Избранная тьмой. Возвращение

Глава 2

Я тебе хочу рассказать,
Как одной не хочу засыпать,
И уткнувшись ночью в подушку,
Я как брошенная всеми игрушка.
Все родные мои далеко,
А самой мне порой нелегко.
Кто б подставил просто плечо,
И обнял как родной горячо.
Ю. Равская-Красненко.

Никогда не запоминала свои сны, да и никогда они не были столь реалистичны. А снился мне, конечно же Стик. Он был во дворце, на каком-то приеме и выглядел умопомрачительно прекрасно. Что же это такое, не спать теперь или что?
Вот картинка пошла рябью, но через несколько мгновений вновь стала четкой, а у меня появилось ощущение – будто подглядываю в замочную скважину.
- Привет брат, - к некроманту подплыл старшенький Рэкшн. Приветственно похлопав брата по спине, оглянулся на толпу. – И где же твоя дама?
- Дома, - буркнул брюнет, хмуря брови.
- Милые поругались? – Издевательски протянул братец, и у меня зачесались кулаки, так и хотелось заехать в красивую физиономию.
- Нет, - справившись со своими эмоциями, равнодушно пожал плечами Стик. Ох, даже поаплодировать захотелось, но понятное дело, не стала. Да и как? Это же всего лишь сон. Но какой-то ужасно реалистичный.
- Ну чего ты братец, - ухмыльнулся как там его Рэкшн. – Приласкал бы ее, и она бы моментально прекратила дуться, или безделушку подари, дамочки падки на украшения.
- Обязательно последую твоему совету, - хмыкнул некромант, продолжая строить из себя невозмутимую глыбу.
Но я видела, советы брата, да и его присутствие бесят моего некроманта, но тот слишком воспитан (хотя со мной он не церемонился), чтобы напрямую послать. Эх, была бы рядом, послала. Так стоп. Что за мысли? Что значит была бы рядом, мой некромант? Ау, Брианна, ты ушла от него, бросила, при этом наговорив гадостей. Прекращай думать о нем, видеть сны, возвращайся в реальность и живи как привыкла.
Самолет тряхнуло, но даже это не вырвало меня из сна. Так легкий дискомфорт, но таблетки знали свое дело.
Картинка перед глазами вновь пошла рабью, испугалась, что больше не увижу Стика, хотелось еще хотя бы минутку подсмотреть, впитать его образ, чтобы одинокими ночами детально представлять каждую морщинку.
И долго буду себя мучить? Видимо да, ибо жуть как стыдно за слова, сказанные ему. Хотела, как лучше, но вспоминая глаза, наполненные болью и неверием, в голове всплыла поговорка – добрыми намереньями выложена дорога в ад. Я уже в нем, своем персональном и никогда не покину его.
Картинка вновь стала четкой, теперь видела некроманта на балконе, где он решил уединиться. Его хмурый взгляд, направленный в глубь сада, рвал сердце и добавлял дров в мой котел. В груди ныло, и в который раз корила себя, можно же было объясниться по-человечески, но надо мной взяли верх чувства, обуреваемые в тот момент. Сейчас, остыв и поразмыслив, поняла, что совершенно неверно видела ситуацию, и зря обидела любимого. Не он поставил барьер на воспоминания, не он манипулировал мной, а не заговаривал со мной о случившемся (да, сейчас я ищу любой способ его оправдать), скорее всего из-за того, чтобы не бередить раны. Оправдания, оправдания и еще раз оправдания. Все мы всегда ищем их для любимых. Постоянно избитая жена – бьет, значит любит, муж наркоман – я исправлю его, ради меня он бросит. Такой же расклад и с алкоголиками. Дуры мы бабы, вот что хочу сказать.
Пока я занималась самобичеванием, к некроманту выплыла его экс невеста. Ха, хоть тут могу быть спокойна, даже после всего случившегося он к ней не вернется. Не станет подбирать после отца.
- Ты почему один? – Улыбнулась стерва, невзначай проводя по спине моего некроманта. Да, да, знаю не мой, но все же мой! В общем лапы прочь.
Прервав созерцание парка, Стик повернулся к кхм… даме лицом. Не спеша ответить, на заданный вопрос, окинул взглядом, с ног до головы. Ну да, барышня была умопомрачительно красива - красное, приталенное платье, с глубоким вырезом, который не оставлял места фантазии, идеально сидело на миниатюрной фигурке. Черные волосы, в романах принято описывать их как – вороные (с чего это? Ну да ладно), уложены в простую, но изысканную прическу. Кричащий макияж, как по мне, он портил весь образ, но там все так красятся, а значит им нравится, пухлые губки, и невинные глазки дополняли образ красотки.
- А твой жених где? – Вот так номер. Дамочка уже нашла себе нового возлюбленного? Быстрая.
- Пошел поздороваться с Императором, - пожала маленьким плечиками, а как ее назвать-то? В голове только и промелькнуло – девка. Но как-то не красиво, еще подумаете, что ревную. И как ни жаль признавать, окажетесь правы.
- А ты? Где твоя пара? – Не унималась девушка.
- Тебе какое дело? – Не очень по-джентельменски ответил Стик, а я и рада. Знаю, некрасиво, мелочно, но ничего с собой поделать не могу.
- Брось, - мягко улыбнулась девушка, а я заволновалась. Признаюсь уже давно не верила, что это просто сон. Будем надеяться, что это одностороннее. Не хотелось бы, чтобы Стик видел меня пускающую слюну, на свое же плечо. – Мы же не чужие друг другу.
Сознание поплыло и ответ некроманта я так и не услышала. Нет, нет, нет верните обратно!
Разлепив веки, осознала, что мы уже приземлились и заботливая стюардесса трясет меня за плечо. То, что сухое, если что.
Придя в себя, после такого необычного сна, взяла рюкзак, поспешила на выход. На таможне, все прошло быстро, багаж забирать не нужно и вот через тридцать минут, шагаю по зданию аэропорта на выход. Словить машину и домой.
- Брианна, - окликнул голос мамы. Остановившись огляделась и заметив радостно махавшую женщину, побежала к ней. Как же я соскучилась. Не сбавляя скорости, практически налетела на нее, но сейчас было так все равно. Она рядом, ее руки обнимают, прижимают к себе, а из глаз текут слёзы, причем у обеих.
- Как же я рада тебя видеть, - всхлипывая, вцепилась в родительницу и ничто не смогло бы сейчас оторвать нас друг от друга.
- Я тоже, доченька, я тоже, - гладя меня по волосам, которые так и отливали зеленью, мама плакала, но то были слёзы радости, впрочем как и мои.
- Ну все, хватит сырость разводить, - пробурчал Эдвард, которого я не заметила ранее. – Приедем домой, там и нарыдаетесь.
Ох уж эти британцы. Всегда вежливые, готовые помочь, но не любящие проявление чувств на публике. Наконец-то оторвавшись от мамы, окинула взглядом отчима – высокий брюнет, с легкой сединой на висках, был одет в строгий черный костюм. Конечно же и галстук присутствовал, простой без каких-либо изысков, серого цвета. Нейтральное выражение лица, и лишь когда он переводил взгляд на маму, взор теплел, лицо смягчалось и пусть он никогда не признает этого, светилось радостью.
Мой дорогой, приемный папа имел свой бизнес, не скажу, что он был миллиардером, но мужчина при деньгах и не кичился ими. Он спокойно мог проехать в метро, если на дороге пробки, а он опаздывает на важную встречу.
Утвердительно кивнув, мама промокнула глаза платком, который был в ее руках, затем крепко ухватив меня за руку, как будто боялась, что сбегу или исчезну, двинулась на выход.
Жили родители в большой квартире, возле стеклянной свечки, в которой находился офис Эдварда. До всего произошедшего со мной, мама говорила, что они подумывают переехать куда-то в спальный район, даже дом присмотрели, но вот купили, не знала.
Сев в машину, на которой Эдвард передвигается по городу, модель, марку не знаю, ибо никогда не интересовалась ими. Так вот, открыв нам заднюю дверь и подождав, когда мы сядем, отчим сел за руль и покатил к городу. Мы же,сев удобней, стали рассматривать друг друга. Мама как будто светилась изнутри, и я не стану приписывать это себе, не из-за моего возвращения она так похорошела. Интересно, когда расскажет.
- Ну и где ты была? – Вновь приняв суровый вид, стала отчитывать родительница.
- Я же говорила, - закатила глаза, ибо отвести их не могла, она бы сразу поняла, что вру. – В горах.
- Ты же знаешь, я не люблю когда ты врешь, - нахмурилась женщина, осторожно беря за руку. – Расскажи мне все, и я помогу тебе.
- Мам все в порядке, - упрямо качнула головой, никогда я не расскажу ей правду, как бы сильно не хотелось. Не поймет.
- Брианна, - тяжело вздохнула женщина. Знала я этот вздох, за ним последует длительная лекция, которую я конечно же заслужила, и выслушаю, но не в машине.
- Давай сейчас не об этом, - улыбнулась примирительно. – Лучше расскажи, кто у нас будет?
- Как ты узнала? – Лицо родительницы засияло, а я возгордилась. Кому преподать пару уроков на тему, отвлечения внимание, или как избежать неприятной лекции? Записываться можно уже сейчас, места ограничены.
- Джеймс рассказал Кате, а она мне.
- Мы пока не знаем, - смущенно улыбнулась мама, стрельнув глазками на сидящего впереди мужчину. – Мы хотим девочку, но там уж как Бог даст.
Видя, как родители обмениваются влюбленными взглядами, почувствовала, как сердце кричит и проклинает меня. Ему хотелось таких же взглядов, взаимопонимания и всего, всего. Я сама разрушила свое счастье и теперь мне с этим жить.
В общем мне удалось отвлечь маму, всю дорогу до дома, она рассказывала как счастлива, как они хотели совместного ребенка и конечно же, подыскали дом, куда в скором времени переедут. Что же, я очень рада за них, за столько лет брака, они все еще любят, не отдалились, а наслаждаются обществом друг друга. Надеюсь и я когда-нибудь встречу человека, с которым так же счастливо проживу жизнь.
Ты его уже нашла – кричало сердце, но качнув головой, посоветовала заткнуться и забыть. Так всем нам будет проще.
Подкатив к дому, я бы даже сказала, добравшись черепашьим шагом, Лондонские пробки, это что-то, с удовольствием вылезла из машины и потянулась. Четыре часа сна в самолете, то еще удовольствие.
Быстро поднявшись на седьмой этаж, вошла в квартиру и быстро ретировалась в свою комнату, освежающий душ, чтобы полностью избавиться от сонливости, которую подарили препараты. Переодевшись, с ностальгией осмотрела свою комнату, все та же полуторная кровать, застеленная зеленым покрывалом, куча подушек. Огромный, на всю стену стеллаж с книгами, там было все, от классиков до любовных романов, как принято говорить – я всеядна. У окна примостился компьютерный стол, на котором в хаотичном порядке стояли рамочки с фотографиями, несколько журналов и конечно же опять книги. У стены, около двери, примостился шкаф-купе, с зеркальной дверью. Мама никогда ничего не меняла здесь, лишь поддерживала чистоту, за что ей огромное спасибо. Тоны пили, которые могли собраться за два года отсутствия, убрать была бы не в состоянии, спала бы на диванчике в гостиной.
- А где Джеймс? – Поинтересовалась, заходя на кухню, где у плиты колдовала мама. Ммм… Домашняя еда, как же это вкусно.
Кухня была обставлена просто и со вкусом, по центру красовался разделочный стол, с встроенной плитой и раковинной, вокруг него примостились высокие табуреты, на подобии барных. На стенах разнообразные шкафчики, огромный хромированный холодильник и конечно же печь. Купили ее ради меня, с раннего возраста я увлеклась выпечкой.
- Ему пришлось уехать в командировку, вместо отца, - в голосе матери послышалось осуждение, видимо Эдвард решил не нервировать маму больше чем уже есть.
Мне было стыдно, но так же во мне поднимала голову обида, я не просила наделять меня силой, забирать в другой мир и держать там. Конечно же, этого никогда не скажу и терпеливо буду сносить все нападки и лекции, но черт. Обида штука странная.
- Мам, - сев на высокий стул, тихо позвала ее. Знаю, сейчас этот разговор, скорее всего неуместен, но мне нужно знать. – Кто мой отец?
На кухне наступила тишина, оно и понятно, в свое время маме было тяжело, сама тянула дочь, работала на трех работах, и ей скорее всего не хочется вспоминать козла, что бросил ее, но дар которым меня наградил папаша (а я уверенна, что это именно он), в общем я хочу знать.
- Давно ты не задавала этот вопрос, - вздохнула родительница. Отложив поварёшку, которой помешивала кипящий соус, женщина присела и посмотрела на меня грустным взглядом. Прости мама, я не хотела бередить старые раны, но мне необходимо знать. – Кажется в последний раз ты задала его в семь лет.
- Мне уже не семь, - качнула головой, - и я пойму тебя, расскажи.
- История на самом деле печальна, - пожала плечами мама, - я не хотела травмировать тебя, портить детство, поэтому всегда отмалчивалась.
Пересев поближе к ней, взяла ее за руку, делясь своим теплом и поддержкой. Мама благодарно улыбнулась, в ее глазах мелькнула печаль, но практически сразу пропала.
- Мы познакомились когда мне было восемнадцать, - решилась на рассказ, - ему было чуть больше, двадцать четыре и в то время нам казалось, что мир существует только доя нас, и нашей любви. Наши отношения развивались стремительно, мы планировали вскоре пожениться, и когда узнали, что я беременна были на седьмом небе от счастья. Длилось оно правда не долго, Влад, так его звали, стал немного дерганым, да и я стала думать, как же жить, квартира есть, спасибо родителям, но ни образования, ни работы, никто из нас не имел. Он бросил университет, когда узнал о беременности.
Влад пробовал работать охранником, грузчиком, хватался за любую работу, впрочем, как и я, мыла полы, вязала носки, а затем продавала. Мы ждали тебя и очень хотели, но были молоды и так же хотели развлечений. В тот день, мы шли на день рождения к другу, решили вознаградить себя так сказать, оба работали без выходных, стараясь накопить побольше денег. На пути нам встретилась подвыпившая компания, которой я так некстати приглянулась, завязалась драка, и один из нападавших порезал твоего отца. – На маминых ресницах блестели слезы, глаза затуманились воспоминаниями. Она как будто опять находилась там, переживала все это по новой. – На мой крик сбежалась толпа, но Влада уже ранили, и он лежал на асфальте в луже собственной крови. Я кричала, рыдала и просила позвать врачей, обезумела от горя, ведь я так его любила. Скорая приехала быстро, и его увезли.
Три дня он был на грани смерти, бредил, говорил, что-то о других мирах. Просил открыть портал к целителям, которые обязательно помогут ему, обещал, что поправиться и заберет меня в свой мир, ибо этот ему больше не нравится. Держа его за руку, я с каждым днем видела, как любимый человек угасает, и я остаюсь одна. На то время, мои родители так же покинули этот мир. На четвертый день, Влад просто не проснулся.
Закончив говорить, женщина вытерла текущие из глаз слёзы, передником, который так и не сняла. А я сидела молча и оплакивала отца, которого считала козлом, бросившим беременную женщину. Я корила себя за гневные речи, которые толкала, про себя, корила за то, что ненавидела его, не зная всей правды, но также я осуждала маму. Она должна была рассказать мне все это раньше, тогда бы злость на отца, не отравляла меня.
- Я понимаю, что должна была рассказать тебе обо всем намного раньше, - кивнула женщина, тыльной стороной ладони, утирая слёзы рекой текущие по моим щекам. – Но я малодушно промолчала, боялась сама не пойми, чего. Решила, что когда-нибудь обязательно расскажу, но всегда оттягивала этот момент.
- Спасибо, что не промолчала сейчас, - кивнув, и высвободившись из ее рук, пошла в комнату. Где, быстро приведя себя в порядок, решилась на прогулку. Нужно подумать, уложить все это в голове.
- Ты куда? – Встретила на пороге обеспокоенная мама.
- Хочу пройтись, - качнула головой.
- Я приготовила ужин.
- Знаю, не задержусь на долго. – Кивнула, закрывая дверь.
Быстро спустившись на лифте вниз, пошла к парку, в нескольких кварталах. Шагая по многолюдной улице, раздумывала о том, а как же папа попал в наш мир и почему сразу не забрал маму с собой? Почему горбатился здесь, имея дар некроманта. Ведь в его мире, это почетный и оплачиваемый дар. Так же хотелось узнать из какого он рода, есть ли у меня еще какие-то родственники? Желательно живые, но я как бы потомственный некромант. Которому не светит возвращение обратно – ехидненько так протянул внутренний голос. Верно, пути назад больше нет, а значит не стоит задумываться об этом и думать, а что бы было и так далее.
Погуляв часа полтора и уложив все мысли в голове, поспешила домой. Там ждет расстроенная мама, которая скорее всего не понимает куда и почему я рванула.
Вечер прошел в легком напряжении, которого не понимал Эдвард, вернувшийся с работы. Да, он подкинул нас домой из аэропорта и вернулся в офис дорабатывать. Вопросов он не задавал, но видя расстроенное лицо мамы, мое - сделал выводы. Какие именно он не озвучил, но с расспросами не лез, за что ему большое спасибо.
Быстро покончив с едой, помыла посуду и поблагодарив за вкусный ужин, сослалась на усталость и ретировалась в комнату. Лучший способ забыть о своих проблемах, заняться чужими.
Закрывшись в комнате, достала мобильный, который так и лежал в рюкзаке, набрала подругу. В ожидании ответа села на кровать, и стала рассматривать фото, стоящие в рамочках на компьютерном столе.
Мой первый класс, я в черной форме, с бантом больше моей головы и беззубой улыбкой, держу в руках скромный букет полевых цветов. Детских фотографий у нас мало, едва ли наберется альбом. Нам на еду не всегда хватало денег, что уж говорить о фото пленке.
- Алло? – Раздалось сонное. Это, что же, Катя уже спит? Разница же всего два часа. – Брианна.
- Ты уже спишь, да? – Виновато протянула, посмотрев на часы. У меня-то всего двенадцать, а у подруги уже два часа.
- Сплю, - недовольно пробурчали. – Вот завтра прилечу и надаю под зад.
- Так значит тебя завтра ждать? – Улыбнулась.
- Жди, - буркнули в трубку и отключились.
Отложив телефон, уставилась на стену. Спать не хотелось, в самолете сна хватило, и что же делать? Гулять по ночному Лондону прикольно, но, когда есть компания, ее у меня сейчас нет. Встав с кровати и пересев за компьютерный стол, достала коробочку где хранились мои самые дорогие вещи. И нет, это не золотые украшения, которыми одаривал отчим, там лежали значимые только для меня. Открыв коробочку, которая была в легком налете пыли, улыбнулась заметив мелкие, но дорогие сердцу побрякушки. На самом верху лежал маленький крестик, который заставил вернуться в детство. Когда-то давно, когда мы еще жили с мамой одни, Катя подарила мне небольшой крестик, размером с ноготок, но он так понравился мне, что носила не снимая. Вскоре выпросив у мамы немного денег, купила подруге точно такой же, и нарекла кулончиками-дружбы. Пока они у нас, мы будем подругами. Интересно у нее он еще есть? Захотелось прямо сейчас позвонить, но не хотелось быть посланной на три веселых буквы, поэтому отложим этот вопрос на завтра.
Так же там лежали открытки от друзей, поздравлявших с днем рождения, несколько открыток от деда мороза, да раньше это было модным. Ох, а вот пластмассовое колечко, помните такие продавались вместе с жвачками? Его мне презентовала моя первая любовь, клянясь в любви и зовя замуж. Эх, где мои восемь, взяла бы, да и выскочила за него.
Отложив найденное, углубилась в по сути не большую коробку, но хранящую массу дорогих воспоминаний и эмоций. Вот несколько маминых фото с выпускного, она была в красивом платье, но фото черно-белое, поэтому цвет оценить не смогла. Рядом возле нее стоял гордый, улыбающийся отец, мой дед и слегка смущенная бабушка. Все красивые, молодые и радостные.
Жаль, я так с ними и не познакомилась, они были хорошими людьми.
Ностальгия навеянная воспоминаниями, заставила взгрустнуть, поэтому встряхнувшись, потопала на кухню, нужно кофе. Тишина в квартире давила на уши, родители, наверное, уже спят. Брат давно переехал, и большая квартира в которой всегда звучал детский смех, опустела. Но ничего, скоро это измениться. Надеюсь у них будет девочка, всегда хотела маленькую сестричку, но как-то не решалась сказать об этом. Хотя, моего желания было бы мало, как не крути.
Выпив кофе, который не добавил ни бодрости, ни настроения, пошла спать. Завтра приедет Катя, и я начну отвлекаться.