Избранная. Да сбудется пророчество

ГЛАВА 27. История Юрия

Я видела, что он переживает и не знает с чего ему начать.

— Можно я начну с самого начала, как попал к дяде на воспитание? — спросил он.

— Конечно. Если ты считаешь, что нужно начать именно с этого то, пожалуйста.

Юрий с легкостью выдохнул и начал.

— Когда мне было десять лет, мои родители переехали в другой город для заработка. А меня отправили к дяде, чтобы он присматривал за мной. Несколько лет все было хорошо. Родители приезжали на выходных и привозили много продуктов и денег, часть из которых давали они дяде. На эти деньги дядя устроил меня в школу Ордефлейк. Я учился там, пока позволяли деньги родителей. Дядя тем временем устроился пастырем в местном соборе. Прихожане любили его службы и часто вносили пожертвования, пока дядя не начал поклоняться Кельтакию. У дяди была своя семья жена и дочь. Но однажды я пришел со школы раньше, чем должен был, и увидел, как он стоит над их мертвыми телами. Я сразу принялся звонить в скорою и полиции, но его не стали садить. Даже сняли обвинения против него, публично извинившись перед ним. Я не верил, да и сейчас не верю, что он не причастен. Он уже много лет пытался воскресить своего бога, но у него все было возможностей. В одни из выходных мои родители не смоли приехать и передать деньги. Сославшись на то, что сейчас не урожай овощей, и прибыли им хватает только на них двоих. Дядя тогда сильно разозлился и первый раз меня избил. И каждый месяц, как не было вестей от родителей, он избивал меня.

На этих словах он замолчал, я видела, что он словно заново проживал все это. Предательство родителей и дяди. Смерть его тети и сестры. Я положила свою руку ему на колено и сжала его.

— Ты не должен мне этого рассказывать, если не хочешь, все это вспоминать. — сказала я.

— Нет, я должен. После каждого раза, когда я был избит, я убегал из дома и напивался. Начал прогуливать занятия, и педагоги с учителями начали жаловаться директору Арону, что я скатился ниже некуда. Он сначала пытался меня угомонить, внушить, что все будет хорошо. Только я тогда никого не слушал. Тогда дяде пришлось меня перевести в твою старую школу. Через время он встретил твою маму. Я думал, что он поменялся. Что забыл про своего этого бога. Но когда он увидел тебя, то как-то понял что ты та самая избранная.

Юрий окинул взглядом на мой узор на руке, и продолжил.

— Надин и я пытались ему внушить, что это не ты. Но он и слушать не хотел. Он пойдет на все, чтобы Кельтакий его взял своей правой рукой.

— Но Кельтакий не будет брать его правой рукой! — возмутилась я.

— Это я знаю. Но мой дядя пешка в игре Кельтакия. С последнего твоего приезда сюда, он спрятался в твоей бывшей комнате и пропадал там дни и ночи. Но как-то он вышел оттуда и был сильно зол. Он хотел снова всю свою злость выместить на мне. Но Надин, заступилась за меня. Она встала между нами, как раз в тот момент, когда он замахнулся на меня. И вся сила его удара прошлось по ней. Ее отбросило в сторону. И она не сверхсущество. Удар пришелся ей сильнее. Она не очнулась. Прости! Это я виноват….

Услышав правду, о смерти моей мамы я встала с места и на автомате направилась к выходу из дома. Я никого не слышала вокруг себя. На улице уже вовсю светила полная луна. Легкий ветерок привел меня в чувство, что я даже не заметила, как  пришла в местный парк. Присев на лавочку я закрыла руками свое лицо, и заплакала.