я не падаю.

– Просто лечебное… – Это Гера бормочет сквозь ругательства.

Свет мигает. В дверь стучат. Кровь. Я на полу. Гера рядом.

Если коротко, то на лицо все признаки того, что мне пора линять.

Ноги дрожат, но я пытаюсь подняться.

Будто в фильме ужасов барашек на двери издаёт скрип и очень медленно поворачиваться.

Меня нашли.

Что мы там решили? Бежать, точно. А куда?

Балкон.

– А ну тише!

Гера вновь ругается, теперь на лэйтарском и без упоминания моей родни и родни Тинхе. Дёргает меня вверх, притягивая к себе

– Помалкивай, – шипит он, – или поголовье новообращённых лэйтарцев резко начнёт сокращаться. – Прошептал он, удерживая меня.

– Что случилось? – кое–как справляюсь с речью.

Гера рычит и щёлкает пальцами.

Свет неохотно тухнет, чтобы секунду спустя разлиться тусклыми дневными оттенками. Ручка двери опускается. Гера прижимает меня плотнее, обнимая так, чтобы скрыть те участки одежды, где кровь оставила следы. Прежде чем на порог ступает гость, полотенце летит на пол, скрывая крошево осколков.

В голове резко проясняется.

Я вспоминаю.

Мы всё там же. Гера у стойки, допивает остатки кофе, разглядывая тонущие каплях дождя туманные горы. Я возмущена его словами о себе и Тинхе. Потому что он врёт.

Конечно врёт.

Иначе быть не может.

Тинхе не могла задеть моя смерть. Просто потому что он в неё не поверил. Иначе, для чего протокол для лэй. Зачем здесь Алиса.

– Ложь. – Покачала я головой, приближаясь к Гере. – Очередная и бесполезная. Похвально, что в тебе сохранилось хоть что–то человеческое, если можно так сказать. Пусть даже речь о патриотических чувствах к собственному виду, и ты желаешь защитить его от такой ужасной заразы, как любовь.

Гера едва заметно поморщился.

– Случайно в стены ЗАВОДи лэйтарцы не попадают.

Я остановилась в нескольких метрах от мужчины, решая, сокращать ли дистанцию. В любой момент у Геры мог случиться сдвиг в мозгу, и мы снова оказались бы в ситуации, где я очень сильно «неправильно его пойму».

– Для того, кто здесь якобы добровольный гость, ты слишком много знаешь о тех, к кому могут попасть только близкие родственники.

Он пожал плечами, продолжая следить за каплями дождя, будто испугался, что его взгляд скажет больше, чем набор безликих слов.

– У меня сохранились некоторые связи в доме Адаптации. Я участвовал в создании ЗАВОДи на стадиях задумки и проектирования. Для меня немногого стоит получить доступ к личной информации. – Гера сделал глоток и снова поморщился. Не от вкуса кофе. – Как бы тебе объяснить. Странник на последнем этапе деструкции. Его мозг, память, архитектуру сознания разобрали на составляющие. Прошлись по каждому блоку, заменяя всё сломанное, испорченное и несоответствующее изначальной задумке. Или, по крайней мере, пытаются это сделать. Потому что к этапу восстановления они не могут перейти уже очень долго. А это плохо Дробь. Это значит, что им приходится разрушать его сильнее, чем требуется.