Избранная 147/2: Завершение — 1

— 14 —

Потоки воды и пены, хлеставшие сверху, окутали возникший силуэт плотным белёсым туманом, но эту ауру невозможно было перепутать ни с одной другой.

Тинхе.

Пришлось встряхнуть головой, чтобы увериться, что передо мной не видение.

«Он не может быть здесь. Он остался у озера. Растворился в тумане беспамятства. Откуда он здесь? Какая-то ошибка. Морок?»

Лэйтария — не место для красивых историй о любви. И Тинхе не мог появиться просто потому что я в опасности, а он почувствовал это сердцем. Чёрт, я бы и в любом другом мире в такое не поверила. Во всех путешествиях за подобными совпадениями всегда пряталось либо Предназначение от богов, либо холодный расчёт Странника. А ни первое, ни второе происходить сейчас просто не могло.

Но это был Он.

В своей бездушной манере.

Всё ещё в белых одеждах, но с мечом в руке, с безразличием на лице и этой показной усталостью от рутины и от самой необходимости находиться здесь.

Странник стремительно оценил обстановку. Взгляд его чёрных глаз на секунду мазнул по мне, босой и мокрой, перевёлся на Алису, сжимающую сломанную руку, и окончательно зафиксировался на Гере с ножом. Архитектор улыбнулся невинно, но сказать ничего не успел. Тинхе легко крутанул мечом — движение чисто для острастки, — а потом, преодолев расстояние в два шага, выбил у мужчины нож, хлёстко ударив плоской стороной клинка по запястью.

Какая-то дикая надежда, которую хотелось прибить с ноги, чтоб не мучилась, расправила крылья и отчаянно забилась в груди, болезненно ломая хрупкие косточки.

Алиса рядом тихо вздохнула.

— Как он здесь оказался? — прошептала я, собираясь подняться с пола, но девушка тут же дёрнула меня назад.

— Тссс..

Возможно, мне не стоило повиноваться. Наш незапланированный союз всё ещё не укладывался в голове. В последний раз подобное сотрудничество обернулась колоссальной аферой.

— Он же буквально пятнадцать минут назад медитировал на собственное отражение! — Продолжила я, пригибая голову. — Они годами его адаптировали, а тут — за одну минуту?

— Четыре часа, — напряжённо отозвалась девушка. В ней что-то изменилось. Незаметно, на уровне какого-то инстинкта, который она не могла контролировать. — Финальная точка была пройдена. Заложенная программа подчистила всё лишнее. Дальше только восстановление. — Она помолчала, не сводя глаз с мужчины в белом. — Он опытный Странник. Быстро оправится.

Я хотела спросить что-то ещё, но тут заговорил Незыблемый.

После нескольких показных выпадов, заставивших Геру уклоняться и неуклюже отступать в заблокированном от магии секторе, любитель кофе (который не я) раздражённо произнёс:

— В этот раз без длинных диалогов, да?

Меч Тинхе описал изящную дугу и упёрся Гере прямо в грудь.

— Нужно ли поддерживать светскую беседу с тем, кто варварски обращается с твоими вещами? — спросил Странник в своей лучшей манере абсолютного равнодушия. Когда он не притворялся и не применял все свои актёрские таланты, чтобы отобразить хоть какие-то испытываемые чувства.

— Я покусился на твоё имущество, и из-за этого ты устроил всё это представление — с шумом, пожаром и блокировкой? — хмыкнул Гера, косясь на сочащуюся кровью рану в плече.

Да, подобные действия вполне в духе Тинхе.

— Мне критически не нравится, когда кто-то ломает мои вещи, — спокойно произнёс мужчина… в белом. — А магию, насколько я помню, не рекомендуется использовать как в процессе адаптации, так и в самом здании Заводи. Всего лишь уберёг нас от лишних проблем.

Угу, типичный такой Тинхе-зануда.

— Как это работает? — пихнула я Алису в бок. — Что он помнит о Гере? Обо мне?

Алиса раздражённо мотнула головой. То ли «отстань», то ли «потом» — короче, «заткнись».

— Брось, я ничего не сделал с ней такого, чего бы она сама не хотела, — продолжил Гера уже в своей обесценивающей манере. — Женщины так непостоянны. К чему поднимать шум из-за ерунды?

Ой, а Архитектор не так хорошо изучил фанатика не в чёрном.

— У моей лэй нет своих желаний, — жёстко отрезал Тинхе. — Тем более относительно кого-то из лэйтарцев, кто лично мне неприятен.

— Ах… — выдохнул Гера, чуть-чуть расслабившись и, видимо, собирая в голове кусочки пазла относительно Алисы, причин поведения которой он не понимал. Лэй, которые нападают на лэйтарцев, — вряд ли рядовое происшествие. — Она твоя. Вот, значит, как…

Да, Тинхе пришёл не за мной.

Глупо было надеяться. И совсем я не расстроена, что мир такой, каков он есть. Нет. Просто устала. Проголодалась. Промокла.

Я на мгновение прикрыла глаза, подставляя лицо моросящей воде опрыскивателей.

— А врала, что не помнит, — в моём голосе, вопреки всем стараниям, проскользнула горькая обида. Я посмотрела на Алису. — Тинхе пришёл за тобой.

— А он и не помнит, — глухо отозвалась Алиса.

Казалось, она должна была ликовать. Тинхе пришёл за ней. Он спасал её. Назвал своей. Но девушка была бледна как мел, и дело было вовсе не в покалеченной руке. Она знала то, чего я ещё не понимала в силу своей человеческой логики.