Избранная 147/2: Завершение — 1

— 6 —

Первым делом мозг ухватился за фразу Солярис. Одного Лация не могли величать «всей семьёй».

Я замешкалась на секунду, выискивая в зале второго родственника и тщетно пытаясь разглядеть его черты в Альдере или Моник. Меньше всего мне хотелось верить, что речь шла о Ки-Нэй. Она казалась слишком… юной. Впрочем, как оказалось, внешность здесь делалась по заказу, а биологический возраст подбирался по настроению, сезону или текущей должности.

Сестра?

Мачеха?

Лаций протянул руку — властным жестом хозяина, не привыкшего ждать. Ки-Нэй тут же разжала пальцы, выпуская мой локоть, и безропотно, почти механически шагнула к нему. В ярком, беспощадном свете зала её призрачно-пепельные волосы казались прозрачными, окончательно сливаясь с дымчатой вуалью платья. Рядом с массивным, заполнившим собой всё пространство Лацием она выглядела как зыбкое видение, готовое развеяться от любого резкого звука.

Солярис презрительно хмыкнула и, кажется, собиралась прокомментировать мизансцену, но по какой-то причине промолчала, поджав губы и вскинув острый подбородок.

Все вопросы о родстве отпали сами собой.

— И всё же я представлю вас друг другу, — непреклонно произнёс мужчина. Его тон не оставлял места для возражений. — Ки-Нэй — моя жена. В девичестве — из Дома Искусства. Мать моего единственного сына, Тинхе из Дома Исследователей.

Ладно. Вот теперь точно отпали.

Ки-Нэй на мгновение опустила взгляд. Её ресницы дрогнули, будто стыдясь чего-то потаённого и горького. Она стояла подле Лация, едва касаясь кончиками пальцев его расшитого изумрудами рукава, словно искала в его несокрушимой стати ту опору, которой лишилась давным-давно. Спустя миг это наваждение пропало и на красивом фарфоровом лице обозначилась невесомая улыбка.

— А эта неординарная особа упомянула, кем приходится нашему сыну? — продолжил Лаций, лениво повернувшись к супруге.

Он поправил манжет своего безупречного клетчатого пиджака, и янтарь в его перстне поймал блик, полоснув меня по глазам.

— Драгоценная? — позвал он, видя молчание Ки-Нэй. Голос его звучал мягко, но внутри явственно ощущался стальной стержень.

— Леди Дробь кем-то приходится Тинхе? — растерянно откликнулась та, неохотно взглянув на мужа.

— Гостьей с особым статусом, — произнёс он с такой очевидной издёвкой, всех тонкостей которой я не поняла, но общее оживление присутствующих это чётко подтвердило.

Ки-Нэй резко распахнула веер и с сухим шелестом сомкнула его обратно.

— Нет, не может быть. Как? Когда? Мне не приходили уведомления! Ты обязан предупреждать, Лаций, это важные изменения! Ты для этого вернулся? — требовательно вопросила она, но под взглядом мужа её голос дрогнул и сорвался. Она с коротким вздохом разочарования обернулась ко мне. — Леди Дробь, как же так?

— Это всё твои визиты, — отозвался мужчина, и его малахитовые глаза сузились, превращаясь в две ледяные щели. — Именно они вынудили его пойти против собственной природы. Что ж, драгоценная, довольствуйся плодами. Всё как тебе нравится. В лучших традициях дома Искусства.

Ки-Нэй вздрогнула, словно от пощёчины, и её пепельные пряди качнулись, закрывая лицо. А я… я невольно поёжилась, чувствуя, как опустившееся напржение придавливает меня к полу.

— Боюсь, вы все были введены в заблуждение, — Альдер примирительно поднял ладони, стараясь разрядить атмосферу, в которой уже буквально искрило. — Вы здесь для разных целей. Хотя я рад сообщить вам обоим, раз представилась подобная возможность: сегодня мы достаточно успешно сменили курс лечения Тинхе. И не без помощи… особой гостьи. — Альдер произнёс это, странно выделив последние слова, будто делая невидимую пометку в воздухе. — Мы уже получили первые обнадёживающие результаты...

— Моя супруга вновь пытается подать ходатайство о возвращении в столицу? — холодно перебил его Лаций, игнорируя успехи адаптационного лечения. — Она скажет, что это ради присмотра за сыном, но прошу вас, Альдер, не верьте этой показной сентиментальности и не идите на снисхождение.

— Странник Лаций… — пробормотал адаптолог, явно не желая лезть в этот семейный ад.

Хотя, спрашивается, почему он докопался до меня со своими стандартами «нормальности», когда перед ним два таких замечательных, абсолютно неадаптированных к семейной жизни персонажа?

— По крайней мере, я навещаю его при каждой возможности! А что делаешь ты? Кроме своих бесконечных исследований Горизонта и триумфальных лекций, так «удачно» совпадающих с моими визитами в ЗАВОДЬ? — вспыхнула Ки-Нэй.

— Мой сын не нуждается в визитах. Он вообще ни в ком не нуждается, — отрезал Лаций.

Он медленно повернулся ко мне, и его «иномирная чуждость» хлестнула по нервам, как холодный ветер. Я инстинктивно попятилась и неожиданно вспомнила о манерах.

А не пора сообщить, что я чувствую себя неловко и готова позволить им всем тут уединиться, путём моего протискивания в прекрасный мерцающий портал, маячащий прямо за их спинами?

— Разве что… Леди Дробь, напомните, в каком статусе вы находитесь в Оси?

Резкий хлопок заставил всех встрепенуться.

Моник, стоящая позади Альдера, ещё раз щёлкнула взвившимся хлыстом, призывая к порядку. Лаций недовольно дёрнул скулой и холодно процедил: