Избранная Стражем

10.1

Соня всерьёз размышляла о том, чтобы впервые в жизни хлопнуться в обморок. Как жаль, что её отнюдь не тонкая душевная организация такой опции не предусматривала.

С силой дёрнув Ника за рукав, она прошипела сквозь зубы:

— Да помолчи ты, идиот! Не привлекай внимания. Не знаю, какие порядки у тебя дома, но выскочек не любят нигде.

Удивительно, но новоиспечённый артефактор послушался и перестал приплясывать на месте, встал ровно и позволил наконец Соне отступить немного назад.

Она вжала голову в плечи и уставилась в пол. Прямо сейчас она очень завидовала Флоки и его способности становиться невидимым. Ей же оставалось надеяться, что их возня и короткая перепалка с Ником не привлекли ненужного внимания.

Голос ректора эхом разносился по залу, но смысл его речи ускользал от Сони. Она лихорадочно пыталась сообразить как вести себя, столкнувшись с ним лицом к лицу — а то, что этот момент наступит с минуты на минуту, она не сомневалась, — но ничего гениального в голову не приходило. Прикинутся веником и уйти в полную несознанку? Ну подумаешь, иномирная дурёха решила прогуляться по Пустоши и неведомым чудом осталась в живых?! Переведя дыхание, Соня осторожно подняла голову.

— Добро пожаловать в Академию Гардиан, древнейшую академию Империи, и лучшую в Сауртейне! — хорошо поставленным бархатным голосом вещал ректор.

— Как вам известно, за последние годы Империя потеряла сразу нескольких сильнейших магов. Действие Излома губительно для магии, нападения бестий происходят всё чаще, но тем важнее задача наших мейстеров — готовить достойную смену, развивать ваши магические способности и давать возможность юным талантам проявить себя. Ведь именно в ваших руках будущее Империи!

Соня тихонько фыркнула, но застывший рядом Ник и другие студенты внимательно слушали этот пафосный бред.

— Давайте отдельно поприветствуем тех, кто прибыл к нам из других миров, — ректор Риналь с преувеличенно добродушной улыбкой обвёл взглядом глазеющих на него новобранцев. — Эти ребята очень смелы, ведь, как известно, появление Излома повлияло и на магию пространственных порталов, и попавшие сюда, возможно, никогда больше не вернутся домой. Что же! Надеюсь, Академия станет вам новым домом, а вы станете достойными гражданами Империи.

Лорд Риналь сделал эффектную, почти МХАТовскую паузу и подождал, пока стихнут аплодисменты.

Соня дёрнула за рукав увлечённого речью Ника.

— Ты знал, что можешь не вернуться?

— Да, — криво улыбнулся он, но улыбка эта была полна затаённой горечи. — Но мои обстоятельства таковы, что это даже к лучшему. Больше шансов выжить.

— Я…

Соня не знала, как реагировать на его слова, поэтому просто взяла ладонь парня и крепко сжала.

Тем временем ректор перешёл к представлению преподавателей. Он называл имена мейстеров, те поднимались с кресел и с мрачно-торжественными лицами слушали перечисление своих регалий. Соня даже не пыталась запомнить имена. Она просто ждала. Ждала, когда разразится буря с её непосредственным участием.

Тощий старик в зелёной мантии, которая болталась на нём, как на швабре, оказался преподавателем Истории магии и хранителем истории Сауртейна — мейстером Алистером Крэйном. Казалось, недовольное выражение лица, граничащее с брезгливостью, застыло в его морщинах навеки.

Следующим поднялся моложавый мужчина с художественно взлохмаченными каштановыми волосами. Он также щеголял в мантии цвета весеннего луга. В отличие от коллеги ему травяной оттенок не придавал болезненного вида.

— Мейстер Даргейн Хинт — бессменный декан факультета артефакторики, прошу приветствовать, — вещал ректор, пока мейстер раскланивался словно актёр на сцене, милостиво улыбаясь благодарным зрителям.

— А почему они оба в зелёном? Факультеты же разные, — шёпотом спросила она Ника.

Ну вот как вообще понять, что объединяет Тощего и Красавчика, как она мысленно окрестила этих, несомненно, мудрых мужей, если они даже собственной цвето-распределительной системы не придерживаются?

Дурацкая привычка давать прозвища осталась со студенчества — Соня люто страдала весь первый курс не в состоянии запомнить тьмищу исторических личностей, пока наконец не придумала собственную систему запоминания. Так что за кличкой «Лепс» у неё числился новгородский князь и родоначальник русской княжеской династии Рюриковичей. Нетленка российского артиста про «рюмку водки на столе» сослужила ей хорошую службу. Хотя таких сложных ассоциаций у Сони было немного. Тот же Наполеон Бонапарт был просто «Парфюмером» за пристрастие к немытому телу жены. Ну а та, в свою очередь, именовалась «Вонючкой». Глупо и по-детски, зато очень действенно! На своём потоке Соня стала лучшей студенткой.

Погрузившись в воспоминания, она чуть не пропустила едва слышный ответ Ника.

— Мейстеру Крэйну давно пора на пенсию, но его звание Хранителя истории даёт ему право преподавания пожизненно. Он декан факультета общей магии, основного для иномирцев и слабеньких местных магов. А мантия зелёная, потому что он артефактор — это его преобладающий магический дар. — Скороговоркой выдал Ник прямо Соне в ухо.

— Откуда ты только всё это знаешь? — буркнула она, ткнув парня в бок, чтоб отодвинулся. Их парочка и так привлекла ненужное внимание, а один синеглазый Магистр, отчего-то недовольно щурился, глядя в их сторону.