Избранная 147/2: Завершение — 1

- 15 -

Видение, переданное Герой, мало походило на мой прошлый опыт передачи мысленной информации. Это было больше похоже на озарение или вспышку в памяти: будто я сама сотни раз проходила по этим коридорам. Вероятно, именно таким образом лэйтарцы общались с лэй, отдавая приказы, – безмолвно, минуя формулировки и лишние слова, передавая чистые мыслеформы.

Я буквально помнила, как Гера в тишине ночи пробирается по извилистым коридорам, а когда впереди мелькали тени или слышался шаг мягкой и удобной подошвы специалистов адаптации нырял в потайные ниши. Сейчас они предназначались для лэй, но когда–то – о чём нынешние хозяева Заводи (и нет, выделять это название заглавными буквами вовсе не обязательно) предпочли забыть, – эти укромные места принадлежали Незыблемым.

Гера проектировал один из основных центров адаптации на совесть. Повсюду расставлены уловители магии: Заводь строилась для сдерживания сил любого масштаба. Единственный, кого здесь было не удержать, по прикидкам лэйтарца с кофейными глазами, – Первого из дома Непознанного. Точнее, Первую (спасибо за подробности, Гера, но зачем ты их хранишь?). Её изыскания в магии уходили далеко за грань понимания главного архитектора. Сам он нашёл лазейку в собственном творении случайно, когда увидел, во что превратили его любимые пропитанные тоской переходы, так напоминавшие пещеры Центра.

Гера знал о местах, где адаптологи любили перекинуться парой слов, а хитрое расположение вентиляций и магических потоков, доносило голоса в ложи, переделанные под места хранения хозяйственных принадлежностей.

– Она не покидала территорию.

– Тогда почему её до сих пор не отследили?

– Лэй доложила: на ней было «мёртвое кольцо».

– Но данные считались. Украдено?

– Подай запрос в дома Архитектоники, Непознанного и в Снабжение. Да во все дома. Я понятия не имею, как это вышло… И, честно говоря, мне немного (очень сильно!) всё равно. Видел, что там внизу?

– Очередная Леди устроила скандал?

– Не очередная. Та самая.

Слушая разговоры, я копалась в шкафах, выискивая униформу наподобие той, что носили лэй из технической комнаты наблюдения за Тинхе. Потом накинула халат поверх платья. Ткань асфальтового цвета пахла высушенными на солнце травами. Волосы пришлось скрутить и спрятать под платок – слишком они выделялись. Да, я переодевалась в лэй. Проверенный способ. Адаптологи ищут леди.

Достав из ящика стопку полотенец и флакон пахучего масла, я вытащила из него пробку и вышла, стараясь подстроиться под торопливый ритм снующих вокруг парней и девушек.

Свет здесь был ярче. Фигуры чётче. Лэй суетливее. Но всё это было отточенным механизмом, не знающим пауз и передышек. Гера ходил здесь не раз. Форма лэй скрывала и его от доставучих специалистов (на самом деле – от одного конкретного, остальные его особо не раздражали).

Коридор заканчивался желанной лестницей. Пара сотен ступенек вверх. Я уже видела впереди нужную арку, когда тень в нише качнулась и отделилась от стены.

– Ты так предсказуема, – раздался холодный, режущий слух голос. – Я просто не понимаю, какой такой уникальностью он постоянно восхищался.

Да, адаптологи ищут леди. Алиса – меня.

– Если бы понимала, мы бы вряд ли стали такими закадычными подружками, как сейчас.

Она стояла прямо на пути, перекрывая лестницу – мою последнюю преграду. Свет магического уловителя над её головой безжалостно высвечивал идеальную осанку и презрение, которое она больше не считала нужным прятать под светской маской. Хотя кому я вру? Там, на перроне, она тоже не особо утруждала себя притворством.

– Платок и хомоноги. Стопка полотенец для чужого этажа. Туфли в уличной грязи, – она сделала шаг вперёд, и в её руке хищно блеснул изгиб кнута. Вот совсем неудивительно, что бывшая Избранная утащила его у кого–то из адаптологов. – Коридоры лэй. Старый трюк. Мы не в цирке, идиотка.

– А вот сейчас обидно было, – я остановилась, сверля взглядом лестницу за её спиной.

Хомоноги. Значит, так называются эти халаты. Будем знать. А обувь… Эй, я же старательно вытирала подошвы! Почему никто не ценит моих усилий?

Алиса перехватила рукоять кнута молниеносно – так же быстро, как опытный стрелок выхватывает револьвер или мастер сплетает заклинание. Она не собиралась звать стражу. Она хотела всё сделать сама. Взять реванш.

Выпад был резким: кожа свистнула в сантиметре от моего плеча, распоров серую ткань халата (простите: хомоноги?). Я едва успела отпрянуть, прижимая стопку полотенец к груди, словно щит.

– Вот не поверю, что Тинхе поручил тебе избить меня и сдать адаптации.

Её глаза блеснули неистовой и по–своему прекрасной в своей искренности злобой. Алиса не понимала, чем Тинхе восхищается во мне. Я же, глядя на неё, никак не могла взять в толк: почему они до сих пор в такой крепкой связке?

Девушка медленно перехватила кнут, гася инерцию. Кончик кожаного хвоста змеился по плитам, выбивая из них крохотные искры – магический уловитель (смесь символов) над нами едва заметно загудел, реагируя на заряд в оружии.

– У любого приказа найдётся несколько интерпретаций, – выдохнула она.

– Стой! – я попятилась. – Многое изменилось. Я уже не та, что в нашу первую встречу.