Избранная, или Любовь океана

Глава 12. Спасение

Его густые янтарные глаза вселяли страх. Тело зверя, окрашенное в темно-пепельный цвет с нечеткими красными пятнами, было неподвижно. Существо напоминало рысь, но было гораздо больше.

Казалось, я должна бежать, искать спасения, звать на помощь, но нет. Ничего из этого. Оллин прав: живой мне не выбраться. Я опустила руки, закрыла глаза. Из пасти зверя донеслось радостное рычание — он предвкушал отличный ужин. По моим щекам потекли последние слёзы. Во мне больше не было сил бороться.

Я услышала, как животное застучало лапами о землю, словно разгоняясь. Он тоже был готов. Треск сучьев под его лапами дал мне знать, что он совсем близко. Я открыла глаза. Он не бежал — он неторопливо и задумчиво обходил меня кругами, сверкая белыми клыками. Я уже не смотрела ему в глаза. Дыхание зверя было тяжелым, каждый его выдох ощущался на моем теле волной теплого воздуха.

Вдруг он резко остановился, и раздался оглушительный рык. Я перестала дышать от навалившегося ужаса. Зверь встал на задние лапы и передними навалился на меня. Я упала и закричала. Только сейчас, в последний момент, я начала вырываться и биться. Слезы застилали глаза, не давая видеть его. Животное грозно рычало, а потом широко разинуло пасть. Я впилась обеими руками в его горло, пытаясь просунуть ногти сквозь густую шерсть под кожу, но ничего не выходило. Тогда я схватила его за шею и попыталась задушить, сжимая пальцы изо всех сил. Он зарычал еще громче, и его пасть оказалась так близко к моему лицу, что я поняла: еще минута — и я мертва.

Неожиданно зверь издал тонкий, пищащий звук и всем телом рухнул на меня. Он замер. Моё лицо забрызгало его кровью, она медленно стекала на шею. Бордовая жидкость хлестала из раны слишком быстро, и через секунду я оказалась в луже крови.

Я не понимала, что происходит. Руки начали бешено дрожать. Я попыталась сбросить тушу с себя, но ничего не вышло — я слишком ослабла. Тело била крупная дрожь, словно в конвульсиях. Я ничего не могла сделать, руки не слушались. Кажется, я даже не кричала… или кричала? Я не понимала, что со мной. Взгляд скользнул по шее зверя. И тут я поняла, что заставило его упасть. Кинжал. Он прочно торчал из упругой шеи хищника.

Голова закружилась, перед глазами всё поплыло. Всё произошло за считанные секунды.
— Мия! – услышала я голос, от которого мне становилось легче, где бы я ни была.

Оллин одним движением сбросил зверя с меня. Все моё тело было покрыто кровью существа.
Я смотрела на него сквозь красноватую пелену. Ярко-голубые глаза, которые не раз являлись мне во сне; губы, которым стоило только растянуться в улыбке, как хотелось улыбнуться в ответ; сильные руки, которые без труда могли выкопать яму в каменистой земле.

Он бережно поднял меня и крепко сжал в объятиях. Я не стояла на ногах, мне и не нужно было: Оллин держал меня так, что стопы едва касались земли. Я обвила окровавленными руками его шею. Его руки надежно обхватили мою талию, его тело плотно прижалось к моему. Я чувствовала, как вздымается его грудь от тяжелого дыхания, слышала, как бешено колотится его сердце — оно пропускало удары, впрочем, как и моё. Мы стояли так, пока до нас не дошло, как сильно мы дорожим друг другом.

— Мия, — нежно выдохнул он моё имя.

Оллин ослабил хватку, и я твердо встала на землю. Стоять было уже легче, ноги всё ещё дрожали, но я держалась. Оллин плавно выпустил меня из объятий и обеими руками аккуратно приподнял моё лицо, заглядывая в глаза. Его горячие ладони согревали мои заледеневшие от страха скулы. Он большими пальцами стер кровь с моих щек — так заботливо и внимательно. Я положила руки на его талию, на его теплую обнаженную кожу.

— Мия... — его темно-голубые глаза заблестели. Даже сейчас, в крови и грязи, он был прекрасен. — Прости меня.

Это было всё, что он смог сказать. И только сейчас ко мне начало возвращаться осознание происходящего. Я поняла, что всё это время безостановочно всхлипывала. Ко мне вернулась энергия, та самая злость, которая помогала мне выживать.

Всхлипы не прекращались, как и слёзы.
— Не трогай меня! – обиженно закричала я, колотя кулаками в грудь Оллина. – Зачем ты пришёл?!

Он ничего не ответил, только снова крепко прижал меня к себе, словно пытаясь спрятать от всего мира. Мне не было больно, скорее приятно, но я продолжала бить его, пока не поняла, что это бесполезно. Я сдалась и крепко обняла его в ответ.

— Сколько я спала? - откашлявшись, спросила я у сидящего рядом Оллина.
— Ну, уже вечер следующего дня. Почти сутки. Как ты?

Сонно зевнув, я ответила:
— Нормально. Немного плечи болят.
— Ну да, они сильно исцарапаны, — тут же ответил Оллин.
— А ты откуда знаешь?

Он загадочно улыбнулся и быстро сменил тему:
— Кажется, будет дождь. Кстати, в яме набралось немного воды, — он протянул мне кружку. – Держи.

Я сделала глоток и сразу почувствовала облегчение. Как же мне не хватало этого! Я выпила всего четыре глотка и протянула остаток Оллину, но он отказался:
— Можешь допивать, Красавица!

Не обращая внимания на его разрешение, я больше не пила.
— Откуда ты знаешь, что там царапины? – вернулась я к своему вопросу.

Он усмехнулся.
— Я промыл раны, чтобы не занести заразу.
— Только раны? – спросила я, надеясь, что он не видел меня без одежды.
— Нет, ты вся была в крови, — серьёзно ответил Оллин.