Избранная огнём. Книга 2

Глава 39

Костёр мерно потрескивал, отправляя к тёмному небу искры, а до носа доносился приятный аромат жареного мяса. Тоннеле следовало ненавидеть того, кто сидел напротив, надевая куски свежей дичи на подобие шампуров, пока первая партия истекала жиром. Но Юля чувствовала себя неимоверно опустошённой. Словно из неё вынули все внутренности вместе с чувствами, выдавили каждый сантиметр силы.

Хам уверенными движениями разместил длинные палки на жердях, усаживаясь на небольшой пенёк, и посмотрел внимательно на девушку.

- Что? – ощетинилась она иглами, которых не было видно, но в колком взгляде и словах чувствовалось остриё.

- Я видел тебя другой.

Хам поправил одну из палок, усмехаясь себе же.

- Я похож на шашлычника? – улыбнулся так просто, что вполне мог сойти за соседского парня, который проходит мимо.

- Один в один, - огрызнулась Юля, пытаясь поднять в себе волну негатива к Хаму. Только он ей действительно помог. Она даже не могла представить, насколько он прав. Что она не успела сказать самого главного тому, кого любила. Она не произнесла простых слов, что мужчина и женщина говорят друг другу, пока Виталик был жив.

Только сегодня смогла, но не вслух. Это было бы слишком. Она произнесла их мысленно, пока её обнимали чужие ласковые руки. Баюкали, заставляли поверить в то, что Виталик действительно рядом.

И теперь она поняла Тамуну, которая видела в Хаме сестру. Утрату, которую так хочется вернуть. Надежду, которую тебе дают. Только сказать. Несколько слов, и будто заслон открыт, из-за которого лавиной идёт вся боль и отчаянье. Она должна ненавидеть, но вместо этого чувствует нечто иное. Облегчение.

- Тише-тише, маленькая, - шептал Хам, пока Тоннеля пыталась понять, что происходит. Её будто выключили. Но так может лишь Маркус! А здесь Тёмный! У него тоже есть подобный тотем?

- Пусти меня, - просто просила. Словами, голосом, не причиняя ему вреда, и каждый раз слышала спокойное «нет». Лишь спустя время он разомкнул объятья. Поднялся с пола, как ни в чём не бывало, и направился к выходу.

Она молчала. Не спрашивала, куда он и зачем. Не желала нарушать молчание, звенящее в тесной комнате.

- Вернусь, - негромкие слова, и хлопнувшая дверь. И тишина. Словно никогда здесь не было никого, кроме Тоннели.

Что если он вернётся с другими?

Плевать.

Если он пошёл за Тёмными, которые захотят уговорить её перейти на другую сторону?

Она выберет смерть, забрав с собой кого-то из них. Только не было никаких сил встать, потому что она растратила свою внутреннюю силу настолько, что требовалось время её восстановить. Она истязала себя, наращивала темпы, выбрала всё до последней магической капли, а теперь лежала на полу, закрыв глаза, и просто слушала собственное дыхание.

Хам вернулся. Прошёл час или два. Может несколько часов, потому что Тоннеля отключилась почти сразу после его ухода. Костёр уже горел, а рядом с ним лежал небольшой свежеосвежованный олень, нашедший смерть в лапах снежного барса, которым обернулся Тёмный.

Он прекрасно понимал, что сейчас нужно девчонке. А потому не спрашивал, не требовал, не просил. Просто сделал, что должно.

- Идём, - позвал, помогая подняться, и ей пришлось принять помощь врага. Убийцы. – Я не виноват в смерти твоего мужчины, - поспешил напомнить.

- Но ты был там.

- Как и ты! Как и все остальные. Разве ты винишь себя в его уходе?

- Да.

Тихое и короткое, и Хам несколько раз качает головой.

- Удивительно, - усмехается. – Мы – враги. Но я не имею желания тебя убить. Как и ты.

- Не обманывай себя. Как только представиться возможность, я перережу тебе горло.

Хам усмехнулся. Она пыталась пугать его, но он не чувствовал угрозы. Сейчас, сидя с ней за одним костром, он понимал, что нужен ей. Что её зов был услышан его сердцем, которое билось в груди не одно столетие, думая, что принадлежит Малике. На самом деле он сильно ошибался.

- Ты не похож на Тёмного, - внезапно сказала Тоннеля.

- Есть какой-то эталон? – выгнул он брови, вытаскивая из огня готовое мясо. Сухая кора стала тарелкой, и он протянул девушке угощение.

- Это неправильно, - отвернулась она, смотря куда-то вбок. Там, между деревьев, мелькали несколько волчьих голов. Снова пришли проведать и ждали лишь лёгкого кивка от тотемной, призыва, чтобы броситься на неприятеля. Только внутри Юли что-то настолько изменилось, что она и сама не понимала, почему так спокойно сидит рядом с Хамом, разговаривая.

- Это лишь еда, тебе следует напитать организм. Злость не идёт на пользу. Если ты будешь отказываться от пищи, то вслед за магической силой иссякнет физическая.

Он подошёл ближе, присаживаясь перед ней на колени, и аккуратно вложил в её руки лист коры.

- Думал ли я, что вот так просто буду готовить ужин, сидя в лесу с девушкой, которая пришла меня убивать? – задал он вопрос себе вслух. – Никогда. Но я рад, что ты меня позвала.

- Я просто искала тебя, - продолжала смотреть Тоннеля в волчьи глаза. – И как только силы придут, обязательно убью.